Голодные игры. И вспыхнет пламя

Каждому будет дано по пятнадцать минут для того, чтобы предстать перед распорядителями Игр и поразить их своими навыками, но я не знаю, что любой из нас может показать им. Насчет этого звучит множество шуток во время обеда. Что мы можем сделать? Спеть, станцевать, устроить стриптиз, рассказать шутки. Мэг, которую я понимаю теперь намного лучше, решает, что она просто подремлет.

Что бы ни случилось в прошлом, оно в прошлом.

Я беру его руку, и мы идем к выходу, навстречу камерам. Я очень крепко держу Пита и боюсь того момента, когда мне придется его отпустить.
(с) Китнисс

Я и правда заледенела. Ветер обдаёт меня холодом снаружи, а воспоминания — изнутри

Если как следует надавить на уголь, он превращается в алмаз.

Я счи­таю его дру­гом, но «друг» слиш­ком слабо ска­за­но для того, чтобы вы­ра­зить, чем он стал мне в по­след­ний год. Мое серд­це сжи­ма­ет­ся от тоски.

Переоценивать противника подчас не менее опасно, чем недооценивать.

Мы не просто красивы, мы- воплощение темной силы. Даже больше того: несчастные влюбленные из Дистрикта номер двенадцать, так много страдавшие и так мало радости получившие в награду, мы не ластимся к зрителям, не дарим улыбок, нам наплевать на воздушные поцелуи.
Победители, которые не умеют прощать.
И мне это нравится. Наконец-то можно не притворяться.

-Чувство прекрасного- это еще не слабость,- возражает Пит.- Разве что в случае моего к тебе отношения.

Тут Пит раскрывает объятия, и меня бросает прямо к нему. С тех пор, как по телевизору объявили Квартальную бойню, он впервые проявил нежность. А до этого был скорее придирчивым тренером- беспрестанно требовал, чтобы мы с Хеймитчем быстрее бегали, больше кушали, лучше знали врага.
Какая уж там любовь! Пит даже другом не притворялся!
Спешу обвить его шею руками, пока, чего доброго, не получила приказ отжиматься от пола.