Angle of Repose

Понятие о доме, о жилище способны сполна оценить только нации бродяг, проникнуться им могут только выкорчеванные с корнем. Что еще человек стремится заложить в диком месте, на передовом рубеже? Какая утрата бьет больнее?

И если ей пришла мысль об Огасте - а так, скорее всего, и было, - то на синяк расставания и перемены она могла наложить компресс с целебными травами, собранными по всем привычным ей литературным грядкам: да, они разлучены, но каждая осуществила себя иным, более благородным образом.

Города как люди. У тех, что постарше, часто есть свой характер, а вот новые взаимозаменяемы.

Моим деду и бабке пришлось, пока они жили, покинуть один мир и войти в другой, а то и в несколько других поочередно; они творили новое из старого на манер кораллов, наращивающих свой риф. Я на их стороне. Я, как они, верую во Время, в жизнь хронологическую, а не экзистенциальную. Мы живем во времени и сквозь время, мы строим наши хижины из его руин – так, по крайней мере, было, – и мы не можем себе позволить всех этих ликвидаций.

Моего сына, хотя отношения у нас теплые, мне так же трудно считать своим подлинным сыном, как если бы он дышал жабрами. Между поколениями не трещина, а пропасть. Кардинально изменились сами основы – и количественно, и качественно.

Хочу привлечь внимание присяжных, – сказал Кинг, – к тому, как домысел превращается в предположение, предположение – в уверенность, а уверенность – в обвинение. Это наглядный урок, показывающий, как работает ум эксперта, у которого от смутной догадки до заявления под присягой и от заявления до денежного вознаграждения, бывает, проходят считаные минуты. Эксперт авторитетнейшим тоном произносит то, что отнюдь не всегда отражает действительность.