Ветеран Куликовской битвы

В Беринговом море Тихого океана есть остров Карагинский, ныне почти необитаемый, покрытый тундрами. Там и родился Павел Калмыков. Рос в Петропавловске-Камчатском, с детства сочинял сказки. Вырос, стал врачом, поехал работать в Ирбит, удивительный город, который так и просился в сказку. Ведь сочинять сказки Павел так и не бросил. И стоит ли бросать? Это же здорово - подмечать вокруг себя необычное, забавное, прекрасное. Окунаться в тайны истории. Давать волю фантазии - "А может быть... А что, е...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,4

23 оценки

5
57%
4
35%
3
9%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 24Хотят прочитать 40

Рецензии

zurkeshe
24 августа 2012
Сперва цитата.

"К Рогатке Мотя питал самые сыновние чувства, любил спать в коляске и самые вкусные косточки прятал там же, под сиденьем. Как деду куда ехать - Матвей тут как тут, суетится, скачет козленком, занимает место второго пилота. Дед ему и шлем вырезал из пластмассового мячика, с отверстиями для ушей. Думали, пес надевать не захочет. Плохо думали. Сам приносил и просил, чтобы застегнули.
Едет, бывало, по городу, передними лапами на борт коляски опершись. Гордый. Шерсть от ветра напробор. Морда под шлемом на Гитлера смахивает. И как обгоняют какую-нибудь пешую собаку, Мотя бросает ей презрительное "Гаф!"
Раз поругался дед Валентин с батей Виктором. Злой, взнуздал Рогатку - сгонять за папиросами. Мотя с каской в зубах был наготове.
Пошёл вон! - рявкнул дед и добавил еще несколько плохих слов о любви и анатомии.

Пес не поверил ушам. Может, просто такая шутка и сейчас его позовут? Нет... Мотя притащился в сени и убрякался на подстилку в тяжелой обиде. Зря Вадим пытался утешить его щами с косточкой - и не понюхал. Вернулся дед - Мотя не встречал. Лежал тряпкой, хвост вытянулся безжизненно, и только глаза влажно помаргивали."

Теперь пояснения. Рогатка - это мотоцикл с коляской, Мотя - обнаруженный в коляске кутенок Матвей (к данному моменту возмужавший), дед Валентин с батей Виктором - эпизодические родственники одного из главных героев шебутной, веселой, умной и неопубликованной пока повести Павла Калмыкова.
Калмыков прославился в 1991 году, когда в журнале "Уральский следопыт" вышла его сказка "Школа мудрых правителей". Она тоже была веселой, шебутной и умной, и здорово эта история (про планету Бланеду, на которой буянили разудалые короли, шуты и генералы с именами типа Зереша и Бажа) выделялась на тогдашнем мрачном фоне. Автора заметили - наряду с Алексеем Ивановым, дебютировавшим в соседнем номере "Следопыта" "Охотой на "Большую медведицу"". Оно и понятно: благодаря гениальному редактору НФ-отдела Виталию Бугрову свердловский "Следопыт" лет на 10 стал самым главным советским журналом, печатавшим фантастику. Для начинающих фантастов публикация в "Следопыте" была "Оскаром" и путевкой в долгую счастливую жизнь. В то же примерно время в журнале случился всесоюзный дебют Сергея Лукьяненко и Владимира "Вохи" Васильева. Но им удалось опубликовать полустраничные рассказики. А Иванов с Калмыковым отметились крупными повестями. С картинками.
Обоих запомнили и переиздали 100-тысячным тиражом - в свердловском сборнике молодых фантастов "Шаг на дорогу". Название сборник получил в честь одного из рассказов - невероятно тягомотного подражания Крапивину. Но и задуман был как первый шаг нового поколения на широкий литературный тракт.
Сборник получился заклятым. Все его авторы сгинули. И если имя крапивинского эпигона Ивана Тяглова сохранила хотя бы история крапивинского отряда "Каравелла", в котором Тяглов одно время рулил, а потом со скандалом и расколом ушел (извините, если излагаю неправильно или грубо), то о Валерии Брускове и Тамаре Ветровой не помнят даже узкие социальные группы. Впрочем, по данным поисковиков, Брусков является автором большого цикла фантастических рассказов, а Ветрова несколько лет назад стала постоянным автором журнала "Урал", где опубликовала ряд повестей и зарисовок с задорными названиями типа "Владимир Владимирович Путин, созерцатель облаков".
Про Иванова все известно - писал про него каждый, кому не лень, от Лукьяненко до вашего покорного слуги: молодой чуткий автор был выпорот на семинаре старшим товарищем, от злой обидки завязал с литературой, в каковую триумфально вернулся, на радость всем, пару лет назад.
Про Калмыкова не было известно ничего. Крапивин в давнем интервью с сожалением упомянул талантливого молодого писателя, который скрылся на Камчатке - и привет, ни слуху, ни зрения.
Так, в принципе, все и было. Онколог Калмыков удалился спасать раковых больных на край света, и лучи его терапии, ежедневно подпитываемые первыми в нашей стране лучами солнца, многих таки спасли. Писать он не бросал, зато печататься бросил. Пара рассказов вышла в журнале "Урал", повесть (ту самую, про Рогатку, пса Мотю и куликовского ветерана), с удовольствием принял к печати "Уральский следопыт" - и умер. Умер, в смысле, журнал, и, в смысле, сугубо временно. Но реинкарнация получилась бледной, и, что не самое, но почти самое обидное - среди прочих творческих планов предыдущей редакции погорела и идея напечатать сказку Калмыкова.
А сказка замечательная.
Про "веселая-умная" я уже говорил. Теперь еще скажу: она в самом деле веселая-умная, насмешливостью и игроватостью стиля малость напоминает городские повести Коваля ("Пять похищенных монахов") или "Бегство в Египет" Етоева. А может, не стилем напоминает, а безумием сюжета (жестко прописанного и логично завязанного, при всем при том): несколько уральских школьников принимаются искать чокнутого пенсионера, который то партийный лозунг изувечит, то рельс трамвайный сопрет и с ним на плече легко так ускачет вдаль, то головой вперед нырнет в меленькую лужу - да и не появится. Естественно, одним школьникам такого супердеда отыскать слабо - на помощь приходят милиция, пожарные, хирурги и педагоги. Ну и находят на свою голову - Кощея Бессмертного. Причем, последний фактически негласно управляет этими поисками, похищая очаровательных следопытш. Да еще экологические нотации читает своим новым современникам: "Вам хорошо: нагадил да помер, а мне на этой планете еще жить и жить".
Отдельное достоинство повести - время и место действия: поздняя перестройка, Ирбит Свердловской области.
Я убежден, что огромным недостатком современной отечественной литературы является стремление не копаться в недалеком прошлом, столь болезненно родном абсолютному большинству сегодняшних читателей. Причем подкоркой все ведь этот недостаток понимают, мучаются из-за нехватки текстов-фильмов, действие которых происходит в 80-90-е, страшно радуются, что вот в "Бригаде" Белый натуральные "Родопи" курит, а в "9 роте" пацаны приходят в военкомат в тех самых олимпийках и сумках "Олимпиада-80". И все равно мастера культуры активно окучивают 40-60-е, а потом хлоп, разрыв - и, словно не было 30 лет никаких заметных историй, - сразу гламур с интернетом наступили. Понятно, что через 10-20 лет нынешние гламурщики постареют, ударятся в воспоминания и завалят неблагодарную публику рассказами про невеликую горбачевскую эпоху и все такое. Но это будет не то.
А у Калмыкова - то. Начало последнего десятилетия ушедшего века, поступь перестройки из всех телевизоров, нерасслоенный социум провинциального города. А город, между прочим, вообще чего-то особенного.
Если Калмыков не соврал (мог), Ирбит - это мотоциклетная столица Вселенной. Мотоцикл (с коляской, естественно) в Ирбите исполняет роль персонального авто, троллейбуса, сарая, трибуны, сбербанка - и все остальные роли. Житель Ирбита садится на мотоцикл, едва выбравшись из мамки, и хоронят его, естественно, по-викинговски, в мотоцикле. Поэтому мотоциклетные страницы книги рекордов Гиннеса (она цитируется в сказке, но тоже ведь мог соврать Калмыков-то) целиком заняты Ирбитом, жители которого быстрее всех и дальше всех ездят на мотоциклах задом наперед и по воде, летают на них, и одним ударом сшибают максимальное количество деревьев, ломая минимальное количество конечностей.
В общем, прочитав рукопись Калмыкова, я, малость посопев от удовольствия, понял, что очень хочу в Ирбит. И очень хочу, чтобы "Транзитный современник" поскорее вышел в бумажном виде - чтобы я мог подсунуть книжку детям как образец того, чего им, балбесам, надо читать.
К счастью, ожидание вышло не очень долгим.
Напоследок - продолжение цитаты про Мотю и Рогатку:

"Дедова злость уже повыветрилась. До двух часов ночи Валентин Ванифатьевич скрипел диваном, а потом поднялся и пошёл выкатывать Рогатку. Поднял кобеля на руки, отнес в коляску, нахлобучил ему шлем. Дрыг-дыг-дыг! - поехал. Совсем спятил," - проворчал спросонья батя.
Мотоцикл вернулся скоро - только круг квартала объехал. И словно другую собаку привез! Воскресший Матвей проследил, так ли дед ставит мотоцикл, хорошо ли запирает сарайку, тогда лишь задрал ногу у дерева и уж после всего занялся щами и костью".
Читать далее
10 понравилось
1
264
Ekaterina_Karetnikova
29 апреля 2017
Павел Калмыков - лауреат премии Крапивина 2012 года. Правда, мне попала в руки не та "лауреатская" книжка, а другая. Но книжка неожиданная, удивительная, и настоящая.
Я говорю о документальной сказке (как ее охарактеризовали на обложке) "Ветеран Куликовской битвы", выпущенной в 2008 году новосибирским издательством "Свиньин и сыновья". Тиражом очень маленьким, даже по нынешним временам, всего пятьсот экземпляров. И очень жаль, что всего. И очень жаль, что так давно и пока не переиздавалась.
Книжка, на самом деле, удивительная. Веселая, яркая, добрая. Правильная. Только не скучно-правильная, а по-хорошему. По-настоящему. Написанная так, что иногда смеешься в голос, а иногда задумываешься и надолго. Ее могут читать взрослые. Потому что - про свое время (год действия - 1987), потому что написана таким языком, что от процесса чтения получаешь огромное удовольствие, потому что местами смешно, а местами... Кто прочитает, тот узнает. Ее могут читать дети. Потому что захватывающий сюжет. Потому что герои - мальчишки абсолютно живые и реальные. Потому что (как и для взрослых) смешно и по-настоящему.
Действие происходит в городе Ирбите, который сам по себе и не сказочный вовсе, но почитаешь истории про его историю и усомнишься. А может, и в самом деле все не так просто? И город - не просто город, а жители его - не просто жители. Кто знает? Только тот, кто дочитает до конца.
Если что, то как в настоящей сказке, будет там и Кощей. И ведьма в ступе. И много чего еще.
И будут стихи. Очень хорошие стихи. Я бы сказала тоже - настоящие.
Читать далее
5 понравилось
0
318
LiberaLi
11 декабря 2020
Категорически не понравилась потешная манера повествования. Несколько страниц еще можно так читать, но когда читаешь долго, устаешь. Язык не для детей и не для взрослых, с коверканием многих слов. После каждой коротенькой главы хотелось книгу бросить и взять почитать что-нибудь нормальное, из классики.
Сюжет тоже не заинтересовал. Если коротко - о приключениях Кощея Бессмертного и Бабы Яги в 1987 году в СССР. Единственный герой, который понравился и главу о котором читала с интересом - это пес Мотя и его история. Остальное скучное.
Но кое-что действительно понравилось и повысило мою оценку книге. В шуточно-сказочной манере автор рассказал нам об уральском городе Ирбите - его историю, географию, о его улицах, жителях, достопримечательностях. Как я поняла, в этом и была затея автора.
Читать далее
3 понравилось
0
204