Избранные произведения в двух томах. Том 2

Во второй том настоящего издания избранных произведений классика американской литературы Натаниеля Готорна (1804 - 1864) входят рассказы и очерки разных лет, а также отрывки из его "Американских записных книжек".

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,5

12 оценок

5
67%
4
25%
3
8%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 12Хотят прочитать 16

Рецензии

AntesdelAmanecer
28 октября 2023
Неосознанная мучительная вина
Этот исторический, реалистический рассказ похож на одну из самых мрачных сказок братьев Гримм, не адаптированную для детей. Поэтому ничего странного, что его включают в сборники мистических историй, например, Женщина в черном и другие мистические истории (сборник). Словно в сказке здесь очень чётко проведены границы добра и зла, но, к сожалению, почти нет места волшебству и чудесам, зато рассказ наполнен религиозной мистикой и психологизмом на грани ужаса и хоррора.
Ну и подобно сказкам, устрашающая мораль о неотвратимости возмездия за совершенное зло, о том, что может произойти с человеком, когда он идёт против своей совести.
Два раненных солдата, Роджер Малвин и его будущий зять, молодой Ройбен, выходят живыми из битвы с индейцами (1795 год). Они останавливаются на ночлег у мрачной скалы, напоминающей могильный камень.

Гранитная глыба, вздымающая свои гладкие склоны над их головами, походила на огромный надгробный камень, прожилки на котором, казалось, образовывали надпись на давно позабытом языке.
Малвин чувствует, что жить ему осталось недолго, и просит молодого Ройбена бросить его умирать и идти вперёд в надежде встретить подмогу. Уговаривает долго, Ройбен мучается сомнениями, но в итоге принимает решение уйти одному и бросить отца своей невесты. Малвин благословляет Ройбена на брак со своей дочерью и долгую счастливую жизнь. Ройбен клянётся на крови, что вернётся к Малвину как только сможет и обязательно совершит погребение. Для опознания места Ройбен привязывает к верхушке молодого дуба свой окровавленный платок. Обстоятельства складываются так, что Ройбен сначала не может вернуться в Малвину, потом малодушно лжёт о судьбе Малвина его дочери.
Душа Ройбена так и не нашла покоя при жизни, а возмездие повергло меня в глубокую печаль. Возможно, первые американские поселенцы были людьми религиозными и придавали большое значение обрядам погребения. Возможно дело не в погребении, а в неисполненной клятве.
Обряды и клятвы хорошо звучат в хорроре и сильно меня смущают в качестве причины жестокого наказания в реальных историях. Думаю, что Готорн использует элементы мистики для того, чтобы показать глубину человеческой психики и муки души, измученной угрызениями совести.
Читать далее
73 понравилось
0
293
TibetanFox
31 января 2015
СПОЙЛЕРАТО
Под Готорна нужно особое настроение, потому что он немножко тяжеловесен, как в оригинале, так и в переводах. Долгие пышные предложения, оттенки, запахи, звуки. В романах это смотрелось бы органично, а вот новеллы к этому не приучены. Впрочем, это классика из классик, так что обойти её стороной было бы глупо. Поймала настроение, читаю.
"Дочб Рапачини" слегка пугает, но, в основном, за счёт жирного визуального ряда, который себе представляешь. Мне он представился мрачным, приглушённых оттенков, но не исключаю, что кто-то может представить всё (особенно дивный сад) в виде диснеевского мультика, тогда вся крипота насмарку. На самом же деле именно ужаса там нет. Готорн опирается на старую легенду о том, что некогда существовала девушка, которую сызмальства кормили исключительно ядами, так что она сама стала ядовитая насквозь вплоть до дыхания. Её кому-то там принесли в дар, как наложницу, с целью коварного убийства (да уж, яд всегд считался оружием женщин, но такой...), но это не суть. Оболочкой этой истории, пересказанной в самой же новелле второстепенным персонажем, воспользовался Рапачини, чтобы провести научный эксперимент.
Профессор Рапачини изучал яды, а потом использовал собственную дочку, как лабораторную крыску. Неизвестно, какой гомеопатией он заставил её лопать яд и как рассчитал дозу (может, дочка-то не первая, да и где вообще её мать?), но эксперимент удался. По прекрасному саду Рапачини начала ходить девушка-мутант, от дыхания которой быстрёхонько умирало всё живое. Любоваться в саду она могла только ядовитыми растениям, из которых батька и получал для неё прикорм, а обычные цветочки в её руках картинно вяли.
Тема эта стара, как мир, но всё равно интересна. Как далеко может зайти увлечённый учёный в погоне за разгадками тайн строения вселенной? Жизнь человека, да ещё и близкого, — неужели совсем пыль для него? Может ли вообще в человеке преобладать только холодный разум при сгоревших в научном пыле эмоциях?
Однако батька решает свой эксперимент продолжить дальше. Кормить человека ядами с рождения — никаких средств не напасёшься. Главный герой новеллы как раз становится второй подопытной крысой. Не очень понятно, как именно на него воздействует профессор, скорее всего, при помощи ароматов ядовитого сада и строго дозированного общения с радиоактивной дочуркой. Но в какой-то прекрасный момент чувак тоже может радоваться, что не каждый комар долетит до середины его икры, потому что прежде сдохнет от ядовитых миазмов.
Интересно, что чувак с самого начала подозревает (и даже видит подтверждения), что с девушкой не всё в порядке. Но это, как мне кажется, только его подстёгивает. Запретность и опасность плода манит. Тем более, итальянские женщины всегда были опасны. Интересно, кстати, почему действие происходит именно в Италии. Из-за климата? Или кипучести страстей и пыла, присущей итальянцам? Да, в общем-то, у настоящей любви есть какая-то схожесть с ядом. Хватанёшь лишку и окочуришься, а если действовать аккуратно, то результат может и поразить.
Заканчивается всё довольно иронично. Главный герой знаком с другим профессором, идеологическим соперником Рапачини. Тот знает про яд и даёт чувачку противоядие, вроде как нейтрализовать ядовитую бабёнку. При этом сам он догадывается, что девушка настолько пропитана ядом, что от противоядия нейтрализуется сама целиком и полностью. Главный герой хочет "спасти" девушку, а вместо этого её убивает на глазах у отца и злобного гоблина-профессора.
Получается, что второй профессор осуждал Рапачини за то, что он зайца в поле лопатой прибьёт ради науки и человеческие жизни для него тьфу, а сам? Ведь он даже не ради науки подстроил всю эту говноту, а чисто ради желания насолить сопернику своему. И руки чисты, это ж противоядие, откуда он знал, ай-я-яй!
Нет уж, никаких людей науки в зоне комфорта, свят-свят-свят.
Читать далее
38 понравилось
0
1,2K
Dreamm
7 мая 2023
У каждого есть свой заступник!
... принц Оранский отважился на предприятие, успех которого означал бы торжество наших гражданских и религиозны прав и спасение Новой Англии.
Притеснения, вылившиеся в волнения, что может быть хуже для страны. Должно что-то произойти для разрешения мятежа. Что может сделать в этом случае правительство? Можно попытаться урегулировать все мирным путем, а можно и силу показать. В нашем рассказе был выбран второй вариант показать силу.
Созванный отряд красных мундиров выдвинулся на улицы города. Неминуемое столкновение возможно ли его остановить? Где та сила которая вразумит гвардейцев, сможет уберечь народ от гибели?
И тут на "сцене" появляется почтенный старец. Кто он, какова его миссия, что он может сделать? Эти и многие другие вопросы возникли у обезумевшей толпы. И как мы понимаем из названия рассказа - это заступник.
В этом произведении, как и во многих других рассказах мы отчетливо видим религиозную тематику. Старец, который выступает миссией для народа, заступником, излагающий пророческие речи.
Заступник всегда появляется тогда, когда грозит беда, он на стороне правды. Придет ли он еще спасать человечество, такой вопрос может возникнуть у читателя. И тут Натаниель Готорн дат нам однозначный ответ.

Но если только станет грозить нам тирания или нога захватчика осквернит нашу землю, Седой заступник снова будет с нами...
Читать далее
35 понравилось
0
120