Истоки тоталитаризма

Если закон природы в том, чтобы устранять все вредное и не приспособленное к жизни, то, когда вдруг оказалось бы, что уже нельзя обнаружить новых категорий вредного и неприспособленного, это означало бы конец самой природы. Если закон истории в том, что в классовой борьбе определенные классы "отмирают", то этой самой человеческой истории пришел бы конец, если бы не формировались новые рудиментарные классы, с тем, чтобы в свою очередь "отмереть" в руках тоталитарных правителей. Другими словами, закон непрерывного убийства, благодаря которому тоталитарные движения захватывают и реализуют власть, остался бы законом движения, даже если бы им когда-нибудь удалось подчинить своему правлению все человечество.

Понятия вины и невиновности утрачивают здесь всякий смысл: "виновен" тот, кто стоит на пути природного или исторического процесса, который уже вынес приговор "неполноценным расам", "не приспособленным к жизни" индивидам, "отмирающим классам" и "вырождающимся народам". Террор приводит в исполнение эти приговоры, и все вовлеченные в него оказываются субъективно невиновными: убитые, потому что они ничего не делали против системы, и убийцы, потому что они как бы и не убивали, а исполняли смертный приговор вынесенный неким высшим судом.

Внезапно становится очевидно, что те вещи, которые в течение тысячелетий человеческое воображение изгоняло за пределы человеческой компетенции, могут быть осуществлены прямо здесь, на земле, что Ад и Чистилище, и даже тень их вечности, могут быть созданы самыми современными методами разрушения и терапии. Этим людям (а они более многочисленны в любом большом городе, чем нам хотелось бы думать) тоталитарный ад доказывает только то, что человеческая власть несравненно более сильна, чем они когда-либо осмеливались думать, и что человек может осуществить адские фантазии без того, чтобы небеса опустились на землю, а земля разверзлась.

Истина в том, что эти страны просто не располагали достаточным человеческим материалом, чтобы позволить себе опыт тотального господства и внутренне присущие ему огромные потери населения.... Это объясняет также, почему нацизм, вплоть до пожара войны и своего распространения по Европе, так сильно отставал от своего русского соперника в последовательности и безжалостности: даже немецкий народ не был достаточно многочисленным, чтобы вынести на себе полное развитие этой новейшей формы правления. Только если бы Германия выиграла войну, она в полной мере познала бы прелести тоталитарного правления.

Беда бесправных не в том, что они лишены права на жизнь, свободу, стремление к счастью либо равенства перед законом и свободы мнений..., а в том, что они вообще больше не принадлежат ни к какому сообществу. Их проклятие не в том, что они не равны перед законом, а в том, что для них не существует никакого закона; не в том, что они угнетены, а в том, что никто не хочет даже угнетать их. Только на последней стадии весьма длительного процесса их право на жизнь оказывается под угрозой; только если они остаются абсолютно "лишними", ненужными, если нельзя найти никого, кто бы "востребовал" их , их жизням может грозить опасность. Даже нацисты начинали свое истребление евреев с лишения их всякого правового положения.