Книга Александры Рипли — достойное продолжение "Унесенных ветром", но нужное ли? Всегда приятно возвращаться к полюбившимся героям. Я верю, что писательница в меру своих возможностей старалась сделать переход незаметным, а получилось в несколько раз слабее оригинала. Слишком легкий и банальный роман в сравнении, хоть хорош по сути. У Маргарет Митчелл слишком самобытные герои, индивидуальность которых тяжело повторить. Две первые черты, что бросаются в глаза — длинный экскурс в прошлый сюжет и изменившая Скарлетт: более обычная, стушевавшаяся, повзрослевшая, как следствие, растерявшая былые обаяние и стержень.
«Но ты знаешь, кто ты есть, когда ты один-одинешенек в этой пустоте. Там нет прошлого, не надо вспоминать прошедшие стычки. Все сосредоточено в текущей минуте или, может быть, в завтрашнем дне, но не в прошлом.»
Конечно, есть зацепки для продолжения, как то уверенность в своих силах или главная цель — стать той Скарлетт, какой воспитывала Элен, стать леди. Тем не менее — причудливы, хоть может и естественны, новые черты — как то тяга к семье, к близким семейным отношениям. Не резки ли эти перемены? Однако семейные отношения Баттлер-Робийяр-О'Хара — самый интересный конфликт в новом сюжете.
Дальше...
Мама Ретта Батлера Элеонора оказывается очень мудрой женщиной, из тех, которые могут воспитать настоящего мужчину и из тех, кто знает, не докапываясь до сути — что-то случилось, нужно склеивать союз. Ретт Батлер остался наиболее похожим на самого себя, с целями, которые для него написала Митчелл, хотя удивительно похожие стремления к земле — странное увлечение. Робийяр и О'Хара — два клана, которые должны бы быть равны, но кровные узы или надуманный престиж между собой не уживаются. Примерно в таком окружении пришлось жить Скарлетт, чтобы хоть попытаться искупить ошибку прошлого.
Ты живешь в Чарльстоне и замужем за чарльстонцем. Это старый город со старыми традициями. Ты должна чувствовать то, что могут чувствовать другие. Пустяковые проступки не замечаются. А серьезные грехи становятся темой для разговоров среди твоих друзей. Ты должна делать все так, чтобы другие могли притворяться, что ничего не знают.
Теперь уже поменялись ролями и Скарлетт должна искать ключик к оправданию собственной глупости. И одной честностью тут не поможешь. Пришло время терпению и борьбе. Успех не гарантирован. Ретт держится в рамках приличия, но отстраненно и холодно. Сломанное доверие — слишком тонкая черта, чтобы склеить обратно и тем более, чтобы разглядеть, осталась ли любовь.
— Пойми, Скарлетт. В моем сердце было любви на тысячу долларов. Золотом, а не в бумажках. И я все потратил на тебя, до последнего пенни. Я банкрот. Ты меня выжала, как тряпку.
— Я была неправа, Ретт. Извини. Я лишь пытаюсь что-то вернуть.
Мысли завертелись в голове Скарлетт. «Я могу отдать ему тысячи долларов из своего сердца, — думала она. — И он бы снова полюбил меня, потому что не был бы банкротом. Он бы получил все сполна. Если бы только ему все это было нужно. Я должна его заставить…»
— Скарлетт! — продолжал Ретт. — Нет возврата в прошлое. Не разрушай то немногое, что еще осталось. Пусть останется доброта. Мне от этого только лучше.
Если ранее Скарлетт не оглядывалась на прошлое, то сейчас в продолжении прошлого находила гармонию и счастье. Скарлетт хотела доказать Ретту, что она изменилась и что она — дама, достойная его и достойная памяти своей близкой подруги Мелани, а Ретт больше не хотел попадать в сети своей коварной жены, не доверял. Живя близко, они стали еще дальше. Только экстримальная ситуация и страх за жизнь любимого человека способны заставить забыть о плохом. Но на расстоянии проще, ты не подвержен чарам или оправданиям. Так спокойнее, чем знать, что дома — есть раздражитель, тот перед кем нечаянно можно раскрыться, чтобы потом еще раз жалеть.
Скарлетт оставалось только ждать, и ждать она предпочитала со своими родственниками. Зов крови — ирландцы вместо Тары. Огромная, дружная, хоть и не слишком богатая семья. Они — ее опора и ее потребность, ее уверенность в лучшем завтра, по крайней мере пока она в ожидании...
81 понравилось
