Избранное

"Я пишу очень сжато. Фраза у меня короткая. Доступная бедным.
Может быть, поэтому у меня много читателей".
Михаил Зощенко.

Зощенко - это, конечно, любовь на века.
Человек непростой и насыщенной самыми разными событиями биографии, сменивший более десятка разных профессий (агент уголовного розыска, сапожник, инструктор по куро- и кролиководству, делопроизводитель, столяр и т.д.), боевой офицер, награжденный несколькими орденами и перенесший отравление газами в первую мировую, он к моменту дебюта в печати успел на собственном опыте ознакомиться с самыми разными сферами жизни. И что еще более важно - понять и постичь психологию обывателя. Речь не о негативном смысле этого слова, а о самых обычных людях - которых, по выражению самого писателя, "в каждом трамвае по десять штук едет".
Уникальность Зощенко мне видится прежде всего в том, что он сумел найти такую форму литературного изложения, которая была равно близка всем слоям читательской аудитории - от самой что ни на есть рафинированной интеллигенции до тех, кто совсем недавно выучился грамоте. Литературовед Ю.В. Томашевский охарактеризовал Зощенко как человека, наделенного абсолютным слухом и блестящей памятью, - и был стократ прав. Благодаря этому каждый находил в рассказах Зощенко правду жизни, причем преподнесенную автором в такой форме, которая не вгоняет в депрессию, а наоборот - помогает найти внутренние резервы, чтобы как-то пережить тяжелые жизненные ситуации. Такие, как бедность, разруха, тяготы войны, невыносимые жилищные условия, бюрократия, воровство и прочая, и прочая, и прочая.
Жаль только, что самого Зощенко собственный юмор ободрить и морально поддержать не мог. Он видел неприглядные стороны жизни так четко и ясно, как никто другой. А во многом знании, как известно, многие печали...
Прошло более полувека со дня его смерти и почти столетие - с момента появления первых рассказов. Изменились жизненные реалии, но не восприятие читателями рассказов Зощенко. Читаем - и местами улыбаемся, местами смеемся, местами откровенно ржем.
А отсмеявшись - задумываемся, и далеко не всегда наши мысли радужны...

Есть книги, которые не стареют. Её перелистываешь спустя годы — а она всё так же цепляет, как и в первый раз. "Избранное" Зощенко одна из них. Какая-то странная магия простых слов, смешных ситуаций и абсолютно узнаваемых характеров.

***
Что меня всегда поражало в Зощенко — умение взять совершенно бытовую мелочь и превратить её в маленькую историю, от которой почему-то внутри становится то теплее, то неловко, то смешно, то грустно. «Избранное» собрано именно так: рассказы, фельетоны, короткие зарисовки про людей, которые вроде и жили сто лет назад, но характеры-то — ну прямо сегодняшние.

Вот, например, рассказ о человеке, который так и не смог объяснить контролёру, почему у него нет билета, хотя деньги были. Или тот знаменитый стиль: короткие фразы, немного путаницы, смешное выражение лица у героя — и вот уже перед глазами развивается почти бытовой спектакль.

Чем дальше читаешь, тем заметнее становится скрытая серьёзность. Зощенко будто всё время улыбается тебе в тексте, хотя за шуткой прячет что-то важное — человеческую неустроенность, вечное желание казаться лучше, чем мы есть.

Читаешь, и думаешь - а ведь мы и правда остались теми же людьми. Только одежда, телефоны, новости — всё обновилось. А характер — ну вот он, один в один.

Тут и добродушные шутки, и маленькие трагедии будней, и тот самый зощенковский стиль, когда герой говорит чуть кривовато, чуть сбивчиво, но очень по-человечески. Я обожаю такие вещи, потому что они дарят редкое чувство: вот эта неровность речи, эти повторы — всё это делает персонажей живыми. Не выдуманными, не книжными, а нашими.

Что меня особенно тронуло — это ощущение, что каждый рассказ в сборнике написан как маленькая терапия. Ты читаешь о людях, которые бесконечно спешат, волнуются, придумывают оправдания, попадают в нелепости, ссорятся, мирятся… и думаешь: ничего не поменялось. А значит — есть шанс посмеяться над собой тоже.

Я поставила книге твёрдую пятёрку. Не по каким-то формальным критериям — просто по ощущениям. Это тот редкий случай, когда классика работает как свежий воздух. Немного смешной, немного острый, немного грустный — и при этом абсолютно честный.

Иногда мне кажется, что мы всё ещё нуждаемся в таких текстах. Простых, смешных, тёплых, где-то нелепых. Текстах, которые можно открыть вечером и почувствовать: жизнь, конечно, не подарок, но смеяться над собой — иногда надо.