А был разговор?
Это рассказ не о том, как под стук колёс ведутся споры, льются исповеди, поются песни. И ситуация, описанная там, могла бы точно так же развиваться в любой гостиной. Более того, я вообще не уверена, что суть именно в том, что разговор вёлся на тему дорог и путешествий, да в пути. Это рассказ про то, что мужчины любят не ушами, а любят, когда их любят или, как минимум, принимают близко к сердцу.
Основной поток слов в рассказе принадлежал болтливой девице Хейзел, которая решила, что таким образом можно показать свою ерундицию. Поэтому он несла в мир всё, что знает и успела намотать десяток кругов одних и тех же историй, чем несказанно утомила попутчика. Попутчик предпочел Хейзел её молчаливую, читающую подругу. И если вы думаете, что разговоры у них пошли околокнижные, то сильно ошибаетесь. Ирония Ларднера в том, что мужчин он тоже не жалует и потому искусство разговора заключается в том, чтобы выслушать молодого человека.
Но даже это еще не всё. Если бы Дэн Чепмен хотел поведать своим милым попутчицам что-нибудь важное, искромётное, философское, на худой конец, романтично-сентиментальное, это можно было бы понять (и простить)). Однако Чепмен всё время норовил разинуть пасть и показать вырванный только что зуб. Вот уж не знаю, что противнее, пустая трещотка и сплетница Хейзел или этот непосредственный удав.
Впрочем удав тоже пытался распушить хвост в самом начале, высказать умные замечания и показать себя бывалым путешественником. Хейзел подхватила вызов и Чепмен понял, что проигрывает - какому мужчине такое понравится? Ларднер ёрнически даёт понять читательницам, что так вести себя нельзя - будьте тоньше, будьте глупее; тогда вам всего лишь задурят голову пустыми фактами, а не будут показывать кариес. Не смог вызвать восхищение умом и опытом, вызови сочувствие - совет читателям-мужчинам.
Была надежда, что из трёх героев рассказа хотя бы вторая девушка, читающая, окажется умницей. Но вряд ли оно так, Ларднер прошелся и по ней. В середине разговора она бросает реплику, которая остаётся без ответа.
– Горное время, – повторила Мидред. – Наверное, отсюда и идет выражение «час пик».
Здесь бы и проявить интеллект (если не Хейзел, то хотя бы Дэну), но сказать-то нечего, все пустые. Но Мидред выводов не делает и в конце ведётся запросто на зубы Чепмена. А с пониманием заглядывать в разинутый рот мужчине - достоинство сомнительное. Причем можно оценить грубоватый каламбур автора - заглядывать в рот в прямом и в переносном смысле.
Герои немного напоминали персонажей Вудхауза, но последний писал и легче, и смешнее. В этом рассказике мне не хватило юмора и, наверное, некоего альтернативного героя (героини), который бы оттенял глупость всей троицы путешественников.
36 понравилось
