Остров доктора Моро. Рассказы

Этот роман, как большинство известных романов Герберта Уэллса относится к жанру фантастики. Но, позвольте, как раз фантастики здесь не очень много, да, фантастичным нужно признать допуск того, что с помощью вивесекции можно из млекопитающего одного вида создать представителя другого вида.

Но этот допуск настолько груб, что его нельзя поставить в один ряд с теми изобретениями, которые предсказывали великие фантасты и они позднее воплощались в жизнь. Превращение одного вида в другой, даже, если потенциально и возможно (о технической стороне подобной манипуляции мы пока не имеем представления), то, скорее, это какие-то гормональные и информационные технологии, но никак не хирургия.

Роман же Уэллса мне представляется в большей степени философски-психологическим, в какой-то мере его можно отнести даже к антиутопии. Используя фантастические условия развития сюжета, автор пытается исследовать животную составляющую цивилизованного человека.

На момент написания романа от обоснования Дарвином теории эволюции прошло всего каких-то 30-40 лет. Трудно шло привыкание человечества к мысли о том, что оно не есть продукт разового проявления Божьей воли, а следствие длительной, растянувшейся на миллионы лет эволюции, пусть и по велению Божьему. Принадлежность к животному миру, происхождение от обезьяны, заставляло задуматься о том, насколько животное начало еще присутствует в человеке.

Роман Уэллса именно об этом. Мутанты острова доктора Моро имеют сходные черты с теми животными, из которых их создали. Но и в жизни мы постоянно сталкиваемся с этим феноменом. Как часто мы находим четко проявляющиеся черты какого-либо животного в конкретном человеке. Кому не встречались люди-птицы с острым взглядом, резкими движениями, птичьим наклоном головы. А рыжие остроносенькие мягкие и ласковые дамочки, напоминающие лисичек, очень часто встречающийся в жизни типаж. Попадаются люди напоминающие свиней, зайцев, котов, собак, и даже змей.

И, когда мы хотим подчеркнуть какую-то черту человека, мы часто используем "животные" эпитеты: грязный, как свинья; злой, как собака; ласковая, как кошка; толстокожий, как слон; хитрый, как лис; грубый, как медведь, и еще можно привести массу примеров. Это, ведь, тоже неспроста.

Животное начало присутствует в человеке, а вот, что нужно для того, чтобы оно возобладало над человеческим, и пытается разобраться Уэллс. И он приходит к заключению, что, по большому счету все держится на двух вещах: на боге и законе.

На острове роль Бога играет сам доктор Моро, закон же - запрет на вкушение крови. Когда рушится вера в Бога, когда Боги гибнут, вспомните, именно в эти же годы Ницше провозглашает, что Бог умер, снимается важнейший обруч, сдерживающий животное в человеке. Ведь, Бог - это страх ада (или Дома страданий на острове Моро), это - мораль, формирующая закон. И первые законы от Бога, они фундамент следующих закон, которые уже являются плодом творчества людей, но вектор уже задан.

Так вот, Бог умер, закон нарушен и ничто уже не сдерживает животную сущность, рвущеюся из цивилизованного человека в условиях, когда цивилизация утрачена и главным становится выживание, а в этом деле у животного гораздо больше опыта, чем у человека, вот и выходит звериная сущность на первый план.

Но, есть здесь и вторая линия - гордыня человека-ученого, дерзнувшего вообразить себя богом. Но "люди", созданные им "по образу и подобию своему" настолько несовершенны, зверь настолько силен в них, что такое искусственное общество, состоящее из искусственных людей, обречено на быструю и полную катастрофу. Сотворение себе подобных искусственным путем - не есть дело человека, предупреждает Уэллс. И трудно с ним не согласиться

Рассказ о том, что авантюризм редко может довести до добра, а если в дело замешан таинственный и загадочный Восток, то практически никогда. Два главных героя - англичане Хукер и Эванс, у которых за душой не водится лишнего пенни, узнают, что один старый китаец Чанг Хи нашел на одном из труднодоступных островов Юго-Восточной Азии останки испанского галиона, потерпевшего крушение по пути из Филиппин, на борту которого были золотые слитки. Китаец перепрятал клад, надеясь его потом забрать.

Англичане силой отбирают у него карту, на которой Чанг Хи отметил место, где зарыл испанское золото. И вот друзья-авантюристы на острове, а вот и золото! Правда, клад уже выкопал какой-то другой китаец, наверное, он как-то узнал тайну Чанг Хи еще раньше, но ему не повезло, он отчего-то умер, возможно, от укуса змеи.

Эванс с радостью бросается к золоту, а вот Хукер медлит, ему накануне снился сон, в котором Чанг Хи вел себя крайне загадочно и очень хитро усмехался, Он не может объяснить сам себе, что его тревожит, но он очень чутко предчувствует неотвратимую беду. Надо быть предельно осторожным, что-то здесь не так!

Подозрения Хукера усиливаются, когда Эвансу становится плохо, у того начинают болеть руки, он начинает синеть, ему становится трудно дышать, и вот, у него уже начинается предсмертная агония. А золото-то надо дотянуть до челнока. Хукер берет в руки слиток и чувствует, как ему в палец впивается тонкий шип...

И в этот момент Хукер понимает всё, и ему становится ясен смысл того жуткого сна, и понятна ухмылка старого китайца, этот шип был точно таким же, какими стреляют даяки из своих духовых ружей. Хитрый китаец надежно защитил свое сокровище.

Хукер начинает, как бешеный, отсасывать кровь из раненого пальца, но... он чувствует тупую боль в руках, которая подступает к горлу и разливает по всему телу. Последнее, что возникает перед его стекленеющим взором - таинственная улыбка Чанг Хи.

И, хотя рассказ описывает конкретную ситуацию, он все же является общей схемой деятельности большинства авантюристов, которые хотят получить всё и сразу. Как правило, они не в состоянии учесть все обстоятельства той авантюры, которая должна сделать их богатыми и счастливыми, обязательно упускается из вида какой-нибудь шип, который оказывается роковым, и губит всю хитро-задуманную комбинацию. Смертельный финал, конечно же, далеко не обязателен, но в рассказе рассматривается вариант крайней степени риска.

Меньше всего, открывая новый рассказ Уэллса, я рассчитывал столкнуться с тем, что в нем оказалось. Я то думал, что это будет очередная фантастическая история, а оказалось, что это, в первой своей части, почти чеховская бытовая зарисовка, герой которой страдает от неудачного брака и собственной никчемности, неумения настоять на своем и сказать твёрдое "Нет!"

Мистера Кумс в грош не ставит собственная жена, подруга жены и хахаль подруги, которые в его доме большие хозяева, чем он сам. В результате - депрессивная истерика, побег из дома и желание покончить с собой, наевшись каких-то странных, на первый взгляд, ядовитых грибов. Момент, когда Кумс запихивает в рот красную шляпку гриба - ключевой, дальше всё пойдет совсем не так, как ожидал мистер Кумс, и не так , как ожидали те, кто знал мистера Кумса.

Гриб оказался не ядовитым, отчаявшийся герой не умер, но он оказал на него очень неожиданное влияние. Это был не мухомор, потому что автор ничего не говорит о белых пятнах на красном фоне, его гриб красный, с глянцевым отливом, хотя, может быть есть и такие виды мухоморов, но вот псилоцибин в этом представителе грибного царства конкретно присутствовал. У этого вещества, относящегося к лёгким галлюциногенам, довольно избирательный характер воздействия, зависит это, видимо, от целого ряда причин. Иногда они могут вызывать галлюцинации, дезориениацию, дереализацию, деперсонализацию, синестезию и ряд иных.

Но вот что интересно, псилоцибин активно используется в медицине в качестве препарата против депрессии и суицидальных поползновений, это как раз то, что угнетало героя рассказа. Решив свести счеты с жизнью, наевшись грибов, он на самом деле принял сильнейшее лекарство против своих недугов. В результате он не подвергся галлюцинациям, но пережил иное изменение сознания, обретя уверенность в себе и своих силах, ощутив способность действовать и почувствовав потенциал своей воли.

Закончилось это тем, что подруга с хахалем были с позор изгнаны, последний, хотя был сильнее и выше Кумса, был им изрядно напуган и избит, а супруга, узрев на что способен её робкий до сих пор муженек, предпочла больше ему не перечить, смирившись перед его главенством. Кстати, даже в этом отношении Уэллс не слишком погрешил против истины, потому что, как написано в научных статьях про псилоцибин, даже однократное его применение может вызвать долговременное изменение качеств характера.

Так что, не найдя фантастики в рассказе, я хотел принять за фантастику последствия изображенных событий, но не тут-то было, оказывается и это возможно. Что же, остается только посетовать на мистера Кумса за то, что он не сохранил в душе своей благодарности красному грибу, попавшемуся ему в самую трудную минуты жизни и кардинально изменившего эту жизнь.

Странная такая ситуация: с одной стороны, это не первое мое знакомство с Уэллсом, а с другой - всё равно что первое. А всё дело в том, что когда-то я уже пыталась его читать, но только в оригинале - "Зеленую дверь" и еще начинала "Машину времени", но очень быстро сдулась. Думала еще - и за что это его так нахваливают? А вот сейчас нашла в хорошем переводе да с шикарной озвучкой - и поняла, за что.
За атмосферу. Для меня лично атмосфера фантастического триллера в обрамлении всех этих викторианских джентльменов стала чем-то, поистине ломающим шаблоны. Вот представьте такую ситуацию: человека, потерпевшего кораблекрушение, вылавливает небольшая шхуна. Выловить-то выловили, а дальше с ним что делать? Капитан видеть его не хочет, а пассажир забрать его с собой не может - он живет на острове, где явно происходит что-то загадочное. В наше время его бы огрели веслом по темечку - и обратно в море. А здесь - нееет, его вежливо взяли с собой на остров, приютили, обогрели, спасали от всяких опасностей, галантно переубеждали и даже не набили морду, когда он начал по глупости устраивать им апокалипсисы. Для меня это что-то за гранью добра и зла.
А еще очень удивляет, что многие относят это произведение к ужасам. Не знаю, что бы мне пришло в голову в детстве, но сейчас это кажется такой социальной фантастикой. Вспоминается, кстати, "Собачье сердце" Булгакова и главный вопрос. Что делает человека человеком? Что мы получим, если с помощью науки и медицины попытаемся из животного сделать человека? Будет он вести себя, как человек или как животное? А как он будет мыслить? А как он будет взаимодействовать с себе подобными и с настоящими людьми? Какая у него будет личность? И чем является для человека та самая пресловутая "душа", которая вроде бы есть, но ее почему-то не получается найти?
Вот эта философская составляющая производит на современного читателя куда большее впечатление, чем фантастическая - к фантастике-то мы привыкли. Да что тут скрывать - мы и не к такой еще фантастике привыкли. И пусть сейчас Уэллса физически невозможно воспринимать так же, как и в 19м веке, он неизменно производит впечатление. Хочется продолжить знакомство с ним.

В 1909 году Джек Лондон напишет своего прославленного "Мартина Идена", но за 13 лет до этого в англоязычной литературе уже случился очень трагичный герой с такой же фамилией, правда, имя у него было иное - Эдвард Джон Иден.

Из всех рассказов Уэллса именно этот произвел на меня самое могучее впечатление, помню с каким ужасом я осознавал трагедию, произошедшую с молодым Иденом. В конце 70-х, когда я читал рассказ, идея переселения человеческого Я из одного тела в другое, была для меня абсолютно нова и просто ошеломила своей бесчеловечной подлостью. Я же, по молодости своих лет, естественно отождествлял себя с Иденом, а не с Элвешем. Помню, у меня волосы вставали дыбом, когда я читал о том, как Иден постепенно осознает свое превращение в немощного старика. Сначала увидел свои "чужие" руки, потом обнаружил полное отстуствие зубов, потом увидел в зеркале... мистера Элвешема. Почувствовать себя таким обманутым, таким ограбленным - такое ограбление не идет ни в какое сравнение с потерей денег и имущества, у молодого человека украли много больше - его молодость, его силы, надежды, мечты, его несостоявшуюся жизнь. Это даже ужаснее чем просто убийство, это убийство с особой издевательской жестокостью.
Быть молодым, полным желаний и сил и оказаться замурованным и раздавленным в этой трясущейся развалине!..

А мистер Элвешем, при всей подлости с которой он обошелся с Иденом, выступает гениальным ученым, который открыл паразитический способ бесконечного продления жизни и тайно эгоистично пользуется им. Он очень пристально выбирает свою очередную жертву, особенно придирчиво относясь к состоянию здоровья "своего" нового тела. Почему я написал "очередную", из рассказа не ясно, был ли Иден первой жертвой ученого-злодея или тот уже неоднократно повторял свой дьявольский эксперимент, но по уверенному поведению Элвешема создается впечатление, что он уже проделывал нечто подобное и, может быть, далеко не единожды.

Особый шик вызывает способ, которым он передает себе же своё состояние, заманивая им же будущую жертву. Это рассказ, который после прочтения стоит еще раз перечитать, когда уже знаешь, чем всё закончилось, слова, произносимые Элвешем, звучат еще более иезуистичнее и коварнее.

И все-таки Элвешем не смог изобрести эликсира вечной молодости, он научился похищать чужие тела, переселяя в них своё Я, но у него не было никаких гарантий перед провидением Господним, другими словами, перед слепым случаем. А это значит, что чем дольше он жил на свете в разных телах, тем процент несчастного случая становился для него все более явственным. Что в конце концов с ним и произошло - Агасфера из него не получилось.

Рассказ является данью, отданной Уэллсом тому ужасу, который таится для обычного человека в бездонных глубинах Мирового океана. Фантасты не всегда видели источник угрозы человечества в далеком космосе, частенько в их произведениях источником такой угрозы выступал довольно близкий океан.

Наверное, здесь нужно судить следующим образом - угрозу мерещится в том, что менее изучено. Космос в этом отношении представляется неисчерпаемым вместилищем разного рода опасностей - от столкновения с гигантским метеоритом до вторжения инопланетян. Но и океан в глубинной своей части практически не изучен, и богатая фантазия может нарисовать сотни угроз, таящихся во многокилометровых впадинах и ждущих своего часа. Поэтому эта тема так популярна у авторов, работающих в жанре фантастики и ужасов.

Герберт Уэллс своим рассказом "Морские пираты" в какой-то мере предвосхитил последующие в ХХ веке книги Лавкрафта, Симмонса, Бенчли и многих других. А Джон Уиндем в своем романе "Кракен проснется" объединяет в одно тему опасности глубин и инопланетного вторжения.

В рассказе Уэллса речь идет о вымышленном виде цефалоподов под названием Haploteuthis ferox. Цефалоподы это, если вы подзабыли школьный курс зоологии, - головоногие. Другими словами - крупные моллюски, такие как осьминоги, кальмары и каракатицы.

Что-то произошло в глубинах мирового океана, что заставило громадные полчища гигантских цефалоподов всплыть в верхние слои океана и развязать настоящий террор возле берегов доброй старой Англии. Особенно досталось побережью Корнуэллса и Девона, прожорливые моллюски не просто нападали на купающихся в море людей, войдя во вкус человечинки, отвратительные твари устраивают дерзкие нападения на лодки, создавая массой своих тел невероятную густоту вокруг легкого судна, а затем переворачивали его и поедали всех, кто в лодке находился. Дело происходит, естественно, во время написания рассказа, то есть, самый конец XIX века, и у человечества практически нет достойного средства, чтобы дать отпор такому наглому посягательству на власть Homo sapiens над водной стихией.

Кажется, что теперь купаться в открытой воде и выходить на легких судах больше уже не придется, не рискуя подвергнуться нападению обнаглевших цефалоподов, но как неожиданно все началось, так неожиданно все и прекратилось, видимо, так в глубине что-то пришло в изначальную норму и моллюски вернулись домой. Остается только гадать, кто их потревожил - Кракен разбушевался или, ждущий подрастающего Лавкрафта, Ктулху немножко дал о себе знать. Так или иначе, но рассказ Уэллса поднял со дна мирового океана очень популярную тему.

Искушенный современный читатель сможет найтит в книге много изъянов. Но стоит учитывать, что книга написана в 1896. Именно она дала толчок к созданию похожих и в чем то более удачных сюжетов. Уэллсу же особо не на что было опереться в своих фантазиях, только на свой собственный вымысел. И я скажу, что он молодец. Справился со своей задачей мастерски. Книга получилась насыщенной событиями, многие из которых способны поразить читателя, особенно читателя конца 19 века.
Роман подталкивает задуматься о сходствах и различиях в природе людей и животных: так ли уж далеко мы стоим от них на эволюционном пути; о возникновении религии: вдруг с нами в далеком прошлом произошла похожая история; о людях примеряющих на себя роль бога.
Для меня остался непонятен вопрос чем же питались все, живущие на острове существа. При полном запрете на мясо и рыбу остаются только фрукты и орехи. Думаю ограничения в еде стали еще одним поводом к бунту.
Моро, если честно, считаю садистом. Желание сделать научное открытие это одно, а вот идти к этому открытию причиняя нестерпимую боль живым существам, под их постоянные невыносимо-отчаянные крики, это уже нездоровые отклонения в психике.

И снова классик фантастики меня приятно удивил. Помню, как восторгалась книгой "Машина времени", которая вошла в число моих любимых произведений, и "Остров доктора Моро" понравился не меньше. Хотя это тяжёлая, мрачная книга, всё же она легко и быстро читается, к тому же Герберт Уэллс так погружает в сюжет, что не хочется терять ни минуты, а читать и читать.

Не буду рассказывать о сюжете подробно, но упомяну, что действие происходит на острове, населённом загадочными, даже жуткими существами. По воле случая учёный Эдвард Прендик оказывается в том таинственном месте, где странные существа восхваляют доктора Моро. Так кто же такой этот доктор? Неужели он проводит опыты над людьми? Его соратник Монтгомери, который явно что-то скрывает, тоже не вызывает доверия. Но настойчивое желание Прендика докопаться до истины приводит к катастрофическим последствиям.

Редко при чтении меня посещает такое гнетущее ощущение... И уж тем более я не ожидала подобного чувства от чтения научной фантастики. Я испытывала и жалость к невинным существам, ставшим жертвами опытов, и страх за будущее Прендика, Моро и Монтгомери. Моё отношение к доктору не было однозначным: я и переживала за него, и в то же время негодовала из-за того, чему он подверг несчастных существ, на какое существование обрёк их.

Финал получился логичным, именно такого завершения романа и следовало ожидать. Не могут эксперименты над чужими жизнями пройти бесследно. И "Остров доктора Моро" в очередной раз подтверждает важность нравственной ответственности учёных за свои действия.

Отношение к творчеству Герберта Уэллса у меня со временем менялось. Детская восторженность романом "Человек-невидимка" быстро схлынула вместе с так и не проснувшимся интересом к философско-политической составляющей его фантастики. Зато пару лет назад я с интересом открыла другого Уэллса, прочитав два его совершенно чудесных реалистических романа: Герберт Уэллс - Анна-Вероника " и Герберт Уэллс - Колеса фортуны
Тем, кого интересует тема суфражисток, рекомендую роман "Анна-Вероника". Джесси Милтон, героиня "Колёса фортуны" в своём стремлении к женской независимости напоминает Анну-Веронику. Два разных романа, два разных Уэллса - сатирическая, социально-феминистическая "Анна-Верника" с немного съехавшей на бок любовной линией и лёгкая, ироническая велосипедная прогулка на "Колёсах фортуны" с погонями и прятками.

"Остров доктора Моро" написан в том же 1896 году, что и "Колёса фортуны". Интересно, романы писались последовательно или параллельно?
Представляю, как уставший от кошмарных монстров на "Острове" автор, облегченно выдохнув, возвращается в добрую старушку Англию, а потом, позёвывая от лёгкости сюжета, взлетев на очередном приключенческом вираже "Колёс фортуны", снова погружается в опасные заросли звероподобных людей и человекоподобных зверей. Даже не знаю, как их правильней называть, и так и так ужасно и не правильно. А точней, в романе присутствовали и те и другие.

Сюжет наверняка многим знаком. Эдвард Прендик был спасен после кораблекрушения и по "счастливой" случайности попадает на остров, где его спасателями, Монтгомери и Моро, проводятся эксперименты над животными. О дальнейшем лучше прочитать самим.
Герберт Уэллс учился у известного биолога Томаса Хаксли в Педагогическом Колледже. Очевидно, что там вырос интерес к биологии и там нужно искать истоки идей "Острова доктора Моро".

Роман написан хорошо. В чем-то он устарел (эксперименты, к сожалению, значительно шагнули вперед и научные методы уже не те, что описаны в романе), во многом остался актуален (срез человеческого общества, игры с сознанием и подсознанием). Роман может быть интересен просто как приключенческая фантастика и хоррор.

Но... мне кажется совершенно не верным, в том числе с научной точки зрения, попытка из животного сделать человека путем пересадки каких-то человеческих органов животным (привет Булгакову). И не потому, что человек якобы умней или совершенней животного и даже не из-за этической стороны вопроса(хотя это тоже важно по отношению к животным), а потому, что не верно думать, что животные не чувствуют, не имеют своего языка, своих мыслей, что они менее совершенные, чем человек и их нужно "улучшать".

Я уверена, что животные лучше понимают человека, чем человек животных. Так кто кого должен улучшать?
Любые подобные эксперименты делают чудовищами людей, а не животных.