Убить пересмешника

Дивна істота людина: навіть за незвичайних обставин вона робить те, до чого звикла.

Якщо всі люди однакові, чому ж вони не можуть жити у злагоді між собою? Якщо всі люди однакові, звідки ж стільки презирства, чому вони зневажають так одне одного?

Чоловікам мистецтво витонченого виховання непідвладне — тут потрібна жінка.

Я повинен жиги в злагоді з власною совістю. Діяти по совісті не завжди означає погоджуватися з думкою більшості.

Почти все люди хорошие, Глазастик, когдаих в конце концов поймешь.

– А откуда ты в такой темноте узнала, что вы дошли до старого дуба?
– Я шла босиком, а Джим говорит, под деревом земля всегда холоднее.
– Придётся сделать его помощником шерифа. Давай дальше.

– Почему вы испугались?
– Были бы вы чёрный, мистер Финч, вы бы тоже напугались.

я решила не услышать

Чувствуешь себя как гусеница в коконе, вот что. Будто спал спеленатый в теплом углу и ветерок ни разу на тебя не подул.

Что-то было неладно, но расспрашивать не захотелось: но воскресеньям тетя Александра всегда была сердитая. Наверно, из-за корсета. Она была не толстая, но весьма солидная особа и сильно затягивалась - бюст получался такой высокий, что смотреть страшно, талия в рюмочку, сзади всё очень пышно, глядя на эту фигуру, поневоле подумаешь, что раньше тетя Александра была песочными часами. С какого боку ни посмотри, выходило очень внушительно.

Мы с Джимом считали, что отец у нас неплохой: он с нами играл, читал нам вслух и всегда был вежливый и справедливый.

Аттикус изо всех сил старался спасти Тома Робинсона, старался доказать этим людям, что Том не виновен, но все напрасно, — ведь в глубине души каждый их них уже вынес приговор. Том был обречен в ту самую минуту, Мэйэлла Юэл подняла крик.

... он пережил короткий египетский период - старался делаться плоским, как доска, одну руку выставлял торчком перед собой, другую заводил за спину и на ходу ставил одну ступню перед другой, а я смотрела на все это разинув рот. Он уверял, будто все древние египтяне так ходили...

...всякая толпа состоит из людей. Вчера вечером мистер Канингем был частью толпы, но все равно он остался человеком.

У нашего отца были свои странности: во-первых, он никогда не ел сладкого, во-вторых, любил ходить пешком.

Остаток дня прошёл в тихом унынии — так всегда бывает, когда приедут родственники, — а потом мы заслышали автомобиль и сразу ожили.

Юристы, наверно, тоже когда-то были детьми.

Чарльз Лэм

Мейкомб им дает пособие, подарки на Рождество - и поворачивается спиной. Один Том Робинсон, наверное, и обходился с ней по-человечески. А она говорила - он ее одолел, и, когда показания давала, смотрела на него, как на самую грязную грязь.

"Убить пересмешника..."
...убить пересмешника - грех.

Почти все люди хоошие, когда их в конце концов поймешь.