Книга мертвых-2. Некрологи

Помню, в 2008 году я прочитал почти всего Лимонова. Тогда я сидел в четырех стенах и писал текст диссертации на заказ. За спиной была собственная диссертация, защищенная годом раньше, и отвергнутый заказчиком роман. Теперь я делал эту ненавистную подёнку ради заработка в полторы тысячи долларов и корил себя, что по малодушию согласился. Я не выходил из своей комнаты вот уже третий год и начинал покрываться плесенью. Весь день я строго по графику «наполнял» текст, вечером начитывал материал, а вот утром, за кофе, для разнообразия и чтобы не сойти с ума, читал художественную литературу. Не больше часа. На диссертацию мне дали два или три месяца. И вот тогда я подсел на Лимонова. Кажется, его мне посоветовали донецкие друзья-нацболы, чета Ямиловых. Я скачал тогда его собрание сочинений и стал читать сплошняком, все подряд, все 80 книг. В этих текстах (особенно мне нравились сборники рассказов) с избытком было того, что так не хватало мне: мяса жизни. Лимонов помогал мне восполнить дефицит этого мяса. Его тексты были мне физически необходимы, как правильное питание больному туберкулезом. В них была лошадиная доза злости, страсти, секса, драйва, страданий, политики, действия, действия…

Я сразу понял, что жанр лимоновских книг – псевдобиография. Что добрая половина в них – вранье, как у Генри Миллера или Довлатова. Ну и ладно. В конце концов, это – литература, она должны быть интересной. А Лимонов делал ее дико интересной. И лирический герой, которого он слепил и за руку провел через все книги, получился очень ярким. Этот герой учил меня, например, что жизнь может быть такой, как ты ее сам задумаешь. Что ты можешь быть выше обстоятельств и не зависеть от своей социальной среды. Что ты можешь делать все, что сам себе позволишь. Что человек при желании может преодолеть человеческое, пройти по тому заветному канату, который натянут между животным и сверхчеловеком, и при этом не сорваться в пропасть. А еще он научил меня системе тюремной гимнастики и тому, что восклицание «хуля!» пишется через «я».

Но, боюсь, его свежая «Книга мертвых 2» – отстой. Как бы сказать? Когда Лимонов описывал свои страдания и борьбу, казалось, что он действительно близок к состоянию сверхчеловека, когда же он стал треснутым голосом говорить: «я – сверхчеловек, а вы слабаки», он превратился в смешного самовлюбленного старика. Сборник некрологов «Книга мертвых 2» – это праздник самолюбования. Каждый герой ценен только тем, что он засветился в жизни Эдуарда Вениаминовича. Лимонова, например, не волнует творчество Егора Летова, о котором он пишет, ему важно, каким плохим членом НБП Летов был, и что он, несчастный алкоголик, не распространял «Лимонку» в Омске, а складывал под кровать тиражи и забывал. Лимонов обо всех пишет с чувством превосходства. Как будто говорит своим героям, не надо меня благодарить, но теперь, по факту существования этой книжки, вы попадете со мной в вечность, пляшите, милые!

Вот не могу писать об этой работе, не сравнивая её с первой "книгой мёртвых", где присутствовал пронизывающий трагизм, где был какой-то нерв и сожаление об умерших молодых талантливых душах, чей жизненный путь сложился как-то кособоко. Где была душа и чувства, на счёт последнего - это я про себя.

Что же мы имеем во второй части этого увлекательного путешествия по миру мёртвых?

Мельком по крупным авторам, какие-то общие моменты и язвительная желчь Лимонова. Типа: Довлатов - полный хохм бытовой писатель без трагизма.

Определенное количество людей из НБП, в целом образы интересные, вот только смерти их рядовые и как такового трагизма мало.

Ещё меньше подобного в популярных знакомых Лимонова, встречающихся на нашем пути.

Очень хороший некролог получился про Виктора Золотарева, проводника Лимонова по Алтаю. Этот эпизод без сомнения заслуживает высшей оценки. Действительно трагизм и безысходность в чистом виде. И пусть рассказ, во многом, домыслен Эдуардом, он всё же кажется очень убедительным и реалистичным. Судьба маленького человека в провинции, где полномочия правоохранительных органов немногим меньше, чем безграничные.

Ещё более сильно Эдуард написал о своей бывшей жене Наталье Медведевой. Вот здесь чувствуется жизнь. Cразу видно что очень болезненные воспоминания, бросается в глаза обида Эдуарда, убежденного, что вывел её в мир и не получил за это никакой благодарности. Это трагическая история любви двух неординарных людей, это бесконечные муки и страдания, наносимые друг другу, это страницы, которые необходимо прочитать, чтобы лучше понять Лимонова.

Также выделяются некрологи по родителям. Они будут очень важны для составление личностного портрета, особенно если вы не читали ранние книги Эдуарда. Получилось очень откровенно, временами даже грязно. Боль и в то же время какое-то равнодушие к медленно угасающей матери, распятой безумием. Повествование можно назвать дневниковым и кого-то это даже может шокировать. Вести дневник, как умирает твоя мать... занятие, мягко говоря, не для всех. Претензии к отцу, тянущиеся из глубокого детства, озабоченность тем, что мать его подавила... и всё это просто переполнено отвращением Лимонова к старости, впрочем и так регулярно им педалируемоего.

Тут хочется отдельно отметить. В некрологе про отца он пишет следующее:

И всё бы ничего. Но Лимонов умер 17 марта... Вот такая вот интересная магия чисел.

Да, к этому времени ещё сохранились в жизни Эдуарда персонажи, которые позволили нам с головой погрузиться в мрачность смерти, но это уже были остаточные фигуры, хотя и, несомненно, чрезвычайно ему близкие. Мне показалось, что первый сборник получился более цельным и выражал собой своего рода обзор жизни Лимонова сквозь призму мертвецов. Здесь же герои плюс-минус умерли в один узкий промежуток и это лишает нас какого-то цельного концепта.

Это словно на одной чаше весов все ваше прошлое, а на другой список умерших за этот год. Да, за год умирает много интересных и масштабных личностей, но это больше похоже на некую сводку.

Как-то так.

Эдуард Лимонов, как и другой мой любимый писатель – Варлам Шаламов в своих произведениях (в основном, а в этой книге – точно) придерживался принципа писать только ту правду, которую автор видел собственными глазами и которую прожил собственной жизнью. Поэтому тексты у обоих, при всех различиях – очень сильные. Отсутствие художественных домыслов и фантазий, даёт Лимонову полное моральное право занять то же место, которое Шаламов определил, как: «Писатель — судья времени». В последней истории в этой книге, «Толик», Эдуард Вениаминович пишет (это предпоследний абзац): «…Я не моралист, и не даю уроков морали. Я воспринимаю судьбы людей как результат деятельности их души. Жизнь Анатолия Мелихова сложилась в соответствии с его русской душой.» - это и есть оценка человека временем. Временем, которое Мартин Хайдеггер определял, как «форму бытия к смерти» - я бы ещё добавил «русского бытия».
Истории в книге очень разные, есть потрясающие своей архетипической глубиной – как например совершенно запредельное описание смерти матери (в котором автор выразил свои основные мысли о взаимоотношениях с родителями: «Он принадлежал партии больше, чем отцу, матери, жене и ребёнку.»), некрологи-истории жизни и смерти своего отца и жены Натальи Медведевой («Выпив, она не устранялась, не спала, как обычные алкоголики. Она впадала в экстаз» или «что же за сверхчеловек этот Эдуард, если с таким демоном смог тринадцать лет прожить?», и вот поэтическое: «мертвенькими ручками болтая/и ножками тоже помогая…//Поспешает в направленьи Рая/Мокрая Наташенька нагая»). Есть (и это основная причина почему я эту книгу купил и прочитал) – истории о тех, кого я очень высоко ценю: Юрий Мамлеев, Егор Летов и конечно Александр Непомнящий, есть истории рядовых членов партии, честно и открыто исполнивших свой гражданский и моральный долг и погибших, как настоящие рыцари Духа, «при исполнении»….. Каждая история даже не говорит, а кричит, что жизнь коротка и в ней есть место ТОЛЬКО для самого главного.
Резюмирую, что я вынес из этой книги: Земная жизнь конечна. Но когда она прожита достойно, то в ней (или на ней) проявляется и становится видна проекция вечной жизни. Вечной не в плане бесконечного времени, тем более такого убогого и пошлого, как современное буржуазное время потребления – нет, вечность здесь, как победа, как истина и конечно красота. Книга Лимонова как раз об этом: реальные истории людей, которые умерли, и на жизнь которых теперь можно посмотреть целиком. И когда видишь такую жизнь во всей ее перспективе от и до, и проецируешь эту перспективу на себя, то отчетливо видно, что времени в жизни есть ровно столько, чтобы успеть только самое главное, ни минутой больше. И да, еще важно, чтобы, когда круг замыкается, то тому кто на втором конце отрезка было не стыдно посмотреть в глаза тому, кто на первом.
Книги такие читать нужно и полезно. Ставлю максимальную оценку.

Едкое, местами трагичное, где то невероятно ностальгичное, иной раз безумно обнадеживающее, однако в целом, Лимоновское ралли за упокой (второе по счёту) - представляет собой довольно занимательное зрелище.
Занимательны тут не столько персонажи и воспоминания старика, коим в общем и посвящена книга, сколько самолюбование автора, загрязнившее собою каждую главу. И это круто! Это забавляет. Это смешно.
Как-бы и всё. Ну а что ещё можно ожидать от пары десятков некрологов, склееных воедино под одной обложкой?