Цитаты из книги Худей!

"Часом дурість ховається під маскою доброти, а часом і гордині - звідки вся ця ідіотська потреба розповісти прадавню таємницю, передати її від одного покоління іншому"

На кладбище могильщики обычно тушили сигареты — курить считалось нехорошо: слишком многие клиенты умирали от рака легких.

"Изучая родной английский, дети теряют эту способность, и Луис подумал (уже не в первый раз), что может быть, детство - это не только пора обучения, сколько пора забывания."

Ты ищешь причины... они кажутся тебе разумными... но ты просто хочешь видеть их такими. Или они этого хотят.

Может быть, смерть иногда лучше. Но дети этого не знают.

Она мне назад не нужна. Правосудие мертвых не оживляет, белый человек. Правосудие есть правосудие.

Если это может вернуть ее, плюй на меня, пока я не утону в плевках, — сказал он. Голос его на удивление прозвучал ясно и мужественно. — Но я не дыббук, не демон, не чудовище. То, что вы видите… — он поднял руки, и костер на миг просветил его одежду насквозь, сделав похожим на иссохшую белую летучую мышь… — это то, что я и есть.

Он был толстым, жирным, как свинья. Потом стал плотным, потом нормальным (если такое понятие вообще существует), потом худым. Но теперь худоба переходила в новое качество, которое можно назвать «тощий». А что дальше? Дистрофик, истощенный, скелетообразный? дальше уже и вообразить было нечего.

Цыган проклял его, и никакое это не раковое заболевание. Рак был бы куда милосерднее и быстрее.

Ребята постарше направились к цыганским детям, а те прервали свои игры и наблюдали за их приближением. «Горожане», говорили их темные глаза. «Эти городские дети повсюду, куда ни сунься. Мы знаем ваши глаза и прически, знаем, как блестят на солнце скрепы-исправилки на ваших зубах. Мы не знаем, где будем завтра, но знаем, где будете вы. И как вам не надоедают одни и те же лица, одни и те же места? Наверное, потому вы так нас ненавидите».

Куда никто не торопится, но все успевают? Правильно, на кладбище.

И пусть мертвые сами хоронят своих мертвецов..

Он всегда считал, что в то время как браки друзей и знакомых распадаются один за другим, их с Рэйчел брак держится столько лет благодаря тому, что они оба знают секрет: когда возникают какие-то принципиальные противоречия, тут уже нет ни семьи, ни супружеского единения, а есть только два совершенно разных человека, и каждый сам по себе, и каждый упорно противоречит здравому смыслу.

Смерть была отвлеченным понятием; кладбище домашних животных было реальным. В этих грубых надгробиях заключалась суровая правда, которую мог почувствовать даже ребенок.

... он был пьян уже до такой степени, когда просто не можешь спать, как сова с диареей, и тебе море по колено.

— Алло?

— Привет, — сказала Рэчел. — Ты что, спал?

— Ты меня разбудила, свинья, — сказал он, улыбаясь.

— Ох, какие выражения! В таком случае, ты старый облезлый хряк. Я тебе звонила весь вечер. Опять сидел у Джуда?

— Никаких «но». Смирись с тем, что сделано, и слушай зов своего сердца. Мы сделали все, как нужно... по крайней мере, мне так кажется. В другое время это было бы неправильно.

Это как героин — тем, кто вводит его в вену, тоже на первых порах приятно, а потом он их отравляет. Отравляет их тело и душу.