Нана. Рассказы

Доцент Литературного Института Антонов А.К. как-то высказался по поводу главной героини этого романа, что это баба с бешенством матки, которая умело пользуется своим женским естеством. Притягательный образ, не правда ли? Такой характер должен таить в себе массу противоречий, особенно, когда создан мужчиной.

Дальше...

Вспомните госпожу Баварии Флобера, Анну Каренину Толстого, да хоть бы нимфоманку из одноименного фильма Ларса Фон Триера. Есть какая-то притягательность в этих персонажах. Как бы подробно не описывался их внутренний и внешний мир, остается что-то непонятное, недосказанное, какая-то пропасть между суждениями автора о них и тем, как вижу я, как читатель. Тоже самое и с Нана, только в гораздо большей степени, чем с другими, потому что перед нами заведомо порочный образ даже не самой женщины, а французского общества конца 19 века, в котором разрушаются традиционные для того времени ценности, но его представители еще по инерции продолжают жить, веселиться и лицемерить, создавая вид «приличия».

Нана дебютирует на сцена Парижского варьете в роли Златокудрой Венеры, которая прославляет любовь. В одном из действий она появляется на сцене полуголой, чем сразу же покоряет всех мужчин, несмотря на отсутствие у нее других талантов. Она тут же становится популярной. На следующий после премьеры день ее засыпают посланиями и букетами. Нана выбирает банкира Штайнера и графа Мюффа (представителей буржуазной и аристократической верхушки), оба неприятные, немолодые люди. Сама Нана молода, полна сил, здоровья, и окружена мужчинами, которые добиваются ее. Ничего удивительного, что она отдается и светским кутилам Ван Девру и Ля Флуазу, а так же не в силах отказать юному Жожру Югону, отпрыску старинного аристократического рода, ведь и сама она чуть старше этого Жоржа.

Устав от домогательств и притязаний стариков, Нана устраивает скандал и выгоняет обоих содержателей, после чего решает уйти из театра и жить в любви и согласии с одним из актеров, Фонтаном. На мой взгляд, это одна из ключевых линий романа. Молодая девушка первый раз по настоящему пробует себя в любви. Она выбирает равного себе по уму и по социальному уровню. Другое дело, что уровень этот совсем не высок, хотя, чего уж душой кривить, это состояние большинства современных пар: он работает и по вечерам выпивает, она занята обустройством жилья, между ними изредка приходят глупые ссоры, например, из-за того, что он оставляет в постели крошки, а ей потом колко спать. Скандалы не удается унять иным путем кроме как немного поколотить истеричную бабу, которая в свою очередь тут же впадает в жертвенность и готова на любые муки, чтобы сохранить любовь. По-моему, это сценарий большинства отношений. Впрочем, надо отдать Нана должное, она пытается сохранить этот «брак», она идет до конца, до тех пор, пока разозленный ее жертвенностью Фонтан не меняет замки на двери в их квартирку.
Я была уверена, что это финал романа, но нет, это только начало!
После неудачной попытки стать «приличной» женщиной Нана становится «умной», она без зазрения совести начинает использовать мужчин. Впрочем, что еще ей делать? Какую еще роль в обществе она может примерить на себя? Быть матерью своему ребенку, болезненному Луизэ, от которого ей, молодой двадцатилетней женщине быстро становится скучно. Нана – в центре внимания, но она вне общества, вернее, в обществе для нее нет иной роли, кроме кокотки. Даже если бы она была «честной» актрисой и не изменяла бы своему «покровителю», она все равно оставалась бы только проституткой.

Нана становится самой высокооплачиваемой кокоткой Парижа. Она разоряет Штайнера, Мюффа, Югонов: Филиппа сажают в тюрьму за растрату, а Жорж кончает с собой на пороге спальни Нана. Ей хоть и жаль юного Жоржа, никаких выводов она не делает и ничего не меняет в своем поведении. Она унижает Мюфашку, спит со всеми подряд и вступает в связь с проституткой Атласной, которую, кажется, единственную по-настоящему любит. Нана ненавидит мужчин, считает их развратными животными, в то время как мужчины, да и сам автор, называют порочным животным ее саму. Так где же в этом замкнутом кругу причина, где следствие? Кто из них действительно порочен?

Золя не скрывает своего негативного отношения к Нана, награждая ее такими эпитетами как тупая, сентиментальная, пустая, дурная, испорченная, развращенная и т.д., но содержание романа, на мой взгляд, идет вразрез с авторской оценкой. Нана вызывает в большей степени симпатию, нежели осуждение или отвращение. Ее мотивы понятны, она – зеркало общества, ребенок, который ведет себя соответственно: эгоистично, взбалмошно, но быстро усваивая общественный взгляд на «приличия», и даже стараясь соответствовать им в силу своего представления о них.

Когда читаешь классику о Париже, о женщинах и театре, то ожидаешь обилие красивых нарядов, вздохов, уловок, тонкостей и баллов. Золя же впервые открыл для меня такую сторону высшего света.
Да, Э.Золя умеет писать так, что, отрываясь на секунду от книги, ты с удивлением думаешь "Неужто я не аудиокнигу слушала?", так все ярко и живо представляется в воображении. С первых страниц ты окунаешься в атмосферу магии театра перед началом выступления. Все так волнующее и так красиво. Но за блеском и хорошими манерами открывается совершенно ошеломляющая вульгарность времени, когда было абсолютно нормальным мужу сводить свою жену с любовниками, зарабатывая тем самым на хлеб или иметь связь на стороне и считаться приличной женщиной, так как таких связей насчитывается не так уж много.
Видно, что автор хотел нам показать, какой властью обладала в то время женщина. Даже ясно вырисовывается мораль в стиле "грех до добра не доведет", но... То ли я так воспитана, то ли времена уже не те, но тяжело поверить, что настолько глупая и капризная женщина могла так водить мужчин за нос. Фраз "она ласкалась к нему, как кошечка", не было достаточно для того, что понять сумасбродное падение мужчин к ногам Нана. Хотя, может быть, Золя хотел нам всем показать, что в каждом человеке сидит порок, с которым мы не в силах бороться, грязь, которая привлекает род людской. Может быть. Но все же неубедительно...

Во все времена Париж был городом контрастов. Кто-то привык считать его невероятно романтичным и загадочным,‎ кого-то привлекает его яркость и блистательность, но только Золя способен правдиво показать его гниль и фальшивость.

Итак, на что же способна женщина, твердо решившая поставить весь мир пред собой на колени? Каких вершин сможет добиться вчерашняя бульварная девка в высшем обществе? И сколько жертв будет возложено ради достижения ею собственных целей? Говоря о самой героине, возможно употребить лишь одно определение - "мерзкая". Нана подобно огромному урагану врывалась в жизни многих "добропорядочных" господ, принося с собой разрушение и отчаяние, сокрушая на своем пути любые преграды. Эта женщина была способна морально уничтожить, обокрасть до последней нитки, продолжая мило улыбаться, и зная, что она всегда будет оставаться всеобщей любимицей.

Неубедительным выглядит лишь то‎, что огромный город так и не смог дать отпор этой чудовищной силе. Женщины утешались собственным великолепием и тщеславием, а мужчины... "влюбленные мужчины - всегда дураки", как пелось в той старой песне.

Ну и наконец, сама атмосфера книги. Особую неприязнь вызывает напускная добропорядочность всей парижской элиты. В 19 веке было нормой иметь несколько любовников и строить из себя недотрогу, "сдавать в аренду" своих жен более высокопоставленным особам, смешивать с грязью искусство, мораль, религию.

Что же,"Нана" - не самое лучшее детище Золя, но к нему точно нельзя остаться равнодушным. Эта книга, пожалуй, призвана стать примером того, как жить не стоит.

Изложение менее красочное и эмоциональное, по сравнению с Западней. Характер и помыслы главной героини пытался понять весь роман, но впечатления все равно сложились противоречивые. Конечно, она не повод для подражания, конечно она дитя эпохи, сформированное обществом, на что Золя постоянно указывает, но в сравнении с Жервезой какого-то сострадания не вызывает.
Общество выглядит недоброжелательным и отталкивающим. Кто-то своей напыщенностью, кто-то предельной бесхребетностью.
Понравился фрагмент с кровью на ковре, затираемой "подошвами других мужчин" По сути в этом и есть отражение происходящего на страницах. Алчная женщина готова проливать чужую кровь.и забывать о ней в кратчайшие строки, а ослепленные мужчины готовы страдать во имя своих фантазий и плотских утех.
Мораль, вероятно, в том, что жить одним днем не всегда правильно, особенно в эпоху больших перемен.

Всем здравия, спешу оповестить вас, что у меня произошло очень приятное знакомство с новым для меня автором, Эмилем Золя. В нашей домашней библиотеке оказалось произведение "Нана", вот здесь наша встреча с писателем и состоялась.

Ох, писать можно долго, писать и описывать. Начало тягостное, какое-то слишком обобщительное, кажется, что так много персонажей, так ярко и антуражно описаны обстановки, а я всеравно не понимаю всю суть на все сто.
Но вот буквально на 30ой странице начинаешь потихоньку привыкать, персонажи прекращают слишком часто мелькать, нам начинают описывать их подробнее, очень тщательно показывая их карактер и реакции в неожиданных ситуациях.
По аннотации можно понять, что главную героиню зовут Нана, она женщина "лёгких нравов" и жизнь свою устраивает с такой же лёгкостью и не принуждением, даже в самых отчаянных для нее обстоятельствах она всеравно находит радость и веселье, но не от большого ума, к сожалению.

Сюжетная линия очень многогранна, дабы не делать вам одолжение в виде спойлеров, писать конкретику я не буду.
Но ясно выразить конечно же можно основную мысль. Красной нитью через всю книгу, проходит понятие падшего общества, причем не только низких слоев, но и высшего света, его разложение изнутри так искусно замаскированное благодеянием снаружи.
О как же отвратительно на душе становилось, местами читая ну просто низкие вещи... Под конец с ужасом понимаешь, что открытый изврат уже даже не удивляет, читая привыкаешь, что для героев это норма.
И ведь вправду, для них быть падалью норма и даже осознание этого и страх перед Всевышним всеравно не заставляет их изменять себе. Вот это нравы, ого-го!

Эмоций множество, с середины сюжет ещё более лихо крутится, заставляя трещать собственные правила морали по швам.
Думаю, что главная героиня вызовет у каждого разные чувства и эмоции.
Я могу сказать, что она мне омерзительна, хотя я осознаю, что если человека "с пелёнок" не научили тому, что есть добро и зло и что совесть это не пустой звук, то он вряд-ли сам додумается до этих истин. Я все же не могу простить ей как женщине ее главных обязанностей, ведь по сюжету она к тому же  была еще мамой маленького мальчика.

В общем, не разводя слишком долгой тирады, я конечно же советую эту книгу.
Вычитав, что она входит в большой цикл романов, где истории переплетаются между собой, я конечно же загорелась желанием прочесть все истории. Обязательно.
Большой кладезь остроумных цитат и мыслей героев будут полезны к прочтению.

Удивительно, как мир вокруг нас зависит от нас самих.
Стоит только стать невольным свидетелем того, как некто сеет хаос
и получает его после своих же злодеяний, взамен сполна.

Нана это книга не о морали. С одной стороны главная героиня романа - продажная женщина, куртизанка, актриска, которая пережила и взлеты и падения. С другой стороны, это Нана - девушка, которая смогла покорить всех мужчин Парижа, от журналистов до графов и принцев. В очереди стояли к ней на приём, жаждали обладать ею, мирились с конкуренцией. И даже наоборот, разогревались ею. Значит, она что-то умела. Она умела приносить кайф. Это не та история, где пользовались девушкой ради развлечения на ночь, всю жизнь ее содержали, клали все состояние к ее ногам лишь бы быть с ней рядом. Толстуха, вроде бы, но грация, пластика, ее бёдра волновали всех.

И лишь в один период, когда она влюбилась, отдала всю себя, потеряла самоуважение. Но потом восстановила. Жаль так и не нашла смысл жизни.

Жизнеописание куртизанки, вертихвостки, кокотки, потаскушки, профурсетки во Франции времен Второй Империи (60-е годы XIX в.) Описанная типология, конечно, ярко узнается и поныне. Ничто не ново под луной.

В этом романе Золя до известной степени изменяет своему натурализму, допуская порою излишнего неправдоподобия: слишком стремительно моральное падение незадачливых героев; слишком широко, театрально нарисованы картины мужской слепострастности, доходящей до жалкого раболепия; слишком обильны и помпезны помазанные застольным жиром пирушки, напоминающие адский вертеп, слишком невероятное предстает взору читателя расточительство - мотовству Нана могла бы позавидовать даже Мария-Антуанетта. Короче, натуралист Золя ни разу не брезгует сочными художественными преувеличениями. Не то чтобы это портило книгу, скорее наоборот, но роман для автора, как мне кажется, не совсем типичный.

Читается тяжело, но дело не в языке - летучем и живом, а в невыносимой ничтожности действующих лиц. Почти все мужчины в романе самые настоящие кукольды. Рогоносцы и простофили, тюфяки и тряпки, невзирая на свой, чаще всего, аристократический статус. Они толпятся стадами, обивают пороги, становятся за главной героиней чуть ли не в живую очередь, позволяют себя обирать самым возмутительным образом. За столь ничтожными балбесами сложно наблюдать, за них стыдно, они пресмыкаются, о них вытирают ноги. И все усугубляется мучительно затянутой экспозицией, когда уже на четверти книги понимаешь что дальше будет нестерпимое, маниакальное, последовательное, двухсотстраничное скатывание в бездну, живописание превращения достойных мужей в жалких червяков.

Так и сама Нана принимает слишком много глупых решений, это слишком вздорная, ветреная и пустоголовая особа, несмотря на свою практически дьявольскую развращенность - сущий ребёнок. И за этим следить тяжело по ровно такой же причине - испытываешь торопливый, неловкий стыд. При чтении я постоянно словно ерзал на месте, проскакивал строки, иные сцены было очень уж тягостно читать.

А вообще, хорошая книга. Живая и насыщенная. Но на мой вкус Золя слишком увлекается описанием человеческих слабостей, все герои сплошняком слюнтяи, шваль и отрепье. А еще автор излишне назидателен. Ох уж это сладострастное упоение, с которым он низвергает порочных героев к своему самому незавидному итогу...