Роман с кокаином

Уже после нескольких страниц я понял, что нужно вырубить свет и включить песню Holocaust группы Placebo. Ее душная безысходность играет на тех же струнах, что и «Роман с кокаином».

Вообще чтение книги напоминает погружение зубов в лимон. Первоначальные спазмы и отторжение меняются на привыкание и даже наслаждение, если вы любите эту терпкость во рту. Она же в свою очередь медленно, но верно оккупирует каждую клетку вкусовых рецепторов и приносит… кайф (?).

Структура книги отдаленно напоминает религиозный текст своими рассказами с отдельными подтекстами. Но если последний похож на неэффективную надпись на пачке сигарет, то книга как наблюдение за живим курильщиком: начинаешь с желтых зубов, заканчиваешь кожей и костями на больничной койке.

И все же не только это. Автор играет фразами, как в покер. Подкидывает тебе стрит-флеш, убеждает своими бегающими от растерянности по игральном столе глазами в близкой победе и потом вытягивает флеш-рояль. Даже не в этом беда (кайф?). В конце игры растерянный, недоверчивый, во всем сомневающийся, имея на руках тот самый желанный рояль, ты уверенности уже никакой не имеешь. Такое ощущение, что цель всей этой затеи сделать из тебя маргинала.

Леви-Агеев выводит свою формулу человеческой души – маргинальные качели. Процитирую свои слова от прошлого ноября:
Вы когда-нибудь задумывались над словом "кайф"? Что оно для вас? Для меня это дрожь тела, дыхание, лишенное воздуха, слезы триумфа, это секунды, когда мир кружиться перед глазами, становиться таким далеким, когда реальность уходит из-под ног. Я шел по улице, опустив голову, охмеленный Лондоном и Блоком и ловил кайф, вкус жизни. Если религия - опиум для народа, то искусство для меня героин.
Весьма забавно получилось. А если героин поменять на кокаин, то можно их и Леви приписать.

Автор рисует человеческие души охотниками за этим «кайфом», который достигается целой бесконечной массой способов. Можно выстроить мини схему: человек, который гонится за «кайфом», а на пяты наступает реальность.

В итоге название произведения можно толковать весьма занятным образом. «Роман с кокаином» - весьма нелегкие отношения между человеком и его душой.

Вадиму Масленникову идёт шестнадцатый год, а у него уже венерологическое заболевание. После этого нам наши учителя и родители ещё говорят, что мы неправильно себя ведём и прочее. Может быть, но мы хотя бы предохраняемся, я прошу прощения. Знает, что болеет и сознательно заражает Зиночку да ещё берёт у неё серебряные монетки. И вы хотите сказать, что это гениальный роман? Ещё Андрей Орловский говорит, что лучше ничего не читал и считает этот роман самым прекрасным из всех, что написаны на русском языке. Ничего себе открытие.
Язык хорош, спорить не буду, но у меня ощущение, что меня измазали мазутом и теперь не отмыться от этой бяки. А какое у Вадима безобразное отношение к матери, которая оплачивает учёбу, кормит, любит его. Вот вам и детская благодарность называется. Ещё ребёнок, а уже сплошной негодяй.
Попадаются в тексте предложения размером с абзац, в некоторых случаях прямая речь идёт с маленькой буквы, это что новая мода на грамматику? Теперь понятно почему Орловский так странно пишет свои тексты, учится у Агеева. Похвально.
Мне не понравился сюжет, главный герой вызывает отвращение, ситуации, описываемые в книге, вызывают недоумение и осуждение, но я, пересилив себя, прочитала до конца из-за хорошего слога.
Можно сказать, что Леви- Агеев – автор одного произведения, ведь после «Романа с кокаином» он больше не возвращался к писательству. И последнее: я не стала бы сравнивать автора с Набоковым, потому что нет ничего общего. Не понимаю, почему были и остаются люди, которые не прекращают это делать. Набоков на уровень выше и талантливее пишет.

Весьма оригинальные впечатления. Рассказчик Вадим вызывает тошноту, но не сам по себе, а тем, что при всей его гадкой непривлекательности в некоторых ракурсах неожиданно узнаёшь в нём себя и приходишь в замешательство. Страшное, странное и новое чувство рождается в грудной клетке и леденяще сползает к ногам. Странно. Тошно. Вадим как Порфирий Петрович с Раскольниковым будто бы невзначай, ненамеренно бьёт по морде каким-нибудь колким намёком на что-то личное, потаённое, всё то, в чём так трудно признаваться даже себе. Как будто подглядываешь за своей непарадной стороной души. Изнанка. Подполье. Уродливое зеркало или, напротив, истинное отражение без прикрас. О, сколько тут личного, неприкрытого, некрасивого. Каждая страница истощала как кокаин, который не можешь перестать употреблять, не можешь отказать себе в столь легкодоступном счастье, так и перестать читать было невозможно, сквозь тошноту в каком-то припадке мазохизма пожирала глазами буквы пока к концу книги не почувствовала себя совсем избитой. Кто из нас не посвящает жизнь погоне за кайфом? От источника легкодоступного счастья в любом случае не избежать зависимости, будь это порошок или какое-нибудь другое дерьмо, которым мы заполоняем свои жизни. А после того как мы вдохнём в себя кокаин и почувствуем кратковременную эйфорию каждой клеточкой своего тела и души, после этого неизбежно следует реакция, хе-хе-хе, ой как знакомо и я конечно не про кокаин говорю, то есть не только про него, а про всё, что осчастливливает нас внезапно, сильно, волной, захлёстывает, заставляет задыхаться - всё это потом больно отдаётся таким же резким падением на землю. Ладно бы эти кокаины были панацеями от несчастья и тоски - но нет, со временем ты прибегаешь к ним только в надежде повторить первый раз, вернуть навсегда уже потерянный рай.
Впервые отодрав себя от книги поняла, что роман с кокаином преследует меня и заставляет к нему бросаться в первую же свободную минуту. Это было страстное чтение.
P. S. Оторвать взгляд от отвратительного практически невозможно.

Флэшмоб - 2013. 4 книга.
Пожалуй, начну, пока впечатления свежие. Не знаю уж, почему Наташа посоветовала мне эту книгу, вроде она ей очень нравится. Просто необычное произведение, я читала относительно много про наркоманов, но в подобном жанре, пожалуй, впервые.
Во-первых, отмечу, что я, перечитавшая Набокова более-менее, не увидела ничего того, что можно сравнить с ним. В общем, есть какое-то у меня чутье к Владимиру Владимировичу, чего тут я явно не отследила, но это не помешало моему прочтению.
Произведение неоднозначное. Три четверти романа я ждала, когда же там появятся наркотики среди школьников и абитуриентов. Такое название обязывает ведь. Кстати, книгу я начинала читать два раза, и вот на третий раз я втянулась очень неплохо. Интерес к появлению наркотиков в книге не давал мне бросить её на половине пути. Да и не хотелось.
Интересны размышления главного героя о духовности, чувственности, о смысле жизни, о мужчинах, о женщинах. Одна цитата из романа въелась камнем по сердцу: "Для влюбленного мужчины все женщины – это только женщины, за исключением той, в которую он влюблен: она для него человек. Для влюбленной женщины все мужчины – это только человеки, за исключением того, в которого она влюблена: он для нее мужчина". Всё верно, да-да, абсолютно верно. Кстати, после этих строк я стала искать внутри себя ответ на данный вопрос, и пока нахожусь в поисках.
Подробно описан быт и нравы дореволюционной России. Пороки общества. Вадима отчасти жалко, он даже не представлял, что такое наркотики и к чему они приводят, когда случайным (?) образом начал нюхать кокаин. Были времена. И ведь относительно недавно.
Три части произведения будто три разных романа переплетаются в единое целое. В жизнь Вадима Масленникова. Самое главное, что поднята социальная проблема общества: и тогдашнего, и сегодняшнего. Проблема наркомании.
Подруга, читавшая так же этот роман, спросила меня: "Как ты думаешь - любил ли герой Соню или нет?". Я ответила, что нет. По-моему, он вообще мало, что любил. Запутанный в своей жизни подросток, который начинает употреблять наркотики. От бессмысленной жизни. Он привык получать всё, что захочет. А мать то его любила. Он - поздний ребенок, отец умер. Этакая семейная драма, которая зачастую встречается. Тяжело одной воспитывать сына - гордость и опору. Можно, да сложно. Да и Вадим какой-то уж слишком беспринципиальный. Откажись он от предложения попробовать наркотики, сказав только лишь одно слово "нет", и ничего не было бы подобного.
Кстати, а глава про Соню (вторая) мне понравилась побольше двух других. Вот не знаю, но мне кажется, что именно с неё я втянулась в повествование. Какой-то долгой тропой я шла к этому произведению. Причём, это первая книга из флэшмоба была, которую я открыла, но лишь 4 в списке прочитанных. Да и ладно, важно, что прочитала, что понравилось своим необычным стилем и повествованием. Это совсем не "Реквием по мечте". Язык потрясающий, хоть и простой, но есть в нём что-то манящее. Язык интеллигентов, хотя книга совсем не о них. Безупречные образы и синтаксис. Всё то, что я так свято люблю.
Всё хорошо, я никого не осуждаю.

Книга должна понравится всем любителям Достоевского. Потому что так красочно писать о человеческих слабостях, осознанных на протяжение собственного опыта умел только он. До сих покрыто дымкой таинственности имя автора и сама история этого романа. Трансформация главного героя из домашнего мальчика в законченного наркомана ужасает своей правдивостью и реалистичностью, а во время чтения хочется пойти отмыться от грязных мыслей героя. Но ты продолжаешь безостановочно бегать глазами по строчкам, вникая в бездну его честных рассуждений о себе и своих поступках. Тема отношений с матерью – лично для меня, самая больная линия во всей книге и является последствием непредсказуемого «романа с кокаином».
Как итог, читать всем, кто любит качественную глубинную литературу.

Кокаиновая классика

Знаете ли, мне иногда очень странно бывает осознавать тот факт, что совершенно случайным образом попавшая в руки совершенно случайная небольшая книжечка (частенько бывает у меня такое, когда выбираю книгу «методом тыка», без рекомендаций и, не читая аннотации даже, между тем беру обязательно автора абсолютно не знакомого), может поведать мне столько нового, точнее даже сообщить какой-то импульс к действию, побудить, заинтересовать. И речь не столь о самой этой книжной истории, которая на страницах передо мной разворачивается, сколь о сопутствующих этой книге интересных материалах – ее создании, ее авторе, ее собственной личной жизни. Далеко не каждая книга это умеет и, задумываясь сейчас, понимаю, что вообще крайне редкое подобное мне встречается, наверное, поэтому для меня такие книги как-то по-особенному ценны и памятны, из-за такого же странного осознания ценны для меня и фильмы, основанные на реальных событиях. «Роман с кокаином» - это именно такая книга.

На протяжении всего чтения неотступно преследовала меня мысль, что написано это было сейчас, в ближайшем прошлом, но из любви к прекрасному и нетленному или по какой-то иронии судьбы, написано языком Фёдора Михайловича, написано так, как сам он мог бы написать о том же, используй вдруг он машину времени и навести нас, горемычных. Упорно мой мозг не хотел принимать, что написано сие произведение в 30-х годах 20 века. Однако же заметки эти принадлежат перу Вадима Масленникова, гимназиста, а впоследствии и студента, москвича, гуляки, неблагодарного сына, незадачливого влюбленного и, наконец, кокаиниста, а рукой его движет Марк Агеев, фигура в высшей степени для меня таинственная, человек-миф, человек-знак вопроса. И пусть говорят, что якобы авторство Леви уже доказано, отвечу – «Не верю!» Тут уж скорее соглашусь с гипотезой Н.Струве, которая приведена в послесловии к роману (и читать которую было не менее увлекательно, чем само произведение) и выглядит очень убедительно (по моему скромному мнению), о том, что это всё же Набоков. Но это и не важно, пусть «Роман» хранит свою маленькую тайну, он-то знает, а живым знать не обязательно… живим должно быть достаточно осознания, что Агеев – человек с русской душой, умеющий ярко и мастерски эту свою русскость преподнести читателю.

Уже после прочтения заметила, что в библиотечке на романе стоит тег «Современная проза» и возмутилась. Так как же это? Нет же, товарищи! Безобразие! По какому принципу делится литература на современную и классическую? Ведь не дата написания или издания главный критерий же, ей богу! А «Роман с кокаином» – это классика, совершеннейшая классика. Кокаиновая… классика.

Михаил Агеев, он же Марк Леви (не путать с французским писателем Марком Леви) - русский писатель, филолог, германист. За всю жизнь он издал всего два произведения - рассказ "Паршивый народ" и "Роман с кокаином". Авторство последнего произведения зачастую приписывают В. Сирину-Набокову, ибо язык автора, использование метафор, антропоморфность неодушевленных предметов действительно носит отпечаток набоковских стилистических приемов.

Действие повести охватывает 1914-1919 годы. Несмотря на то, что события повести происходят на фоне Первой Мировой войны, а затем и революции, эти исторические события не являются центром повествования. Скорее всего, на первый план выходит история падения, гибели личности. Главный герой - Вадим Масленников находится в экзистенциальном кризисе, в пограничным состоянии, когда трудно четко отличить добро от зла. Это раздвоенное состояние героя также показано в неумении объединить в себе физическое и духовное начала. Желание побороть эту раздвоенность приводит героя к кокаиновой зависимости, которая блистательно описана в последней главе "Мысли".

Достаточно сильный текст, одно из лучших произведений, написанный на русском языке, который доводилось мне прочесть. Однозначно советую!

Вплоть до 1990х годов эта книга продавалась с пометкой "Неизвестный роман Владимира Набокова". Маститые литераторы разбирали текст построчно и сравнивали его с прозой Бунина, Сирина (читай, Набокова), раннего Достоевского. Кто ты такой, М. Агеев?

Начало ХХ века, дореволюционная Москва, Вадим Масленников начинает свою дневниковую исповедь. Он гимназист, живёт с немощной матерью и служанкой, грезит о сытом и престижном будущем. А пока учится и живёт за счёт родительницы, вгоняя её в крайнюю нищету.

А ещё Вадим - гнилейший и мерзотный человек. Его откровенный рассказ о гимназических буднях, любовных похождениях, заболеваниях, запретном влечении, зависимости ближе к финалу становится всё более смрадным и вязким. Разрушить свою жизнь и судьбы окружающих - кажется, это слоган Вадима. И этой губительной миссией парень кичится, не замечая, что он не великий злодей, а ненавистный паскудник.

Но насколько же сильны рассуждения и полемика в этом романе - о любви, об ущемлении женщин, о патриотизме, продажности, - которые начинаются в виде ученических споров, а после растворяются в кoкаинoвoм дурмане.

Кажется, что и окружающие Вадима люди растворятся без следа, но на прследних страницах след каждого будет замечен. Круг замкнется.

В 1994 году архивисты, изучая реальный список выпускников Гимназии Креймана 1916 года, обнаружили в нём фамилии всех главных героев "Романа с кокаином". Дальнейшее исследование позволило установить, что М. Агеев это русский писатель и переводчик Марк Леви. Кажется, вопрос авторства тоже зафиналился.