Собрание сочинений. Том 6. Идиот. Книга 2

Ох, и непростые у меня все же отношения с Достоевским. Мучает он меня так, что ощущения от чтения его книг в какой-то момент начинают напоминать горячечный бред. Ну, знаете, тот момент, когда вы ночью плохо себя чувствуете и вроде бы спите, но при этом вас мучает жажда и болит голова, а потому заснуть крепко вы не можете, в голову лезут разные мысли на стыке сна и реальности, а когда наконец наступает утро, вы чувствуете себя не только не отдохнувшим, а вообще так, как будто вас всю ночь били. Но все-таки присутствует и облегчение от того, что ночь наконец закончилась и можно вздохнуть спокойно, а если есть возможность, то и вздремнуть наконец (почему-то, когда болеешь, всегда легче спать днем, чем ночью, странно, но факт).

Вот примерно это я и испытываю. Читаешь, мучаешься, но не можешь ни «проснуться», ни как-то облегчить свое состояние, а потом, когда «просыпаешься», то бишь дочитываешь книгу, не можешь толком воспроизвести прочитанное. Остается оно в памяти такими фрагментами, несвязными обрывками, неясными образами. Вот попроси меня сейчас кто-нибудь пересказать «Братьев Карамазовых» - не смогла бы. Впечатления – остались, воспоминаний – нет. Ну как есть страшный сон. Но сильный, от такого быстро не отделаешься.

Вот и с «Идиотом» то же самое произошло. Но не сразу, нет. Это такая коварная книга, которая поначалу заставила меня поверить, что я – наконец! – нашла у Достоевского тот самый, «свой» роман, который имеет шансы понравиться мне безоговорочно. И все-то мне нравилось: явление князя Мышкина народу, знакомство с Епанчиными, вечер у Настасьи Филипповны... Было интересно, и я искренне наслаждалась процессом. В таком вот приподнятом настроении я прослушала первую часть (кстати, спасибо Владимиру Еремину за прекрасную начитку, а создателям аудиокниги за отличное музыкальное оформление). Но… не тут-то было. Рано радовалась, как оказалось.

Дальше...

Уже ко второй части я начала испытывать те самые ощущения, которые попыталась передать в первом абзаце. А именно – мучение. Когда ты, с одной стороны, наслаждаешься прекрасным языком, а с другой – страдаешь от полной неспособности понять происходящее, причем как непосредственно в сюжете, так и в голове у персонажей. Кажется, никогда еще у меня не было такого, чтобы я постоянно ловила себя на мысли, что вообще не понимаю, что происходит. Даже при чтении «Братьев Карамазовых» все было не так плохо, хотя, казалось бы, их воспринимать должно было быть сложнее.

В некоторые моменты у меня возникало ощущение, что я что-то прослушала или упустила. Потому что вот только что происходило одно, а в следующую минуту уже говорят о другом, а делают вообще третье, причем все, кажется, знают и понимают, о чем речь, кроме меня. Как будто я время от времени выходила на полчасика прогуляться, а вернувшись, с трудом могла уловить суть произошедших перемен и новых взаимоотношений между героями. (И только позже до меня дошло, что мне не показалось, а действительно автор периодически перескакивает вперед, показывает несколько сцен, а потом рассказывает о том, что им предшествовало. Да, я тормоз необыкновенный, признаю это с прискорбием. Но и после этого ощущение, что мне чего-то не дорассказали, никуда не делось).

Кстати, о героях. Традиционно, как и в случае с другими романами Достоевского, я ни к кому из них под конец не испытывала никакой привязанности. Хотя поначалу, честно скажу, мне и нравились некоторые из них. Я даже было подумала, что в этот раз мне будет за кого искренне переживать. Но нет, показалось.

Например, тот же князь Мышкин. Зная его раньше только понаслышке (т.к. я не читала до этого книгу и экранизаций не видела), я заранее была настроена к нему не очень доброжелательно. Не знаю почему, просто подсознательно, по принципу: раз писатель видит в этом некий идеал, значит, вряд ли он мне понравится. Так вот, начало романа, вопреки моим ожиданиям, заставило меня проникнуться к князю некоторой безотчетной симпатией. Вот ровно так, как и некоторых других героев, вроде Елизаветы Прокофьевны. Поначалу эта его «мудрая простота» (блаженная глупость? бесхитростная прозорливость? не суть важно), невероятная правдивость, доброта и снисходительность даже умиляют. Но в какой-то момент от них устаешь. И все, с этой минуты вся симпатия улетучивается. Думаешь: ну как так можно? Ну хватит, ну пожалуйста. Ну будь же ты хоть чуть-чуть человеком, а не воплощением христианской добродетели и всепрощения. Ну нельзя же так. И как тут не понять тех людей, которые ему говорят, что любят его и тут же, на той же странице, что ненавидят? Так и есть ведь.

Не место ему в этом мире и, наверное, это к лучшему. Потому что… ну что от него хорошего, в самом-то деле? Разве что он способен выслушать, понять и простить и кому-то, быть может, именно это и нужно в какой-то момент жизни, но что-то большее… нет, это не про него. Все остальное время он будет говорить, что виноват, что болен, что не хотел и вообще его неправильно поняли, а объяснить как следует он не умеет, но ведь это вообще все не то и не о том.

Будет он что-то бормотать, мямлить, пытаться всем угодить, всех примирить… Да бесит он уже под конец, честное слово. Ни одного человека он на самом деле не любит и любить не может. У него все чувства существуют как бы в виде идеи, вообще. Вообще нужно всех любить, поэтому он любит и ту, и эту. Вообще нужно всех прощать, и поэтому он простит и того, и другого, и даже сам прощения попросит. И стоит он при этом как бы в белом пальто посреди грязи, а вокруг него что-то происходит и само собой в штабеля укладывается. Неудивительно, что окружающая грязь чувствует себя неуютно. Но она хотя бы настоящая, вот ведь в чем все дело. Она живет, что-то делает, как может и как умеет, а князь находится где-то вне времени и пространства, несмотря на то, что многие события развиваются как раз вокруг него и его непосредственно касаются.

С другими героями у меня тоже не сложилось. Сначала я отчего-то думала (наивная!), что в этот раз в книге будут адекватные люди. Не все, конечно, но хоть кто-то. А под конец стала уже думать, что из них всех самый адекватный – внезапно! – Рогожин. Потому что, находясь среди этих буйнопомешанных, нельзя время от времени не испытывать желание кого-нибудь зарезать.

Кто меня лично больше всех бесил? Лебедев и генерал Иволгин. И не своими личными качествами, нет. Своей болтовней. Бесконечной, выматывающей, бессмысленной и непонятно кому и зачем нужной. Особенно Лебедев на этом поприще отличился. Никогда-то он не может сказать ничего прямо, всегда-то у него все через пятое колено и с подвывертами, так что под конец вообще решительно понять невозможно, с чего он начал и куда, собственно, клонит. У генерала, конечно, проще все, но тут уже сказывается моя органическая нелюбовь к многочисленным ситуациям, когда кто-то сочиняет на ходу, а все вокруг делают вид, что верят.

Но и прочие герои особенной любви не вызывают.

Ох, как же утомляют эти страсти, самобичевание, исступление, непрестанное желание мучить других и мучиться самим… Когда все краснеют, бледнеют, вскрикивают, падают в обморок, истерят, обливаются слезами, закатывают монологи на пару страниц, забежав на пару минут, рассказывают о своих встречах с Наполеоном, пишут предсмертные записки на 180 листов да еще зачитывают их вслух подлейшим образом… Чего стоит одна история любви, разворачивающаяся перед нами на страницах романа. Сразу и не разберешь, где тут любовь, где ненависть, где ревность, где желание сделать все назло, особенно самому себе, где простая жалость, где страсть безумная, где просто поступки из чувства противоречия и протеста. Все смешалось в доме Облонских в истории князя, Настасьи Филипповны, Аглаи, Рогожина и бог (или черт?) его знает кого еще.

Впрочем, Настасью Филипповну, пожалуй, понять все-таки легче. Ну, не то чтобы действительно понять, но хотя бы как-то объяснить для себя ее поведение. Вот женщина незаурядная и чрезвычайно гордая, но с покалеченной с детства психикой. Которая не виновата в своем прошлом и понимает это разумом, а чувствует все равно иначе и ничего не может с этим поделать. Вот и кидается она из крайности в крайность. (Напомнила она мне одну героиню из недавно прочитанного, но там был случай еще более тяжелый и запущенный). Она и достойна, и недостойна. И голову высоко держит, и сама себя презирает и унижает. И перед чужим благородством готова преклониться, и за него же возненавидеть и уничтожить. Она выбирает сознательное (?) самоуничтожение. Из чувства ненависти к чему-то, что сложно определить, из чувства противоречия и какой-то злобной насмешки над жизнью и самой собой. Ее любовь – как приговор, кого люблю – того и погублю. Меня никто не щадит, так и не буду щадить и я, с какой стати? Пугают меня такие люди, хотя параллельно даже и восхищают иногда (Посмотрела пару серий сериала, так вот там Н.Ф. мне была глубоко отвратительна. Надо же, как восприятие одной и той же героини, причем сыгранной прямо по тексту, может отличаться).

А вот Аглая неизменно приводила меня в ступор. Я все никак не могла определиться со своим к ней отношением и меняла его чуть ли не кардинально от главы к главе. Она тоже любит из крайности в крайность бросаться, но если у Настасьи для этого есть некоторое моральное оправдание, то Аглая представляется просто взбалмошной истеричкой, которая бесится неизвестно с чего и просто любит сама себе противоречить и идти наперекор всем. Бунтовщица, блин. Хотя пару раз, признаюсь, она и меня заставила улыбнуться своими выходками (к примеру, когда допрашивала нашего героя с пристрастием, как он воспринял ежа, на что тот только и мог промямлить что-то невразумительное).

Все-таки временами было в ней что-то такое, что мне импонировало. Вот эта ее способность вдруг задать вопрос в лоб или высказать то, что думает. Или ее периодическая злоба на князя, вроде бы необъяснимая, а на самом деле такая понятная. Потому что надо же его как-нибудь расшевелить, хочется же увидеть в нем что-то живое! Вот она и подкалывает его, и смеется над ним, и измывается, как может. Вероятно, ей просто нужна его реакция. Ну хоть какая-нибудь, кроме «простите, я виноват»! Что-нибудь, что откроет в нем хоть капельку обычного человека, за что можно зацепиться. Но нет… не судьба. Тут еще и на себя злоба, что угораздило ее влюбиться в такого смешного и невразумительного человека. И презрение к тем, кто не ценит и не может разглядеть его прекрасных душевных качеств. А с другой стороны, все тот же бунт: если вы все против и считаете его неподходящим, так я тем более его выберу, назло всем. Но и смешной она быть не хочет, и боится этого. В общем, чаще всего мне просто хотелось держаться от Аглаи подальше.

А эпилепсия и чахотка? Не могу не сказать о них, ибо и они герои, почти неизменно присутствующие на страницах романов Достоевского. Если нет ни того, ни другого (да еще неизменно мрачного, депрессивного, грязного и убогого Петербурга), то кажется, что это и не Достоевский вовсе написал.

Еще, может, странную вещь скажу, но я совершенно запуталась, кто из героев у кого живет. То один у другого дачу снял, потом к ним подселился кто-то еще, потом один съехал, другого к себе позвал, а еще кто-то ушел из дома и теперь ему приткнуться негде, так что его еще кто-то там приютил. Не знаю, у кого как, а у меня мозг взорвался от этого броуновского движения тел в романе.

Концовка романа представляется мне логичной. Хотя здесь трудно судить наверняка, потому что я знала заранее, чем все закончится. Будь это для меня тайной… хотя нет, я все равно почти уверена, что именно такой концовки и ждала бы. Все «правильно», так и должно быть. Так не могло продолжаться вечно, должен был произойти некий взрыв. Вот оно и случилось и в полном соответствии с характерами всех участников, вплоть до самых второстепенных.

P.S. Наверное, никогда я не смогу сказать о книгах Достоевского, что они мне нравятся. Причина – см. начало этого длиннейшего текста. Я еще не настолько мазохист. Единственное на данный момент исключение – «Село Степанчиково..», как ни удивительно.

P.P.S. Заметила, что один из абзацев того самого "Села Степанчикова.." почти дословно повторяется здесь. Зачем? И интересно, единственный ли это случай?

Не первая, но и явно не последняя книга Достоевского, которую я прочитал с удовольствием. Как всегда, автор смог затронуть спящие в душе каждого человека струны. Но в этот раз он слегка распылился в нескольких направлениях сразу. Сколь ярко и густо описаны задор и слепота впавшего в азарт человека, столь и безвкусно, на мой вкус, описана любовная линия сюжета. Не удалось ФМ соблюсти баланс в этой истории.
Всё таки не зря говорят, что именно эту книгу он написал меньше чем за месяц. Мне не хватило глубины образов персонажей. Персонажи показались мне совсем поверхностными. Хоть ГГ, хоть дама его сердца,что уж говорить про второстепенных героев. Исключением стала babuschka, которая просто зажгла своим появлением весь город да и всю книгу. Именно на её примере видно всё зло, которое могут принести азартные игры на деньги. Ведь она вначале ловит за хвост саму удачу, но не в состоянии остановиться вовремя. На её примере уже можно проследить всепожирающую страсть игрока. Выглядело жутко, что уж и говорить.
И наш ГГ тоже игрок, тем более в его честь и названа книга, правда играет он не ради себя. Он начал свою карьеру игромана из любви к девушке. Вообще, он всё делал ради этой девушки, его любовь была выше и сильнее всего прочего. А она в ответ придумывала для него всё новые испытания. Но там вообще очень запутанная ситуация со всем семейством. И в этом должна была быть заключена вся пикантность книги. Та же бабушка стала буквально звездой этого произведения. Повторюсь, что это единственный цельный и глубокий персонаж, хотя про неё писали явно меньше, чем про ГГ или его возлюбленную. И лично мне было жаль только её в этой истории. Остальные персонажи вызывали у меня недоумение или антипатию.
Взять тот же финал всей этой истории. Если поведение девушки я смог бы ещё оправдать нервным срывом или же душевным расстройством, то герой повёл себя просто нецензурно. Его побег и поведение в дальнейшем просто ввели меня в ступор. Слабоумие и отвага. Только без отваги. А дальнейшее вообще стало смахивать на умопомрачение. Хотя, в этом и был посыл автора, ведь он сам был игроком. И за счёт этого мы и увидели это произведение, ведь автору не повезло и он вдрызг проигрался, после чего выл вынужден заключить новый контракт на книгу. Пожалуй, из этой истории могла бы получиться отличная исповедь игрока, но что-то пошло не так. Мне не хватило драматизма и душевных излияний героев. Пойду искать это в других книгах мастера.

Классическая литература, за редким исключением, заставляет меня чувствовать себя незрелой и недоразвитой дурочкой - ничего-то непонятно. Основная мысль? Поведение, мотивы, характер героев? Логика повествования? Всё ускользает, оставляя меня с ощущением, что я оказалась слишком слаба для очередного памятника культуры.

А особенно это касается русской классики - той, что заставляли читать в школе и которой я благополучно манкировала. Почти каждая моя встреча с такой книгой выливается в картину "Я сначала ничего не понял, а потом снова ничего не понял", но я не оставляю попыток победить этого своего личного дракона. Нет цели (да и глупо было бы) в одночасье полюбить русскую классическую литературу - и даром не надо, - но понимать, что, зачем и почему хотел донести автор своими хитросплетениями, хотелось бы.

Всё в этой рецензии - личное мнение, поэтому протесты в духе "Достоевский бессмертен!" не принимаются (даже от котов).

Что же я увидела в этой книге? Во-первых, Санта-Барбару в антураже "полусветской" России XIX века. Кто кого любит или притворяется, что любит; кто к кому сватается - по искреннему побуждению или из-за денег; кто кого подсиживает и какие у соперников взаимоотношения - чёрт ногу сломит. Некоторых персонажей я путала до последнего их появления - даже по признанию автора они неврзачны, просты и серы, так что это неудивительно. И тот вопрос, который меня мучает всегда: почему люди не могут сесть и поговорить? Нужна же гора намёков, шестиэтажных словесных конструкций, недопониманий и страданий по поводу этих недопониманий!

Во-вторых, это история человека, чистого душой и наивного, несущего добро - аллюзия на Христа, если что, - в обществе людей в разной степени лицемерных. Причём эта искренность объясняется душевной болезнью героя, "идиотизмом", будто такое поведение далеко за гранью нормы. Он - честный, добрый, отзывчивый человек - дурачок недалёкий, а все остальные - умные, потому что лгут, притворяются, юлят и так далее и тому подобное. Особенно ярко этот контраст проявляется на "званом вечере", где князь Мышкин - собственно, главный герой, - принимает за чистую монету всё душевное общение светских людей, а автор тут же изобличает их в глазах читателя. И все эти "умные" и "правильные" люди относятся к герою с пренебрежением, некоторые и обманывают его без стеснения и пользуются добротой и отзывчивостью... От этого хочется отмыться.

Религиозный аспект я оставлю в стороне - он возникает не раз и не два на страницах книги, но судить о религии я не берусь: герой находит в ней какой-то смысл, утешение. Это не то, что я могу понять.

Отдельную хвалу возношу озвучке этой книги в исполнении Владимира Ерёмина. Если бы не она, я могла бы мусолить её и месяц.

Цитата:

Впечатление:

Я думаю почти ни для кого не секрет, что Федор Михалыч был заядлым игроком в рулетку и это произведение у него появилось не просто так, а как залог издательству, которое помогало ему выпутаться из очередных долгов.

Произведение само по себе тяжелое, крупное, как почти и все творчество автора , не получится скорее всего взять и прочитать его за один вечер. Я даже не помню это произведение в школьной программе.

Сюжет, конечно связан с игрой в рулетку, большими деньгами и наследством, персонажей смело можно рассматривать через призму ассоциаций, давать оценку поступкам, а произведение просто читать и наблюдать за сюжетом.

Для меня не самое сильное произведение автора, но отображение реальной жизни, и то, как человек не парился о чем писать-это прекрасно, я считаю.

Читать/ не читать: читать в общем потоке

Есть такие люди, которые своим внешним видом и поведением вызывают у окружающих устойчивое недоумение и неприязнь не меньшую, чем дождевые черви. Внешность тут тоже имеет значение, потому что даже при наличии определённых нам всем природой внешних данных оформление их - дело только наших рук. Вот о таком человеке эта повесть. Я поначалу испытывала жалость к нему - это неприятное унизительно чувство. Вспоминала Карандышева пьяного в 'Жестоком романсе". Да и трезвый он там не лучше, если уж на чистоту говорить... Вот и наш герой такой же. Все эти нелепые ужимки, попытки впечатлить всех своей особенностью, которая на самом деле - сплошные дебильные выходки или неуместные выступления. Всё это убого до боли в мозгу невольных зрителей. А уж когда он пустился в нравоучения перед только что использованной им по прямому назначению проституткой, так это и совсем было мерзко. И дальнейшее его раскаяние мнимое, потому как после него ещё раз в ту же реку, и страх нести ответственность за свои слова, если девушка решит воспользоваться так опрометчиво предложенной им помощью... это уж и совсем подлость. Но самое в итоге ужасное, что вот такой-то человек считает себя выше всех нас!!! потому именно, что он способен опуститься на самое дно собственной ничтожности и гнили, а мы якобы ТРУСИМ.

Поэтому если однажды в социума вы встретили такого убогого, нелепого и жалкого человека (а они реально встречаются там) и в порыве великодушия и человеколюбия вы захотите протянуть ему руку приятельства и доброго отношения, то ударьте себя по этой руке другой, свободной. Потому что в глубине души и при всей своей убогости этот человек смеется над вами и уверен, что червяк именно вы, а не он.

Я к Вам пришла с небольшим отзывом на произведение Ф.М. Достоевского «Игрок». Почему небольшим? Да, потому что, мне буквально нечего о нём рассказать. Как и «Двойник», я считаю «Игрок» одним из самых слабых произведений автора, отсутствие которых абсолютно никак бы не отразилось ни на творчестве самого писателя, ни на его читателях. Попробую объяснить, что не так, на мой взгляд, с произведением.

И «Двойник» и «Игрок» имеют хорошие задатки сильного романа, если мы посмотрим на их тему, особенно на смысл последней книги. Лудомания – это опасная зависимость, сродни наркотическому опьянению и изучить этот феномен было бы достаточно интересно, но, на мой взгляд, автор зашел не с той двери и сделал свою книгу на эту тему очень абстрактной.

Она нелогична и неинтересна. Вся история будто вырвана клоком из общей канвы жизни среднестатистической семьи того времени. Наш главный герой- учитель у практически разорившейся аристократической семьи, где все ставки сделаны на смерть старшего члена этого гнезда – бабушку. Эта женщина, помимо потрясающего чувства юмора, по харизме напомнившую мне Олленну Тирелл из «Игры престолов», как и вышеупомянутая, имеет большое состояние, с которым она не хочет делиться просто так.
На курорте, где и происходит всё действие книги, крайне развит игорный бизнес, мимо которого наша бабушка и наш главный герой не пройдут мимо.

И здесь не секрет, что это автобиографичный роман, ведь сам писатель был тем самым игроком, который не мог остановиться. Но как человек, знающий проблему изнутри, он, к сожалению, не смог (по крайней мере до меня) донести весь масштаб бедствия. Я увидела сумбур и калейдоскоп действий в игорном доме. Всё! Как таковые эмоции игроков не раскрыты, описано так, будто они просто не отдают себе отчет в действиях, не чувствуют времени и пространства. Написано односложно, не вдаваясь в подробности и без структурности мысли. Мне бы хотелось увидеть чувства героев, путь к этому падению. Жаль!

читаю эту книгу уже второй раз.
Не перестаю восхищаться талантом Достоевского. Как же он точно и четко может показать внутренний мир человека, как за ширмой повседневной жизни возникает нечто более важное и значимое, как срываются маски и появляются истинные лица.
Перед нами роман о неразделенной любви, о разбитых жизнях и надеждах, о том, что гордость может покалечить человека и нравственно, и сломать жизнь.
В книга (как и всегда!) очень много разговоров. Кажется, что герои только и делают, что говорят без конца о своих делах, о своих планах и надеждах. Но сквозь этот шум и проявляется трагичность жизни.

На протяжении всей своей истории люди объявляют себя высшим видом и существами разумными. Вся разумность упирается в то, что человек может задать некоторые вопросы, на которые раз за разом даёт разные ответы, которые и ответами-то честно назвать трудно. Не знаю, может и обезьяны могут их задавать, но мы этого от них никогда ни разу не слышал, так что приписываем этот талант исключительно себе и дюже им гордимся. В итоге мы прошли долгий путь от философствований древних греков, средневековую схоластику, упования на разумность Бога, затем отвергали Бога и вновь провозглашали разумность абсолюта, затем разум человеческий, авэ науке и вновь падение всех вер в великое после развесёлых событий первой половины двадцатого века, после которых толпа французов печально заэкзистенционировала о человечестве и вздохнула о роде людском, о чём все в общем-то продолжают делать и поныне. Но хер там! Достоевский всех опередил, неторопливые ублюдки!

Если внимательнее взглянуть, то люди не меняются и постоянно повторяются в своих глупостях. Даже я; даже ты, анон, читающий это. Кажется, после первого предложения должно бы было стоять ещё «увы», но С.П. говорит, что огорчаться по этому поводу не стоит, ибо – это ведь удобно, как истинный паразит он считает, что тут можно пристроиться, приспособить и извлекать пользы. Надо знать своё окружение, его слабости, потайные страсти и тогда можно, если уж не паразитировать, то хотя бы вполне уверенно себя чувствовать среди масс. Лучше всего давить на слабости, тёмные уголочки никчёмной души человеческой, а (на манер песенки о Спанч Бобе) кто знает лучше всех пороки души? Фё-дор Дэ-Эм!

Человек пытается избежать страданий, но и страдание это тоже очень хорошо. Иногда даже лучше, чем не-страдание. Почему? Не знаю, это так Достоевский придумывает и с ним нельзя не согласиться. Человек в страдании величествен, по крайней мере в своих глазах, а этого обычно уже достаточно, чтобы убедить себя, что и в других глазах это так же выглядит. Животным бывает просто плохо, у них там лапа болит или блохи замучили и никакого пафоса тут нет; а человек – страдает. Страдание накладывает некоторый оттенок благородства на происходящее безумие. Можно корчиться от боли, — а можно страдать, если ещё и прикрутить к этому великую идею, то это страдание можно будет писать с большой буквы и вообще много чего оправдывать им. Всё дело в мотивировке. Всё одинаково глупо и бессмысленно, если это не имеет вразумительного обоснования. Как говорят эстонцы «дурак не тот, кто оправдывается, а тот, кто оправдания найти не может».

Лучше всего страдать от ненависти к человечеству, за осознание того, что оно никчёмно и всё плохо, и, вообще, зачем всё? Мизантропия и пессимизм – единственные и верные метанарративы. Любовь приводит к беспорядкам (любовь к нации - войны, любовь к своей религии - экстремизм, даже любовь к женщине довела до Троянской войны, ха-ха); а к чему привела нас мизантропия и пессимизм? Единственное к чему они приводит, так это к тому, что человек, подобно герою сей повести запирается в своём тёмно углу, запирается сам в себе и тихо всех ненавидит и разводит тараканов в своей голове. И все живы-здоровы, да ещё и тараканчики наплодились!
А что ещё для счастья надо?

Конечно можно, и иногда даже нужно, нахамить друзьям снобам, которые возьми да и устройся в этой жизни лучше, а потом сорвать злобу на бедной проститутке, которая уже по доброй традиции Достоевского оказывается дамой с сильным духом и крайне благородной.

Наверное это самая извращённая трактовка Достоевского, но его месседж прост: люди, ненавидьте друг друга, ненавидьте себя и будет вам счастье, и не только вам, а всем, вообще всем будет счастье в страдании от никчёмности себя и никчёмности других; перевернём — так плохо, что аж немного хорошо. И будем мы каждый тихонечко умирать по естественным причинам, каждый под своим плинтусом, но зато велико, величественно, с идеей, со страданием, а не тупой болью в области почек и в луже мочи; будем умирать с болью души — великой болью, за человечество!.. и тогда все эти ваши почки и моча будут лишь возвеличивающим антуражем, а не убогой реальностью. На всякий случай – сарказм, ирония.

Каждый из нас живёт в своём метафизическом аду. В голове роятся миллионы мыслей по каждому поводу. Они колеблются от полного неадеквата и низости до самых благородных и почти святых. Они возникают спонтанно при каждом шаге. Мозг просто не может не придумывать мысли — увидел шкаф подумал пятьсот мыслей. Только дело в том, что кто-то цепляется за верхние регистры, а кто-то, как герой повести, цепляется за самый низ, за самые глупости и надуманности. Мнительность до безумия, воспалённое эго, проблемы с самооценкой и реализацией своих желаний. Герой, конечно, тот ещё ублюдок, но страдающий. Но мне он понравился. В каждом есть что-то от этого маленького злого таракана. Все мы иногда ненавидим себя, других, всех, всё, думаем гадости про идущего мимо усатого господина или наоборот воображаем идеального человека, себя, другого и плачем над своей убогостью.

Грязный реализм – это когда просыпаешься с утра с похмельем и жутким экзистенциональным кризисом и понимаешь, что всё на самом деле плохо, все умрут и ты умрёшь, и нет тут романтики совсем никакой; чистый идеализм – верить в лучшее, всё видеть как прекрасное и уникальное, радоваться всему. Выбор точки зрения зависит не от окружения, а от нас самих. Мы одновременно находимся в мире грязного реализма и чистого идеализма. Всё что происходит – происходит внутри головы. Наша голова это персональный «шлем ужаса» для каждого, наша голова и есть наше персональное подполье. Только вот каких там тараканов мы разводим это уже личный выбор каждого.