Я порылась в сумке, добыла визитку и подала ее горничной.

– Умеете посылать эсэмэски?

– Научилась, – с достоинством ответила Тамара. – Не темный я лес, хорошо с компом управляюсь, захожу на кулинарные сайты, рецепты списываю, с приятельницами по скайпу болтаю.

– Вы молодец, – похвалила я Тамару, – объясните теперь, почему не рассказали Вадиму о визите Зинаиды, и разойдемся.

– Зачем мне драгоценности? – как попугай повторяла Фирсова.

– Я привез тебя в «Марков лес», чтобы отдать драгоценности. Не хочешь связываться с украшениями? Или подозреваешь, что я подсовываю тебе туфту? Бери и сходи к оценщику. Впрочем, есть еще один вариант, я куплю тебе квартиру, – нервно произнес Антон.

– Вы всех обманули! – воскликнула Тамара.

Рукин горько ответил:

– Да. Шеф понимал, какова будет реакция Ларисы на болезнь Жени. Помощи от нее не дождаться, она заистерит, потребует внимания к себе, в доме начнется ад, вопли: «Мальчик умирает, помогите мне».

Через месяц после похорон Вадим признался Тамаре, что поездки Евгения на компьютерные курсы были придуманы Антоном. У младшего Алферова врачи нашли серьезные проблемы с сердцем, требовалось сделать обследование, а потом регулярно посещать доктора.

— Если Алферов к сыну забредал, у меня над головой раздавалось шлеп-шлеп. Но отец не часто к мальчику заходил, вернее, очень редко к нему заглядывал. А в тот день он долго у Жени провел. Я никак не засыпала, все слышала: шлеп-шлеп-шлеп-шлеп. В какую-то секунду даже подумала: «Никак Антон Евгеньевич танцует или решил поздним вечером спортивной ходьбой заняться». И вдруг – тишина.

Но, повторяю, Лариса не разбиралась в технике и радовалась усидчивости сына. До покупки ноутбука Евгения отличали истеричная подвижность и неумение сосредоточиться на одном занятии более трех минут. Женя брал книгу, тут же ее отбрасывал, хватал пазл, высыпал кусочки на стол, забывал про мозаику, кидался к настольному футболу, но уже по дороге передумывал и несся по коридору в кухню.

– М-а-ш-а, – тянул Женя, пытаясь читать по слогам, – М-а-ш-а, а вместе получится… шалаш!

Ваня тем временем бойко читал вслух сказку про семерых козлят. Арифметика, русский язык, природоведение – все давалось Фирсову легко, Евгений же словно толкал в гору бетонный блок.

Учительница правильно оценила ситуацию и один раз заикнулась:

– Не стоит отдавать Женечку в школу шестилетним, лучше ему лишний годик дома посидеть, подрасти.

– Думаете, хозяина похитили? Что-нибудь узнали новое?

– Вероятно, Алферов сам решил скрыться, – протянула я, – взял деньги и уехал.

Домработница окинула небольшой зал взглядом.

– Нет, он бы так не поступил, нас бы не бросил. Если преступники Антона Евгеньевича схватили, что с ним сейчас сталось? Где его прячут?

– Рукин рассказал мне про наркоманию Ларисы, значит, он реально оценивал хотя бы супругу шефа, – возразила я.

Тамара оглянулась по сторонам.

– А что ему оставалось делать? Вы копать начнете, людей спросите, вам сообщат, как оно было. Вадик попытался гнилую доску красивым лаком покрыть!

— Когда врач посоветовал Антону отказаться от мяса, Вадик моментально забыл про говядину, сосиски, ветчину и прочее. По его убеждению, Антон Евгеньевич бог, Лариса богиня, Женя лучший мальчик на свете. Никакие катаклизмы не заставят его изменить свое мнение.

– Спасибо, чаю я уже напилась, – улыбнулась я.

– Может, покушаете? – радушно предложила прислуга. – Салатик? Мясное суфле? Запеченные баклажаны с брынзой и сыром?

– Наверное, это очень вкусно, – поддержала я беседу.

– Давайте положу? – обрадовалась домработница. – Жарю их исключительно на оливковом масле. Вот, понюхайте!

Хозяин поспешил в коридор, судя по причитаниям, которые доносились до моих ушей, со стены свалилось полотно в тяжелой раме.

Сидеть в одиночестве мне пришлось недолго, в просторную кухню-столовую вошла немолодая горничная в черном платье.

– Желаете еще чаю?

– Есть кто дома? – раздался из прихожей знакомый голос. – Фира, Муся, отстаньте! А это кто? Здрассти вам! Вы мышь? Или хомяк?

Но во вторую секунду я умудрилась правильно оценить ситуацию. Макс не ночует дома, а Капа должна сейчас греть косточки в Майами. Она неожиданно вернулась из США, никого не предупредив о своем прибытии. И что подумает свекровь, когда увидит в гостевой спальне у невестки неизвестного обнаженного мужика? У вас есть варианты?

– Знаешь, очень жаль, что Калашников занялся разработкой оружия.

– Почему? – с набитым ртом поинтересовался приятель.

– Представь, на чем бы ты сейчас ездил, начни Михаил Тимофеевич Калашников проектировать российские автомобили, – сказала я. – Ну, и как кексы?

– Отвратительные, – скривился Роман и смял пустую упаковку.