Тайный сыск царя Гороха

– Негоже государю русскому пыль под кроватями нюхать. Цари, они ить перед самим Господом в своих делах ответ держат! Невмочно им в трудный для родины час по опочивальням прятаться, по юбкам бабьим шарить… Чего ж ты там, батюшка, высидеть вознамерился? Вылезай! Добром тебе говорю – вылазь, похабник! А не то у меня… сам знаешь!
– Бабушка! Прекратите немедленно, вы его так вконец запугаете… Не слушайте её, ваше величество. Ползите сюда, вы находитесь под охраной милиции. Не волнуйтесь, я за вас заступлюсь!

– Никита Иваныч, да за что ж вы все сердитесь на меня, горемычного? – взвыл петух. – Я, что ли, по доброй воле в этих перьях пыльных ходить подрядился? Нет, чтоб пожалеть бедолагу…
– Нечего из себя униженного и оскорбленного строить, – нервно огрызнулся я, – превратили тебя в петуха, значит, так для общего милицейского дела надо! Будь любезен выполнять…
– Ну вот он я, выполнил… Сижу тут на дне, клювом в стенку, гребешок этот дурацкий вечно над глазом нависает, только обзор портит… А с саблей острой зачем на меня бросались?
– А на фига тебе меня будить понадобилось? Разорался во всю глотку! Не мог, в конце концов, просто подойти, деликатно похлопать по плечу – дескать, вставать пора. (На секунду я сам представил себе такую картинку и аж вздрогнул: ранним утром, когда едва разлепляешь глаза, рядом с тобой стоит горделивый петух, фамильярно хлопает тебя крылом по спине и громогласно заявляет: «Подъем, участковый!» Это ж на всю жизнь заикой останешься…)