Помню, в 2008 году я прочитал почти всего Лимонова. Тогда я сидел в четырех стенах и писал текст диссертации на заказ. За спиной была собственная диссертация, защищенная годом раньше, и отвергнутый заказчиком роман. Теперь я делал эту ненавистную подёнку ради заработка в полторы тысячи долларов и корил себя, что по малодушию согласился. Я не выходил из своей комнаты вот уже третий год и начинал покрываться плесенью. Весь день я строго по графику «наполнял» текст, вечером начитывал материал, а вот утром, за кофе, для разнообразия и чтобы не сойти с ума, читал художественную литературу. Не больше часа. На диссертацию мне дали два или три месяца. И вот тогда я подсел на Лимонова. Кажется, его мне посоветовали донецкие друзья-нацболы, чета Ямиловых. Я скачал тогда его собрание сочинений и стал читать сплошняком, все подряд, все 80 книг. В этих текстах (особенно мне нравились сборники рассказов) с избытком было того, что так не хватало мне: мяса жизни. Лимонов помогал мне восполнить дефицит этого мяса. Его тексты были мне физически необходимы, как правильное питание больному туберкулезом. В них была лошадиная доза злости, страсти, секса, драйва, страданий, политики, действия, действия…
Я сразу понял, что жанр лимоновских книг – псевдобиография. Что добрая половина в них – вранье, как у Генри Миллера или Довлатова. Ну и ладно. В конце концов, это – литература, она должны быть интересной. А Лимонов делал ее дико интересной. И лирический герой, которого он слепил и за руку провел через все книги, получился очень ярким. Этот герой учил меня, например, что жизнь может быть такой, как ты ее сам задумаешь. Что ты можешь быть выше обстоятельств и не зависеть от своей социальной среды. Что ты можешь делать все, что сам себе позволишь. Что человек при желании может преодолеть человеческое, пройти по тому заветному канату, который натянут между животным и сверхчеловеком, и при этом не сорваться в пропасть. А еще он научил меня системе тюремной гимнастики и тому, что восклицание «хуля!» пишется через «я».
Но, боюсь, его свежая «Книга мертвых 2» – отстой. Как бы сказать? Когда Лимонов описывал свои страдания и борьбу, казалось, что он действительно близок к состоянию сверхчеловека, когда же он стал треснутым голосом говорить: «я – сверхчеловек, а вы слабаки», он превратился в смешного самовлюбленного старика. Сборник некрологов «Книга мертвых 2» – это праздник самолюбования. Каждый герой ценен только тем, что он засветился в жизни Эдуарда Вениаминовича. Лимонова, например, не волнует творчество Егора Летова, о котором он пишет, ему важно, каким плохим членом НБП Летов был, и что он, несчастный алкоголик, не распространял «Лимонку» в Омске, а складывал под кровать тиражи и забывал. Лимонов обо всех пишет с чувством превосходства. Как будто говорит своим героям, не надо меня благодарить, но теперь, по факту существования этой книжки, вы попадете со мной в вечность, пляшите, милые!
32 понравилось
