Избранные произведения

Если бы эту вещь написал не Кавабата, то ее следовало назвать «Уродливые ноги» или «Выжидающий следопыт». А может «Баня лечит». Но написал ее Кавабата, а у него, как я поняла, главное действующее лицо - природа во всей своей красоте. И вот посреди цветущих вишен, нескошенной травы, огней светлячков отражающихся в глади озера мучаются от нелюбви эти странные существа - люди. Кто вообще придумал человеку быть таким сложным, так много чувствовать, ничего не понимать, не совпадать с другими чувствующими и ничего не понимающими и болеть от этого?

Одного природа создала жалеющим себя. Он счел удобным списать все на уродство своих ног. Все началось с того, что однажды в детстве почувствовал женское превосходство над собственной беззащитностью и посредственностью. Конечно, во всем виноваты ноги. Отчего же еще так больно? Больно так, что хочется жалости и снисхождения от того самого женского превосходства. Больно так, что готов слоняться всю жизнь за потенциальными утешительницами. Что думают об этом «утешительницы»?

Одна ничего не думала. Да и не утешать ей хотелось, в силу юности сочла нашего героя очень даже не жалким мужчиной с нормальными ногами. Но ему то себя жалко! А как же ноги? Не утешила.

Другой нравилось что ее преследуют. Нет, она ничего не знала о том, что от нее хотят жалости. Ей и самой себя было жалко. Жалко настолько, что не жалко прошлого и о будущем думалось через силу. Она сама готова отдать все сбережения лишь бы ее заметили и пожалели. Такое напугало нашего преследователя.

Третья даже и не заметила преследователя. Он в своем воображении сыграл с ней свадьбу, а она ни сном, не духом. Занята девушка.

Четвертая сама начала преследовать. Ей бы выпить, закусить и к плечу припасть, а далее по схеме. Но у нее самой такие же уродливые ноги. Никакой жалости не хватит на две пары уродливых ног.

А вот пятой не составило труда пожалеть. Она даже и не знала, что жалела, это ее работа ухаживать за ногами других людей. Достаточно ли такой жалости ищущему ее?

Итак, ни разу не совпали человеческие эмоции на фоне красивой японской природы. Противоречивый биологический вид, не всегда способный совпадать душой по половому признаку. Но и это еще не весь дефект. Может для утешения, и для того что бы не умер от горя, человек сотворен с воображением и способностью додумывать. Способен придумывать не просто любовь, из чего бы она не состояла, а взаимную любовь. Лишь бы никто его не переубеждал, что это лишь фантазии и не демонстрировал превосходства при этом. Лишь бы это превосходство не было от противоположного пола. Тогда ведь допустимо защититься от него, избавиться, наказать наконец! Ведь сил сколько выстрадано! А в природе побеждает сильнейший. Ну, ничего. В природе гармония. Озеро глубокое, рыбы к тому же. Оно благодарно примет любое подношение.

У меня дома есть несколько книг Ясунари К., и все они прочитаны и перечитаны. Но данная, как-то, проскочила мимо, осталась обделенной вниманием и очень зря! Потому что, из всех прочитанных именно это произведение произвело неизгладимое впечатление.
Любая книга автора - это полное погружение. Читаешь первые строчки и чувствуешь, как отключаешься от мира. Замирают звуки, исчезают стены, стирается привычная картина, и глазам предстает сакура, цветущая и благоухающая.
Его тексты - это незамысловатые, простые слова, поставленные в ряд уму непостижимым образом - удивительно подобранные по гамме и размеру, бусинки. Великолепное ожерелье, не крикливо-мещанское, а именно изысканно-утонченное в своей простоте.
Ясунари К. придерживается принципа сатори, то есть озарения. Согласно дзэн, Истина открывается мгновенно, внезапно, на уровне интуиции, а это значит, что сокровенную суть вещей, их истинную природу возможно постигнуть мгновенным проникновением, а не рациональным рассудочным мудрствованием. Кавабата воспринимает мир изначальным образом и прекрасно передает это через свои книги. Он рассматривает мир не как сцену, на которой господствует человек. Он видит мир как великолепное полотно, где человек - это явление Природы, ее гармония и неразделимая часть. Природа и человек - единая субстанция.
"Стон горы" - очень яркое тому подтверждение.

В центре внимания пожилой человек, подошедший к рубежу своей земной жизни. Чем ближе горизонт, тем ощутимее ему слышится стон горы, предвещающий близкий конец. Самое время погрузиться в собственные мысли, упорядочить, перебрать, сопоставить, и заодно посмотреть на то, что происходит в семье. Очень непростая ситуация, которую европеец описал бы, вплетая тяжелые эмоциональные ноты, не пренебрег бы скандалами, громогласными обвинениями и соответствующими диалогами, пытаясь как можно острее показать проблему через истерику - все в духе "цивилизации", одним словом. Но Кавабата поступает в полную противоположность - он дает возможность читателю прочувствовать, проникнуть сквозь оболочку, влиться в поток, понять. И все это проделать в абсолютном спокойствии, без ядерных эмоциональных взрывов.
Он, словно, художник, передающий чувство непосредственным присутствием - живая рука, выводящая гениальный рисунок на полотне. Художник, предпочитающий мертвому объективу современного фотоаппарата тонкую, изящную кисть и естественные краски. Как-то так...

"Стон горы" стало для меня значительным событием в плане духовных изысканий, попыткой раскрыть новые грани бытия и человеческих отношений с призмы эстетики дзэн, с японского образа мышления - такого самобытного и прекрасного, почти недосягаемого.

ПС. Очень хотелось бы прочитать рассказ "Кристаллическая фантазия" (который не могу найти), написанный в 1930-м году под впечатлением от джойсовского "Улисс". В отличие от Джойса, Кавабата пишет воспоминания одинокой женщины. Любопытно...

Дальше...

Очень поэтичный, очень созерцательный, очень холодный текст. Тонко подмеченная красота природы сочетается в нём с упадочной атмосферой проигравшей войну страны, а кажущаяся безмятежной гладь внутрисемейного пруда скрывает под собой страшные душевные переживания. Несбывшиеся отношения, тайные привязанности, нелюбимые дети, неудавшиеся браки, супружеские измены, нежеланные беременности – все персонажи романа по-своему несчастны и все держат свои души наглухо закрытыми. Одни против воли впутаны в чужие взаимоотношения и становятся свидетелями нелицеприятных поступков, другие травмированы войной, а кто-то ловит мимолётную красоту живого, размышляя о вечном и наблюдая разрушение собственной памяти. Роман очень аутентичен и напоминает изящно выписанную японскую гравюру, отстранённую и цельную в своей самодостаточности.

Эта книга напомнила мне то ли песню, то ли стихотворение. Тихая, неспешная мелодия льется со страниц книги.

Семья, возникшая из обломков чужой семьи. Семья с проблемами, но разве бывает иначе? Только вот, несмотря на свои проблемы, они успевают видеть красоту мира вокруг. Немалая часть книги посвящена описанию птичек, снов, собаки под крыльцом, цветов и масок театра Но. Не бывает жизней без проблем, но остановиться и внимательно посмотреть вокруг, и, возможно, благодаря красоте вокруг станет не так больно?

Конечно, мне странно представлять себе, что люди ведут такие беседы, сидя за обеденным столом, но раз это японцы, вопросов нет.
Совершенно неожиданная книга, Япония в концентрированном виде, чудесная.

Где-то рядом застонала гора, а вдруг это весть, что настал его смертный час?

Помните, Чехов, сидя в кафе с другом, в шутку сказал ему, что он может написать рассказ о чём угодно, ну хотя бы..
И тут Антон Палыч, словно ангел-снайпер, через пенсне, окинул взглядом соседний столик, проходящую куда-то очаровательную смуглую женщину, с чуточку разными глазами цвета крыла ласточки, и на травку за окном, словно бы смеющуюся на солнце (по ней бежал ёжик и ей было щекотно, как, впрочем, и ёжику), потом снова, взгляд, словно ласточка, сделавшая круг, вернулся за столик.
Вот, — с улыбкой сказал Чехов, — я могу вам написать рассказ… хоть об этой солонке с узором травки. Хотите?

Кавабата пошёл ещё дальше. Быть может они с Чеховым ходили вместе, я не знаю (Кавабата любил Чехова. А Чехов.. не знал, что на свете есть Кавабата. Боже, и тут всё та же трагедия, что и в любви!).
Кавабата написал безупречный шедевр… о женской родинке.
Никогда ещё родинке не уделялось столько внимания, словно она — ангел. Заколдованный, смуглый ангел.

У вас есть родинки? Вы не стесняетесь их? Есть в родинке какая-то тайна.
В детстве меня поразила история, как у одного человека была родинка под сердцем, размером с монетку, и как потом оказалось, в прошлой жизни он спасал женщину и его застрелили: пуля влетела под сердце.
В этом смысле, у меня очень странные родинки. Одна, гладкая, размером со зрачок ласточки, - на ягодице. Вторая маленькая и гладкая, размером с горошинку, на очень интимном месте (даже не хочу думать, что это значило в моей прошлой жизни и кого я там спасал), и три гладких родинки под сердцем, — если бы у меня сердце было справа, — идеально напоминающие звёзды в Поясе Ориона.

Я и мой смуглый ангел договорились давно, что если мы будем в ссоре или разлуке, мы будем смотреть на Пояс Ориона и думать друг о друге с нежностью: словно наши души встречаются на звёздах.. как после смерти.
Бывает, лежу в постели, думаю о смуглом ангеле и улыбчивым пальчиком глажу свои карие созвездия под правой грудью.
Глажу крайнюю звёздочку на рёбрышке, думая о том, что мысль любимой сейчас где-то под моим пальчиком или.. на звезде.
А потом выйду на балкон, посмотрю на небо… а там в Поясе Ориона — две звезды, а не три! Словно одну звёздочку я — сгладил!
И так стыдно становится… и думаешь: где же мысль любимой сейчас? Провалилась в космос.. под грудью моей?
И не сразу понимаю, что это просто тучка скрыла звезду.

Если ангелы читают книги, то у них рассказ Кавабаты вышел с ограничением: 400 +
Это и правда предельно интимный рассказ, экзистенциально интимный.. до того интимный, что человек быть может даже и не поймёт, что он такой интимный для ангелов: подозреваю, что многое, о чём люди со стыдом и страхом думают как о грехе и разврате, для ангелов лишь — улыбчивые тени мотылька в травке.
Боже.. сколько разбивается сердец и судеб из за тени мотыльков! Но люди то не знают, как смотрят на это ангелы. Почему мы не смотрим на это как ангелы? Любовь же — это взгляд ангела.

Да, интимность рассказа совсем иного рода. Представьте, что ваш пол, словно в улыбчивом сне, стал прелестной бабочкой и улетел, пропорхал над сиренью, милым, зажжённым окошком самой прекрасной в мире женщины на 23 этаже, и возвратился к вам, сел куда-то на вас.. и вы потеряли его, словно бы пол, впервые за тысячелетия, со времён Эдема, стал тем, чем и был всегда — душой.
Так бабочка в листве порой дивно мимикрирует под карие веточки и плеск листвы.
И вот вы искренне думаете, словно в ласковом кошмаре, (к вам с минуты на минуты должен постучать ваш смуглый ангел. Свидание.. шампанское, свечи, лепестки роз…  а вы потеряли пол!!!) — да где же он, господи!

И как тот милый дурашка, который ищет очки, хотя они у него на голове, вы в попыхах ищете свой пол.. бабочку.
Смотрите на свою ладошку: она, нет? Чем то похожа.. но нет. На грустное солнышко похожа в уголке детского рисунка. Замученное солнышко.
Может пупок? Тоже нет… нос? Губы? Вы подходите к зеркалу и пытаетесь что то сказать: мой смуглый ангел, я тебя люблю..
И вдруг ужасаетесь этим словам и креститесь, и кошка на полу словно бы крестится хвостом, потому что это экзистенциально страшно, хоть и мило, когда ваш пол — разговаривает с вами: такое было только в раю и.. в психбольнице номер 5.

Боже мой, смуглый ангел, знала бы ты, с кем я говорю в безграничной тоске по тебе, по ночам! Ты бы ужаснулась.. а потом улыбнулась.
Такое не снилось и Эдгару По с его неверморным вороном. Он бы тоже улыбнулся и.. перекрестился.
Вот бы на запястье был пол, да? Синенькие веточки боли и нежности..
Если любимая уходит навсегда — можно лезвием.. Чеширская улыбка запястья. Пола и.. тоски по любимой.
А потом пол перевязан бинтом, словно крылом. Смирительная рубашка запястья. Я помню ту страшную позапрошлую зиму. Прости меня за неё, любимая..

Вы думаете, у Кавабаты всё менее безумно? Ошибаетесь.
Хотя с виду, всё как у нормальных людей.
Женщина пишет письмо своему мужу. Как мы понимаем из дальнейшего рассказа, они временно живут не вместе: она с сыном у мамы..
Замечали, что женщина с ребёнком, порой уезжает к маме, от осенних холодов в отношениях, с той же грацией, с какой ласточки улетают на юг?

Так вот, женщина пишет письмо мужу, в котором рассказывает, какой странный ей приснился сон.
Почти как Ева, правда?

• Милый.. мне сегодня приснилось страшное и прекрасное: жизнь. Приснился Бог на кресте и Достоевский какой-то, Мадонна Рафаэля приснилась и газовые камеры в ещё несуществующем «Саду Европы». Что это за Европа такая? Она во сне была с головой коровы. Жуть.

- Мне…  я не хочу об этом говорить, солнышко. Хочешь грушу?

• Погоди.. тебе опять она снилась? та смуглая женщина с удивительными глазами, чуточку разного цвета, цвета крыла ласточки??
• Евочка, ну не сердись ты так. Ты же знаешь, что женщин ещё не существует. Мы одни с тобой, как Робинзон и Суббота.
• А она твоя пятница, значит…
• Леночка, ну не кипятись..
• Какая ещё Леночка!! Тут и леночка ещё где-то есть?? Куда ты её спрятал? Подлец! Все кто тебе снится, сбываются!!

Слава богу, у Кавабаты другой сюжет!
В некоторой мере, рассказ Кавабаты перекликается с чудесным рассказом Осаму Дадзай — Кожа и сердце: там героиня, однажды утром, рассматривая себя в зеркало, обнаружила маленький прыщик на груди.
Но у Кавабаты совсем иная тональность.
Вы спросите, может ли третьим в отношениях быть — родинка? Или чашка чая? Или сон наш? Память о солнечном зайчике в детстве?
Если вы не в психбольнице, то вам нечего опасаться.
Помните Чехова? (кстати, более чем непростой вопрос в психбольнице). Вы просто пьёте малиновый чай за столиком, в трусах и тапочках, с причёской домовёнка Кузи… а ваша семейная жизнь летит к чертям (господи.. в моём переложении, все мысли великих людей кажутся какими-то бездомными румынами в цирке дю Солей).

Женщина просто вспоминает в письме, с чего начался ад.
А у каждого ад начинается порой бог знает с чего, правда? В этом плане мы можем дать фору той самой бабочке из квантовой физики, от взмаха крыла которой, на другом конце света происходит цунами.
Для женщины, ад и рай были — в её родинке, на стыке плеча и шеи с правой стороны.
Она эту родинку постоянно теребила ещё с детства, и родители её ругали, а иногда и подшучивали.
Но когда девочка выросла и женилась.. она не избавилась от своей странной привычки, чем стала раздражать мужа.

Вы обращали внимание на свои лица, или лица друзей, когда они чуточку выпадают из реальности, о чём-то задумавшись, экзистенциально углубившись в себя, ковыряя в носу, или мечтательно-отрешённо накручивая локон на пальчик, или потирая мочку ушка или губу, или утром, только проснувшись и сев на стульчик на кухне, смотря в одну точку на стене, пугая кота и стену, за которой быть может левитирует с блаженной улыбкой, спящая старушка?
Слава богу, что женщины не видят своё лицо во время оргазма… (к тебе это не относится, смуглый ангел, ты безупречна всегда и словно левитируешь, как в фильме Тарковского..).

Муж нашей героини, стал словно бы ревновать её.. к родинке.
Не смейтесь, это только звучит смешно, на самом деле это страшно.
Когда душу, мечты и волю человека подавляют — это всегда страшно.
Родинка — лишь символ. безупречный символ некоего тайного подполья женской души, где она могла бы остаться наедине со своей душой, на миг отрешившись от мира.
Будда в медитации, говорят, смотрел на свой пупок. А женщина — гладит родинку, или локон свой, или мочку памяти, странички любимой книги..

Это её — дзен и нирвана, её каникулы души! Не отнимайте у женщины этого!! Даже если это.. турецкий сериал, прости господи.
Тоже, своего рода, родинка.
Вы видели лицо женщин, смотрящих турецкий сериал? Экстаз святой Терезы, работы Бернини, менее экстатичен..
А если ещё в  момент просмотра сериала, мужчина для любимой заказал куриные крылышки и делает ей массаж ножек!
Боже.. такой экстаз не смог бы изобразить даже Рафаэль!

Я знал женщин, которые ревновали к футболу, к стихам, к бабушке, прости господи.. (не подумайте ничего плохого! Хотя подумайте, ладно.. в том смысле, что это была бабушка моего знакомого, которую он очень любил и ездил к ней).
Разве всё это не более безумно, чем ревность героя рассказа — к родинке, которую так нежно теребит жена, с отрешённым и блаженным лицом?
Сознаемся. Все мы чуточку хотели бы, чтобы у нашего любимого человека, когда он гладит нас, было бы такое же «берниниево» выражение, как и когда он гладит щеночка или котёнка.

А чем мы хуже котят?! Или это шиза.. ревновать к котёнку? Может мы поэтому называем наших любимых.. котёнок? зайчик?
И не думаем, что это так же экзистенциально и смертельно-рискованно, как если бы мы назвали — Наташу, в постели — Викой! Или Андрея — Валерой, в постели (если только в постели не Валера с Андреем).

Кавабата, конечно, идеально выбрал место для своей героини — для родинки, разумеется.
Думаю, в черновике у него, родинка блуждала как цыганка, отстав от табора: то возле пятки, то на ягодице, то на животе, то на груди, то на лбу… и лишь спустя бессонные ночи, Кавабата воскликнул (мне хочется в это верить!) — О мой смуглый ангел! Травка-сан! Ну конечно же на плече!! Там где должно было расти крыло!!
Вот что теребила женщина! Карюю память крыла! Фантомные боли утраченного в любви, крыла!!
Это был тот островок непорочности и нежности, детства, которую бессознательно, каждая женщина трогает в душе своей, прикасается к нему, словно к аленькому цветочку! Гладя его.. ибо мы сами не думаем даже, что жизнь нас превращает —в  чудовище.

Так и героиня рассказа, затравленная попрёками мужа, который даже бил её по рукам, когда она трогала свою родинку, стала искренне считать себя — скверной (хотел углубиться в экзистенциальные отношения женщин, с чувством своей «скверности», грешности, вполне себе флиртующие отношения, которые не понимает мужчина: это ведь тоже, своего рода — родинка. Для женщины, самосознание своей «скверности», двоится на ад и рай, и похоже на тени на полотнах Рембрандта, только подчёркивающих её неземной свет в сердце. Жаль, что эти рембрандтовские тени в своём сердце, женщина часто путает, ища их у скверных мужчин (плохишей), более чем глупых, в большинстве случаев, но зато — «брутальных»).

Вы представляете? Это всё равно что бить по мечтам, снам нежным, воспоминаниям о детстве.
В некоторой мере, образ мужа в какой-то момент стал образом — Ментора, морального диктата, а проще говоря — жизни, этой глупой и нечуткой жизни, которой плевать на нашу душу и чувства, плевать на — любовь.
Таким образом мы видим, как рассказ, начинавшийся так мило и забавно, — с родинки, словно с пятнышка на солнце, вырастает в нечто экзистенциальное и исполинское, где на горних высотах духа, решаются вечные вопросы: что есть женщина? Что есть свобода? Любовь?

И нужно ли подчиняться мужу — жизни, ради сохранения спокойного течения жизни, чтобы угодить жизни.. но отречься от себя, от.. памяти крыльев своих?
В этом смысле, рассказ на порядок выше вопросов Гамлета.
Другое дело, что у Гамлета эти вопросы — в лоб, и потому их считают — вечными.
А у Кавабаты, это женские вопросы, вопросы — души бессмертной, и ставятся они по женски — в обход, свернув с тропинки, в травку и сумерки в райской росе светлячков.
Большинство мужчин пройдут мимо этого рассказа, пусть и найдут в нём свои глубинки, но всё же не бездны, а любая женщина, с ходу, увидит в этом рассказе — своё, себя, бездну.

Представьте что было бы, если бы у вас на плече, или груди.. выросла не родинка, а частичка вашей души, или сна?
Вы проснулись утром в постели, любимый ваш человек ещё спит.. а у вас из груди растёт аленький цветочек! Живая мысль… о ком-то ещё, о нежном вашем друге-непоседе!
И женщина, словно мужчина, скрывающий утреннюю эрекцию в гостях (почти как преступник — скрывающий пистолет, в кошмарном сне: он на званом ужине, блеск тарелок, столовые приборы.. а он — голый и вместо вилки — пистолет и некуда его спрятать! и вам улыбается и даже подмигивает - старушка: или у меня одного такие сны?), пытается скрыть этот цветок у себя на груди!
А он всё растёт и растёт, проказник!
Жутко, правда? Но и мило по своему.
Думаю, у героини рассказа были похожие чувства с родинкой..

И как же тонко всё обыграл Кавабата! Готов поспорить, что он обнимал себя, трогал себя у плеча, описывая, как его героиня, левой рукой тянется к своему правому плечу, на стыке с шеей, чтобы потеребить родинку.
Быть может в этот миг жена Кавабаты принесла ему саке на подносе, увидела, как он обнимает себя с блаженной улыбкой, шепча имя героини: Саёко!
И.. тихо заплакала, выйдя в коридор, думая, что Кавабата либо сошёл с ума — дописался! — либо у него появилась другая: та самая Саёко, смуглая красавица, с удивительными для японцев глазами, чуточку разного цвета.

И несчастная женщина быть может думала: что хуже? Ах, пускай уж лучше сойдёт с ума, чем шимоняется с этой Саёко!
Тончайшая между прочим деталь: женщина тянется к родинке не правой рукой, хотя она ближе, к правому плечу, у шеи, а — левой.
Это какое то левославие любви, словно бы она чуточку — крестится, обнимает себя, своё одиночество и душу свою озябшую!

Ах, если бы муж всего то и сделал, что просто подошёл и поцеловал родинку женщины на плече, пусть и выпуклую, пусть и не очень красивую для кого то, поцеловал вместе с её милыми пальчики на этой родинке!
Это же жизненно важно, чтобы нас принимали и любили такими, какие мы есть, с нашими родинками, грешками милыми,  бзиками.
Мужчины часто не знают, что у женщины, эрогенные зоны, порой плавают по телу и душе, как.. как.. Фёдор Конюхов в океане.
Никто не знает где он появится снова! на лодке или на воздушном шаре! (смуглый ангел! Я только что поймал твою улыбку, как бабочку!!). Посмотри… Ах, ещё одна!!
Но если у женщины поцеловать, нравственно или физически, её уязвимость, её ранку душевную или телесную, то женщина вас благословит и примет вас в себе, гораздо больше и глубже — чем в сексе.

А как по тургеневски очаровательно звучит эта строчка женщины: фактически, молитва женщины!
- Как бы я была счастлива, если бы вы изволили увидеть мой сон!
Есть более роскошное и райское обнажение, нежели то, когда женщина сбрасывает (нет, не свой возраст, хотя это очаровательный стриптиз) на пол, перед постелью, своё бельё: это обнажение сна, своих сокровенных желаний, своей затаённой боли!
Закрываешь тёмный томик Кавабаты и сидишь в темноте комнаты, как лунатик, смотря на кота своего на книжной полочке, и спрашиваешь у него: милый.. что не так с людьми? Всего то и нужно было, просто подойти мужчине и поцеловать родинку женщины, её ранку и её детство израненное поцеловать..

А он всё словно бы с собой говорил, со своей гордыней и эго. Как и большинство людей в ссорах, на самом деле.
Барсик, ты прав, в какой то мере, жест женщины, нежно терзающей свою родинку, имеет смутное эхо мастурбации, но необычной — мастурбации крыльев, возможности крыльев: так заживает ранка и она чешется.
Это мастурбация одиночества и женской тоски.
Но это не разврат. Разврат — у мужа, который мастурбировал и расчёсывал своё Эго и самость, не слушая и не видя боли жены своей. Вот что является подлинным извращением: не видеть боли ближнего и ласкать своё эго!

А рука женщины словно бы кричала всё это время, как лунатик на карнизе: услышь меня! Услышь меня, любимый!!
Не услышал.
Ну вот, дожил ты, Саша. Поздравляю. Сидишь в сумерках спальни, разговариваешь с котом о Кавабате и смуглом ангеле.
Вот бы поцеловать у смуглого ангела, это место, где у героини родинка была, на плече..
У тебя нет родинки там.. но есть милый шрамик на лопаточке, как у ангела. Туда мысленно и поцелую тебя.
Что ты думаешь, Барсик? Хорошая идея? А она пускай дотронется до этого места, пальчиком. Или хотя бы до носика..
Барсик.. я ведь не сошёл с ума?

- Ну разумеется нет, Саша.
Вино закончилось… твоя очередь бежать в магазин.

Писать о прозе Кавабаты очень интересно.
Писать о прозе Кавабаты очень непросто.
Писать о прозе Кавабаты нужно, ведь восприятие его книг не может быть единым для каждого; в них заключено столь много, что каждый вычленяет для себя ему близкое и понятное, оставляя остальное на волю чувственности, столь характерной японцам.

"Озеро", пожалуй, трудно отнести к самым известным и читаемым произведениям Ясунари Кавабаты. Тем не менее, перечитав его сейчас, я для себя открыл не только красоту и символизм письма писателя, напоминающие непостижимость хайку, но и эстетику одиночества души, столь особой, столь отрешённой от прозаичности материального бытия, что возводит текст к высотам поэзии в прозе, экзистенциальной поэзии в прозе. Потому и прошу простить меня тех, кто относится к этому небольшому роману - исповеди, как к реалистичному полотну - вы неправы... Думаю, что и я вряд ли докопался до истинного смысла "Озера" (для этого надо родиться японцем), но мне созвучны многие мотивы, что разбросаны по тексту столь искусно, что целое созвучие образов и ассоциаций составляют.

Конечно, вряд ли нужно мне навязывать своё личное понимание как каждой главы, перетекающей одно в другую, как поток сознания в мозгу Гимпэя, так и место каждого из персонажей, окружающих нашего неприглядного героя, да, собственно, без них и ничего бы вообще и не было. Я лишь хочу кратко выставить те векторы, что меня вели по "Озеру" букв и символов.

"Озеро" в названии вряд ли будет реальным. Оно, как и в воспоминании Гимпэя об отце - утопленнике со шрамом на голове, оставляющим лишь вопросы, так и символизм нашего зыбкого сознания, которое может в любой момент пойти ко дну. И вот не идёт ли ко дну сознание Гимпэя? Этот вопрос писатель оставил без ответа, без малейшего намёка. Потому и у меня большие сомнения в здравости рассудка нашего героя.
Шесть девушек.
Да, без них всё повествование невозможно.
Да, на них "держится" память Гимпэя"
Да, они и составляют венок из красоты и скрытых недостатков, сидящий шипами в болезненном мозгу героя.
Они проходят через роман, касаясь друг друга, перетекая друг в друга, ассоциируясь друг с другом.
БАНЩИЦА обольщает голосом и безукоризненностью исполнительства своих обязанностей.
ЯЁИ может считаться отправной точкой в чувственном познании женщин Гимпэем.
МИЯКА МИДЗУКИ, которой уделено более всех внимания, уж точно здесь как символ потерянной молодости, красоты и чувств ради нелюбимого замужества.
ХИСАКО же подобна чувственному цветку, раскрывающемуся впервые под лучами мужского напора.
МАТИЭ, как чеховская "Дама с собачкой" имеет лишь символизм проходящей мимо холодной и недоступной красоты.
И лишь МУЖЕПОДОБНАЯ НЕЗНАКОМКА В РЕЗИНОВЫХ САПОГАХ, как верная собачка, идёт за нашим героем в никуда. А, поняв его никчёмность, швыряет в него камни. Больно же это!
Болью и заканчивается "Озеро". В нём нет начала. В нём нет конца. В нём не видно дна... Лишь гладь воспоминаний, что остаётся в памяти...

"Стон горы" - произведение до глубины пронзительное. Поверхностным взглядом кажется, будто в книге не происходит абсолютно ничего - вечные проблемы "отцов и детей", разность поколений, утекающая перед глазами жизнь. Разговоры, подколки, упреки, замечания - обычная жизнь. Но маска Дзидзо тоже лишь на первый взгляд имела одну сторону.

Если присмотреться детальнее, за каждым персонажем повести встает свой сюжет, своя история и драма. То, что в семье не все так ладно, главный герой, Синго, начинает замечать, когда ощущает приближение смерти, после рокового стона горы. После этого происшествия, в старике медленно налаживается какая-то связь с природой, через которую ему открывается и новый взгляд на свою жизнь. Возникает понимание того, что жизнь стремительно прошла и что она ему принесла? Самое главное, он замечает, что жизнь его детей не сложилась самым лучшим образом, как он того желал и теперь возникают вопросы, не он ли мог способствовать этому?
Ответственны ли родители за личную жизнь своих детей? Многие без раздумий бы ответили бы, что нет - личная жизнь - это свободный выбор каждого. В семье Синго сложилось две противоположные ситуации, в последствиях которых он винит себя - семья его дочери и семья сына.
Его дочь, Фусако, неудачно вышла замуж за человека, который опустился сам и разрушил жизнь Фусако, оставив ее одну с двумя маленькими детьми. Фусако часто причитает, что никогда не была красавицей, ведь тогда бы охотников на ее руку было бы больше и она могла бы рассчитывать на более хорошую партию и лучше устроить свою жизнь. То же самое думает Синго о своей дочери, хотя и никогда не произносит этого, но она явно хорошо чувствует отношение отца - часто упрекает, что отец не очень любил ее в детстве, не смотрел внимательно, за кого отдавал ее замуж, словно сбывал с рук, ревнует к невестке. Синго и сам чувствует, что виноват перед дочерью, потому что не любил ее, так как сначала разочаровался в том, что она не похожа на красавицу сестру жены, и потом разочаровался снова, увидев, что его внучки тоже не особо красивы, а психологическое здоровье старшей внучки вообще вызывает подозрение. Могло ли пойти что-то по другому, если бы Синго обратил внимание на ситуацию дочери раньше? Не исключено, традиционно, выбор отдать дочь за этого человека был за отцом.

С другой стороны, разворачивается главная сюжетная линия - судьба семьи сына и невестки, живущих вместе со стариками. Сюити - любимый единственный сын, которого он всегда выделял перед Фусако и на счастливое будущее которого имел большие надежды. Сюити женат на прекрасной девушке, Кикуко, которая стала доброй дочерью и опорой старикам. Синго настолько тепло относиться к своей невестке, что и сам завидует своему сыну, которому так повезло с женой и то, что сын не ценит свой дар судьбы, очень огорчает старика. Синго не понимает сына, не одобряет его связь с другой женщиной, но радикально вмешаться не имеет морального права. Но и оставаться в стороне, зная о происходящем Синго не может, так как это не хорошо по отношению к Кикуко, поэтому Синго метается в тонком вопросе - должен ли он принять сторону родного сына и закрыть глаза на происходящее или отстаивать позицию "человека со стороны" и попробовать спасти их брак? Но ради кого Синго должен совершить это? Ради сына, который сам зачастую предстает перед ним чужим человеком и который ну не йоту не ценит того, что имеет? Или все же ради Кикуко, ставшей самой родной для старика на закате жизни?

Сюжет произведения символично перекликается с природным окружением, наиболее ярко передавая настроения героев книги и их образ в каком-то фрагменте. Часто можно услышать, что жизнь японцев гармонично связана с природой, и в романе Кавабаты это показано максимально раскрыто, и зачастую по этим деталям, можно предугадать следующие события в сюжете. В таком же стиле выполнен, на первый взгляд, открытый финал романа, но по последнему замечанию Синго, можно догадаться, к чему же вся драма идет.

Всё-таки Кавабата — поэт, хоть и пишет прозу! Когда берёшься за его работы, непременно прикасаешься к прекрасному. Пожалуй, именно это выделает для меня этого японца из всех других. Как написал в предисловии к «Танцовщице из Идзу» Ким Рехо — писатель, переводчик, литературовед и востоковед корейского происхождения, «в произведениях Кавабаты нет образа героя-воина, в них отсутствует даже тенденция к героизации такого образа. Он рассматривает жизнь с другой точки зрения, он ищет лирику в самой обыденности».

В этом небольшом рассказе фактически нет сюжета. Основной фокус — на кратковременной встрече студента из Токио с труппой бродячих музыкантов. Они вместе укрывались от дождя в небольшой чайной, а затем, разговорившись, музыканты пригласили студента продолжать путь к ними и дальше. После нескольких дней в пути, он узнал многое из жизни каждого из этой небольшой группы людей: и радостного, и грустного. Однако особое внимание его всегда привлекала юная девушка Каору. Первоначально молодой человек предположил, что она примерно его возраста, но выяснилось, что она намного младше: интенсивный грим и тяжёлая причёска скрывали возраст. Тут бы самое время предположить зарождение чувств или какую-нибудь драму, но Кавабата решил по-другому. Всё оказалось гораздо проще, и в то же время сложнее. Когда эти люди, незатейливые в своих пристрастиях или образе жизни, называют его хорошим человеком, мир начинает играть для героя новыми красками.

Пожалуй, большего и не надо. Это всего лишь росчерк кисти. Краткий, но прекрасный.

Сон женщины..
Быть может, это самая нежная тавтология в мире. Всего два слова — а словно прочёл самый короткий и самый нежный в мире стих. И самый таинственный.
Когда женщина спит обнажённой (можно представить и не обнажённую женщину, но с обнажённой — как то легче фантазировать, и.. интересней. Правда, мой смуглый ангел?), она похожа на пальчик ангела, приложившего палец к губам, во время сна: интересно, существуют ли ангелы лунатики?
Наверное, да — сон женщины. Мечты женщины..

Маленький рассказ Кавабаты, а сидишь после него.. как оглушённый, словно тебя посадили на поезд, в детстве, и отправили к бабушке, и ты сидишь возле сумасшедшего, пятящегося окошка с не менее сумасшедшим фонарём, собачкой и загрустившей лавочкой, лежащей на асфальте, и не сразу понимаешь, что поезд то — перепутали и ты едешь куда-то не туда, точнее — в никуда.
И тебе одновременно и жутко и сладко от этой мысли, словно ты уже взрослый и летишь в космос. К… бабушке.

Рассказ начинается по Пушкински просто: Когда Кухара исполнилось 36 лет, он неожиданно женился.
Скажем честно: так начинаются сны (иной раз — жуткие). Так могла выглядеть в черновике, первая строка Кафки к его рассказу — Превращение (герой утром проснулся — жуком. Давайте сознаемся, если бы мы вдруг проснулись женатыми или замужем, это было бы не менее жутко).

Может это всё сон? К сожалению, нет.
Интересно, если бы в Эдеме, Адам появился на свет из ребра Евы, мир был бы иным? Каким было бы отношение к женщине, к любви, к жизни? Может войн было бы меньше..
Иногда, на заре, перед пробуждением, мне сладостно снится, что я — чудесное смуглое бедро моего московского ангела.
Зачем себя ограничивать только ребром?
Ещё кое в чём сознаюсь: я представляю себя разными частями тела смуглого ангела (на заре!). Тут уж и рай не нужен. Уже мысль об этом — рай.
Вот бы умереть и проснуться твоим милым бедром, мой смуглый ангел. Или грудью. Левой. Или пяточкой хотя бы. Правой.
Или…
Ладно, не будем забегать так далеко (а хочется!). Но ты бы обо мне не узнала. Я был бы самым скромным бёдрышком в мире. И самым красивым! И самой красивой пяточкой (правой).
Или самым нежным в мире сном..

Из рассказа ясно, что главный действующий герой рассказа — сон.
Кто являлся женщине во сне? Ангел? Лермонтовский Демон? Барабашка?
У снов и барабашки, к слову, много общего.
Женщине являлся — самоубийца. Это что-то среднее между всем тем, что я перечислил.
Интересное имя у женщины: Харуко. Оно похоже на грустно улыбнувшееся отражение в зеркале, имени её супруга — Кухара.
Ей уже 27 лет и она избегала женитьбы, отвергала, как в сказках, всех ухажёров, и родители уже думали, что их прекрасной дочери уготована участь старой девы, но тут… улыбка в зеркале. Зеркало.

У милой Хакуро, есть тайна. А у какой женщины нет тайны? Женщина без тайны, как море без рыбы, как ночь без луны, как.. как… Гималаи без снежного человека.
Когда Харуко была совсем юной, она встречалась со своим двоюродным братом. Сначала это была нежная дружба, и два тела, словно два крыла, купались в небесах, отражённых морем, или ездили на лыжах в горах.
Замечали, как волшебна тень лыжника на снегу? Словно ангел на крыльях съезжает с небес, и шарфик развевается за его плечом, с элегантностью убегающего крыла-непоседы. Ангел на костылях..

Разумеется, такая нежная дружба должна была перерасти в любовь: может любовь, это полнолуние дружбы? А обычная дружба — лишь месяц любви?
Что могло пойти не так? Где был сон женщины раньше? Почему он, словно ангел, не подсказал, что это может окончиться трагедией?
Или сон, как Джин, как раз и подсказывает, но — лукаво, и мы толком не знаем, что именно приведёт к трагедии: если мы останемся друзьями и убьём любовь, или если предадимся любви?

Юная Харуко испугалась. Чего? Любви? Себя? Нет. Самого страшного Чудовища: морали.
Она боялась, что это плохо — любить кузена. Грех. Их осудят..
Но если это настоящая любовь? О мой смуглый ангел.. если бы я превратился в ласточку, или в травку, покорно целующей твоим милые ножки, ты бы любила меня?
Понятно, между кузеном и кузиной и травкой и ножкой, несколько разная моральная дистанция..
А если бы я был.. был.. твоей правой рукой? Если бы ночью правая рука-лунатик, вдруг погладила твоё милое бедро, грудь, шею и сказала бы тебе: о мой смуглый ангел, как я тебя люблю!
Нет, понимаю, первая твоя реакция — естественная: крик. Ну а потом? Всё обдумав? Ты бы.. стала со мной жить?
Влюблённые мужчины дарят невестам — руку и сердце. А я — уже был бы твоей милой рукой и весь был бы твой!!

Я к тому, что из-за страха любви, а проще говоря — страха быть собой (ибо вне любви, мы — чуточку не мы, а тень себя, словно мы.. чуточку умерли для себя), произошла трагедия, и юный влюблённый покончил с собой, и этот груз вины, несчастная Харуко несла с собой всю жизнь.
Мораль.. мне одному слышится в этом слове — вечный корень смерти и морока?
Мораль — не добра и не зла, вот в чём её ужас. Она как равнодушный целлофан, накрывающий определённую норму, пользу, словно цветник.

В одном месте земли, времени - мораль накроет одно, в другом — другое, противореча себе же.
Вот интересно, если бы ангелы читали наши книги, видели наши трагедии, они бы что подумали о нас? Что мы.. сумасшедшие со сверхспособностями, которые пугаются как чудовища — одуванчика, и обжигаются об него, а дракона ласкают..
Ну брат и сестра. Двоюродные. И что? Ну рок так распорядился. У Андрея Платонова в записной книжке была задумка рассказа: рок. Мать влюбилась в сына.
Вот это я понимаю рок. А тут? Два юных и невинных создания. Всё равно что травка и одуванчик.
Представляете, если бы кто то сказал: а ну, травка, не приближайся к одуванчику! Не греши!!
Бред какой-то…
Ну если боялись за потомство, то могли бы просто любить. В чём проблема? Любовь между людьми, уже сама по себе — дитё.

А ещё я подумал, что в японской культуре, образ самоубийства, так же естественнен и даже — офлорен, что ли, на манер беседки с сиренью в романах Тургенева или Гончарова.
Это уже часть флоры, пейзаж чувств.
Не удивлюсь, если на языке ангелов, слово — самоубийство, имеет тот же нежный корень, что и — сирень после дождя.

Для меня, это самый нежный и таинственный и древний вид детектива: что творится в женском сердце?
Это же чистая квантовая физика и эффект бабочки. В женском сердце пробежала тучка, веточка качнулась..
А где-то в другом городе в это же время парень упал со скалы — в море.
Почему Харуко всё же решилась забыть своё горе и боль и выйти замуж за Кухара?
Тоже, загадка. Он — врач. Её душа — больна. Как и судьба. Может в этом всё дело?
Хотя все мы знаем, что подчас для женщины, любовь и отношения — это глубокое море, куда она словно бы прыгает со скалы.. а потом утром просыпается в постели с грустной улыбкой, дивясь своему бессмертию.

Замечали, как порой наши отношения с любимыми людьми, ссоры и т.д., инерционно переносятся на читаемые нами книги и спор продолжается уже «Там», пусть и по факту накала чувства, но не смысла?
Так и я, томясь по смуглому ангелу в разлуке, исполненный букетом чувств и тоски и боли и нежности.. не знал, кому бы это всё вручить и в итоге.. вручил: Кавабате и Харуко.
Я бы не удивился, если бы на могилке Кавабаты, расцвёл бы сиреневый флокс, как бы из груди Кавабаты.

Мне было больно читать о том, как перед женитьбой, Харуко и Кухара (господи, надеюсь я их не перепутал, пока пишу рецензию: я запоминал их так: Харуко — женщина, похоже на героиню Соляриса — Хари. Руко.. ручка моего смуглого ангела. Кухара — мужчина. Харя. Попугай ара. Ухарь. Ку… ку.), обсуждали экзистенциально важный вопрос: Харуко хотел знать… тьфу ты, Кухара хотел знать, что же такое было в прошлом Харуко? Просил ей всё рассказать.
А та, по женски пятясь душой, не хотела. Словно обнажение воспоминания, боль воспоминания, это ещё более интимное обнажение и даже в 100 раз более интимный процесс — чем секс, потому как в тебя проникает не маленькая, как птичка, часть другого человека, а — весь человек, с сапогами и креслом и комнатой этой входит в тебя, в твоё израненное детство, юность..
Неужели мужчины этого не поймут, что есть вещи — в 1000 раз более интимные, чем секс?

Закономерно, что милая Харуко, попросила Кухару (Кавабата! Ты намеренно придумал такие имена, чтобы их путали даже японцы, не говоря уже о русских??), чтобы он первый рассказал какое то своё прегрешение любовное в прошлом. Чтобы ей не было так зябко.. одной.
Чисто психологически, это своего рода выравнивание давления, как при быстром всплытии из глубины, чтобы не было кисонки и кислород не попал в кровь.
Мне иногда кажется.. что мамонты и снежные люди не вымерли: они спрятались.. в мужчин.

Так порой с ребёнком играешь в прятки дома, он, дурашка, спрячется за шторы, освещённые со спины солнцем, и думает, что его не видно.
Так и мужчины. Порой силуэт нравственного мамонта так и сквозится сквозь них! Руки так и тянутся.. к фоторужью.
У вас никогда не было свидания с мамонтом?
Я однажды увидел чудо в кафе: за столиком, на свидании, сидели.. мамонт, и снежный человек.
Но со стороны это были вполне симпатичные мужчина и женщина. Просто я подслушал случайно их разговор.
Да, я тот ещё лемур.

Так вот, меня аж передёргивало от тупости главного героя, от непонимания женской природы и вообще — души!! Боли!! Обнажённой зябкости воспоминаний!
Я закрыл книгу на 3 страничке, посмотрел на свои руки и вскрикнул: они были похожи на бледные бивни!!
Но я сразу успокоился. Посмотрел на вино: вроде не палёнка (с палеолитом не связано).
Закрыл глаза и представил, как главный герой, вдруг понимает, как ужасно поступил и вот.. он решил для любимой, выдумать какой-нибудь жуткий проступок в прошлом, чтобы ей, милой, не было так одиноко и больно.

Боже.. я выдумал целых 5 проступков! От которых мне было так стыдно.. так.. словно я их на самом деле совершил и я в любую минуту ожидал, что за мной приедет полиция и дом будут штурмом брать разгневанные женщины.
Снова отпил вино и посмотрел на этикетку: вроде не палёнка. Крымское..
А сердце так и бьётся, так и бьётся. На миг даже показалось, что у меня — ножевое ранение под ребром. Глянул — вроде ничего нет. Просто след от комарика чешется. Вот ведь подлец, пырнул всё же..

Открываю снова томик Кавабаты. Сердце бьётся, красный весь от стыда, взлохмаченный…словно после ночи любви со смуглым ангелом, и чуть ли не вскрикиваю от радости: Харуко, то есть.. Кухара, и сам понял, что сглупил, и решил выдумать для любимой какую-то мрачную любовную историю!
Я даже в ладоши похлопал, словно сидел на первом ряду в театре Кабуки. Или сошёл с ума и гонялся за призраком комара..
Ну, думаю, сейчас меня ожидает японский милый мрачняк, в стиле...Ким ки Дука.

Читаю… нет мрачняка. Ничего нет. Наш Кухара (? да, Кухара), так ничего и не придумал, сидя на лавочке.
Я уж погрешил на Кавабату: лучше бы вместо тебя рассказ писал — Дадзай! Там бы уже на первой странице все умерли и всё было бы хорошо!
Потом, конечно, мне пришлось просить прощения у Кавабаты, словно после ссоры со смуглым ангелом: то, что он задумал, было ещё интересней и.. мрачней.
Где то в Японии, на могилке Кавабаты, расцвёл ещё один флокс…
Или в Москве на 23 этаже.И на 22, к удивлению старушки.

Это же какая то земная разновидность ада, как есть разновидность жутковатой, но красивой русской бабочки, где-то в Акапулько.
Кухара — вроде бы добрый парень, врач. В отношениях, не причинял никогда боли любимым.
Но первый укольчик его характера: как он гордился собой, когда не мог вспомнить ничего плохого и тёмного в своём прошлом, в плане отношений!
Это же как печать ада..
Помните в книге Апокалипсиса? О.. если бы вы были только горячи или только холодны! Но вы и не теплы даже..
(по памяти цитирую, и скорее всего переврал).

И вроде бы хороший парень.. но что то атрофированное, как парализованные крылья, есть в его искренности, эмпатии.
А так.. хороший и добрый парень. И вроде бы всё налаживаться стало у супругов молодых… Рай.
Но как мы помним, от качнувшейся веточки в женском сердце, может пасть не только человек — в море, но и царства целые, рай может пасть и звёзды с небес, как в конце света!
Мужчины! Бойтесь качнувшихся веточек в женской душе!
Веточки! Бойтесь…
Ну, это я уже перегнул палку, согласен.

В общем, Харуко… тьфу ты, Кухара, зачем то ляпнул невесте в постели, что он узнал, через знакомого врача, что предсмертное любовное письмо, написанное кузеном Харуко, было — больным письмом больного человека, и что он покончил с собой не из-за любви. Мол, радуйся, ты невиновна!
Ну, ясно, мужчина — он мамонт, тьфу ты — Кухара, он искренне думает, что логически всё безупречно и можно гордиться собой. Женщину он убедил. Её разум.
А как же.. сон женщины? Это же совершенно особое существо, нечто среднее между ангелом и барабашкой.

Вы когда-нибудь кормили с руки барабашку? А.. сон женщины? Это так же удивительно, таинственно и.. смертельно опасно. Я однажды кормил.
Сон женщины он убедил? Или.. разворошил гнездо ада любви?
Вот это то самое интересное в рассказе: словно ангел древний, огромный, пробуждается и встаёт женский сон над постелью со спящими женихом и невестой, и с грустью смотрит он на эти такие милые и.. такие нелепые человеческие тела.
Этого образа и тональности нет у Кавабаты, но вышла бы изумительная иллюстрация, правда?
Господи.. если бы у меня в жизни было бы хотя бы 30% моего дара художественного и чуткого проникновения в душу текста, и этот дар был бы в любовной удаче… я бы сейчас загорал на пляже Акапулько с моим смуглым ангелом, и в ус бы не дул.. (никому, да и не любят этого в Акапулько).

А мне подумалось: может вся прелесть самоубийства — в этом?
К чёрту рай и бессмертие! Есть самое высшее бессмертие — любви! Жить в сердце и снах любимой!
Ради этого можно пожертвовать всем, и раем и..
Когда я покончил с собой полтора года назад, поводов было много, они мерцали, как пыльца на крыле раненого мотылька, у вечернего окна, смешиваясь с блеском созвездий.

Но самой яркой мыслью, поводом, было: быть со смуглым ангелом во что бы то ни стало. И если нам не дано быть вместе, на земле — мне не нужна такая земля. Если не дано быть вместе в раю и я её там буду смущать, её и её любимого человека, то мне одна дорога — в её милые сны, в её милое сердце.
О мой смуглый ангел.. снюсь ли я тебе хотя бы иногда? Ты мне снишься — всегда, и даже наяву..
Я даже думаю, это тайное изящество рассказа Кавабаты: три таинственных существа живут в одной постели: мужчина, женщина и.. её тайный сон.

Фактически, это прелестный и странный любовный треугольник, соскальзывающий в неевклидово пространство геометрии Лобачевского (господи, мы бы точно жили с тобой на пляжах Акапулько, мой смуглый ангел!).
Может это и есть, высшее бессмертие и тайный рай влюблённых?
Может об этом же думал и кузен Харуко?
Мне иногда кажется, я в прошлой жизни был японцем. У меня даже имя почти японское: Сашико (если поставить ударение на «и» или на «о»). Да и у тебя, если приставить в конец — «ими». Почти любование снегом у японцев: юкими..
А тут, любование - тобой, неземной.
Что скажешь, моя московская японочка?

Японцы такие японцы

Японцы просто прекрасны. Их невозможно спутать ни с какими другими авторами, настолько их проза диссонирует с привычным нам европейским стилем. Но в этой размеренности есть своя прелесть. Лично меня завораживают эти неторопливые рассказы о людях, ментальность которых настолько далека от нашей. Воистину, "Запад есть Запад, Восток есть Восток" (с).

"Стон горы" - это небольшой фрагмент из истории целой семьи. Поступки героев порой непонятны, а иногда даже медленно, но уверенно взрывают мозг - настолько мы разные. Современной испорченной Европе никогда уже, наверное, не понять того целомудрия, того почтения и уважения к старшим, той покорности, которая свойственна японцам. Эта книга о семейной гармонии, которой так нелегко достичь и о людях. Через мысли и переживания немолодого уже главного героя, почтенного отца семейства, показано с каким достоинством и насколько невозмутимо остальные действующие лица - его жена, сын, дочь и невестка - проходят через ситуации, после которых любой нормальный герой европейского романа через одну-две главы уже загремел бы в реабилитационную клинику лечить нервишки.

Очень-очень хорошая книга. Читая ее как будто плывешь по волнам. Грустно, лирично, воздушно. Как цвет сакуры.

069/300