Зовите меня Апостол

Люди всегда ценят простоту и надежность или хотя бы их видимость.

Люди до судорог ненавидят тех, кому сделали подлость. Но едва ли меньше ненавидят и тех, кто стал свидетелем их слабости и бессилия.

Верить – значит быть обманутым.

Вот и дилемма: как я могу не видеть в женщинах только дырку для члена, если женщины так хотят быть дыркой для члена?

Еретики обречены на сожжение — если не в настоящем чадном пламени, то уж, во всяком случае, в воображаемом.

Благословите Голливуд: он выдал готовые шаблоны для жизненных ролей. Куда ни сунься, все будто роли разыгрывают. Любимое развлечение. И полезное: если бы не кино, мы бы играли роли из полоумной средневековой легенды или — горше того — из Священного Писания.

Полицейские не боги и не гении — обычные люди, забегавшиеся, занятые, со своими соображениями выгоды и невыгоды, с множеством правил и предписаний, со своей неповоротливой бюрократией и нелепостями, ею производимыми.

Люди всегда делают из жизни роман. Не попросту описывают, как было и что стало, а непременно покрутят, заострят то, пригладят это.

Истина — дама слишком благородная для липких ручонок толпы.

И чем больше я про него думал, тем больше ужасался. Силы небесные, да он не просто псих, он - счастливый псих!

Мы любим мелкие неожиданности — неопасные, прирученные. Пушистые и приятные, как наши домашние звери. Но это не меняет того факта, что неожиданность, как и наши любимцы, — хищник. Потому мы всячески стараемся изгнать ее из нашей жизни.

На самом-то деле жизнь — сплошная неожиданность, которую мы привыкли не замечать. Вы уверены, что через секунду сердце ваше сократится так же, как и сейчас? Не остановится, а продолжит привычный ритм?

Власть порождает права и обязанности, а обязанность власти — к неудовольствию многих и многих тиранов — быть ответственной.

Простота — свойство жизни, идущей путем наименьшего сопротивления. Плывущей по течению, верящей в то, во что верит большинство.

У жизни есть скверная привычка с какой-то извращенной регулярностью преподнести настоящую беду в завершение анекдота.

Все законники — сплошь циники, исключений я не встречал. Когда проводишь жизнь, изображая внимание и сочувствие к всевозможным мерзавцам, тебе повсюду видится только мерзость. Неизбежная профессиональная хворь.

Быстрейший способ сохранить свое лицо — изуродовать чье-то чужое.

Человеческие мозги настроены на закрепление успеха — потому люди помнят в основном то, что подтверждает их догадки.

Иногда кажется, жизнь — огромная панорама и с годами зум все меньше и меньше. Видишь больший простор, но теплые человечные мелочи становятся еще мельче, неразличимее. А с краев, за какие раньше не заглядывал, приходит новое, холодное, чужое.

Мы не просто меряем других собой — мы используем для этого наши идеальные представления о себе, нашу сладкую самоутешительную фантазию.

Разговоры с собой никуда не приводят и ничего не дают, хотя и не вредят. Можно годами толкать речи в зеркало — в самопознании не продвинешься. Иное дело — слушать себя. Неизбежно потихоньку превратишься в завзятого насмешника. Иначе сам себе наскучишь.