Остров доктора Моро. Рассказы

"Все свое время я посвящаю чтению книг и химическим опытам и провожу много ясных ночей в изучении астрономии. В сверкающих мириадах небесных светил я нахожу,- не знаю, каким образом и почему,-успокоение. И мне кажется, что истинно человеческое в нас должно найти утешение и надежду в этих вечных всеобъемлющих законах мироздания, а никак не в обыденных житейских заботах, горестях и пороках".

...это простая случайность, как и всё остальное в человеческой жизни...

Я ещё не окреп после своих недавних злоключений и к тому же был голоден, иначе у меня было бы больше мужества. Но тут я заплакал, как ребёнок. Слёзы потоком хлынули у меня из глаз. В припадке отчаяния я принялся бить кулаками по воде на дне ялика и колотить ногами в борт. Я молил Бога послать мне смерть.

Завтра мне придется перерезать себе горло. Но сегодня вечером я устрою себе премиленький праздник.

Я до сих не знаю ни одной бесполезной вещи, которую эволюция не устранила бы рано или поздно.

Крайне любопытно, хотя я никак не могу себе это объяснить, что эти странные твари - я говорю о существах женского пола - в первое время инстинктивно чувствовали свое отталкивающее безобразие и даже больше, чем обыкновенные люди, следили за своей одеждой.

Я вовсе не рассчитываю на то, что ужасные картины, увиденные мною, когда-нибудь совершенно изгладятся из моей памяти, но всё же они теперь ушли в глубину моего сознания, они далеки, как облачка, и кажутся нереальными, но иногда эти облачка разрастаются, закрывают всё небо, и тогда я оглядываюсь на окружающих людей. Одни лица кажутся мне спокойными и ясными, другие- мрачными и угрожающими, третьи- переменчивыми, неискренними.

На воздухе крики звучали ещё громче. Казалось, будто в них сосредоточилось всё страдание мира. Всё же, думается мне (а я с тех пор не раз думал об этом), знай я, что в соседней комнате кто-нибудь страдает точно так же, но молча, я отнесся бы к этому гораздо спокойнее. Но когда страдание обретает голос и заставляет трепетать наши нервы, тогда душу переполняет жалость.

Признаться, я потерял веру в разумность мироздания, когда увидел, что возможны бессмысленные страдания, царившие на этом острове.

Они были несчастны: врожденная животная ненависть побуждала их преследовать друг друга; Закон удерживал их от короткой борьбы и решительного конца, к которому приводит прирожденная вражда между собой.

Мир, созданный доктором Моро, был наполнен страданиями и болью, и казалось, что нет никакого способа выбраться оттуда живым.

Его эксперименты были направлены на создание новых форм жизни, но они привели лишь к ужасным мутациям.

Это была странная смесь науки и жестокости, разумного и иррационального.

Он смотрел на меня так, словно я был каким-то отвратительным насекомым, которого он собирался раздавить.

— Пейте, – сказал он, вернувшись. — Пейте, вы, здравомыслящий, бледнолицый безбожник с лицом святого

Но это казалось еще наименьшим злом; прежде то были звери с присущими им инстинктами, соответствующими внешним условиям их жизни; они жили в счастье, насколько последнее доступно зверям, теперь же блуждали в оковах человечества, жили в постоянном страхе, стесненные непонятным для них законом. Человеческое существование сих зверей, начавшееся в агонии, было продолжительной борьбой, постоянным страхом перед Моро и для чего?

Он удивительнейшим образом развил в себе чисто человеческую глупость, не потеряв при этом ни одной сотой доли прирожденной обезьяньей глупости.

Животное может быть свирепым или хитрым, но один только человек умеет лгать.

Раньше они были животными, их инстинкты были приспособлены к окружающим условиям, и они были счастливы, насколько могут быть счастливы живые существа. Теперь же они были скованы узами человеческих условностей, жили в страхе, который никогда не умирал, ограниченные Законом, которого не могли понять; эта пародия на человеческую жизнь начиналась с мучений и была долгой внутренней борьбой, бесконечно долгим страхом перед Моро. И для чего? Эта бессмысленность возмущала меня.

Моя жизнь окончательно потеряна; такое твердое убеждение делало меня способным решиться на все.