Шагреневая кожа. Евгения Гранде

Лучше умереть от наслаждения, чем от болезни.

... а теперь...

• - О, теперь, - вставил первый собеседник, - нам остаётся...
• Что? - спросил другой.
• Преступление...
• Вот слово, высокое, как виселица, и глубокое, как Сена, - заметил Рафаэль.

Господь узнает ангелов своих по оттенкам их голосов и по сокровенному смыслу их сочувствия.

О. де Бальзак "Евгения Гранде"

— Я не хочу жить до старости, — сказала она. Умрем оба молодыми и перенесемся на небо со снопами цветов в руках.

— Такие желания тешат нас, пока мы вполне здоровы, — заметил Рафаэль, играя волосами Полины.

Разумеется, я не собираюсь повторять общие места о добродетели, ту песнь песней, что вечно поют непризнанные гении; я лишь хочу логическим путем вывести причину успеха, которого так часто добиваются люди посредственные. Увы, наука так матерински добра, что, пожалуй, было бы преступлением требовать от нее иных наград, помимо тех чистых и тихих радостей, которыми питает она своих сынов.

— Беги, беги! Оставь меня! — глухо проговорил, наконец, Рафаэль. — Иди же! Если ты останешься, я умру. Ты хочешь, чтобы я умер?
— Умер? — переспросила она. — Разве ты можешь умереть без меня?

«Вся в белом, с опущенной головою, такая легкая, что она почти не примяла постели, Полина была точно ангел, сошедший с небес, точно призрак, готовый исчезнуть при первом мгновении».

«Уехал! Но ведь это бегство, Рафаэль. Как же так? Никто не может мне сказать, где ты. И если я не знаю, то кто же тогда знает?»

«Милостивый государь, в наше время не принято давать пощечину, но у меня нет слов, чтобы заклеймить ваше низкое поведение.»

«Житейская мудрость, быть может, в том и состоит, чтобы при всяком случае спрашивать:
Почему? Но, с другой стороны, выработанная привычка все предвидеть разрушает наши иллюзии.»