Франция. Год в Провансе.

На обратном пути мы заметили, что сытная пища и воскресный отдых благотворным образом влияют на темперамент французского водителя. С полным желудком он едет не торопясь, глазеет по сторонам и даже не пытается пойти на обгон на слепых поворотах. Он останавливается, чтобы подышать и облегчиться в придорожных кустах, на пару минут сливаясь с природой и приветливо кивая проезжающим мимо. Завтра он снова превратится в камикадзе, но сегодня воскресенье, мы в Провансе, и надо наслаждаться жизнью.

Тишина, установившаяся в нашей долине во время январских холодов, стала еще глубже и непроницаемей, как будто снег добавил лишний слой звукоизоляции.

Зачастую их смысл подчеркивается употреблением магического слова normalement. Одно это слово стоит целой статьи в страховом полисе, при помощи которой страховщики освобождают себя от ответственности — той самой, которая обычно печатается самым мелким шрифтом.

ничто не смеет отвлекать настоящего провансальца от поглощения пищи

Через какое-то время я стал без остановки проезжать деревни и сворачивать с шоссе там, где малозаметные, иногда скрытые деревьями надписи указывали дорогу на виноградники — туда, где зрели на солнце грозди и вино продавали те самые люди, что его делали. Все они были гостеприимны, все без исключения гордились своей работой, и знакомство с ними было лучше любой рекламы.

Судя по интенсивности стрельбы, каждый, высунувший нос из дома, подвергал себя смертельной опасности, поэтому, отправляясь на прогулку с собаками, я захватил белый носовой платок, чтобы в случае необходимости сразу же сдаться.

Амбар вибрировал, и le tout Paris вибрировал вместе с ним. Руки, ноги, бюсты и задницы тряслись, раскачивались, крутились и взлетали, глаза и зубы сверкали, кулаки молотили воздух, драгоценности били по лицу соседей, пуговицы не выдерживали напора, а безупречный фасад отправился к чертям — все расслаблялись

Мне особенно запомнился диалог одной пожилой английской пары.
— Какой изумительный закат! — воскликнула она.
— Да, — согласился он, — совсем недурной для такой небольшой деревни.

Исполненные послеобеденной мудростью, мы пришли к выводу, что, поскольку англичане ходят по ресторанам гораздо реже, чем французы, они желают, чтобы их не только насытили, но и впечатлили: чтобы вино приносили в плетеной корзиночке, чтобы подавались миски для полоскания пальцев, чтобы меню длиной напоминало небольшой роман, а счетом можно было хвастаться перед знакомыми.

"Я в отчаянии огляделся, но спасения не было: все общество пристально наблюдало за мной, совершенно лишая возможности отдать напиток собаке или украдкой вылить себе в ботинок. Для устойчивости я взялся рукой за край стола, произнес короткую молитву святому покровителю жертв несварения и одним махом опрокинул стакан."

Казалось, что мы едим солнечный свет (про оливковое масло)

У каждого провансальца в желудке имеются часы и ланч - это единственное событие на которое он никогда не опаздывает 

Когда змея кусает мужчину - мужчин умирает. Когда змея кусает женщину - умирает змея 

Наверное, мне никогда не стать настоящим деревенским жителем. Да и настоящим французом тоже, раз я предпочитаю видеть дикую свинью в лесу, а не на тарелке. Они готовы на всё ради своих желудков, но я никогда не стану участником того непрерывного кровопролития, что творится вокруг.

Я тотчас же почувствовал сосущую пустоту в желудке - ту самую, - которая позволяла надеяться, что мне удастся попробовать все блюда, перечисленные в меню. 

Те, кто до этого был едва знаком друг с другом, разговаривали как старые друзья, что часто случается, когда люди сообща делают доброе дело.

Слышали где-то, что французы тратят на свой желудок столько же, сколько англичане на автомобили и стереосистемы.