Цитаты из книги Clockwork Prince

Джем быстро произнес несколько гласных и согласных звуков с сильным придыханием; тон голса то поднимался, то опускался: Ni hen piao liang (
Ты прекрасна (кит.))..
— Что ты сказал?
— Я сказал, что твои волосы растрепались… вот здесь… — Джем протянул руку и заправил выбившуюся прядку за ухо.

— Помню его отца. Этот Херондэйл пользовался огромным успехом — дамочки были просто без ума от него. Разумеется, пока он не повстречал мать Уилла. Тогда он все бросил и уехал в Уэльс только ради нее. Уж таков он был.

— М-да, она не похожа ни на тебя, ни на меня. А может, эта девчонка сходит по мне с ума и вечно таскается следом?
— Знаешь что, я умею изменять форму, но вот актерского таланта у меня нет вовсе! — отрезала Тесса, а Джем расхохотался.
Уилл удивленно уставился на него.
— А вот тут она тебя уела, Уилл! 

— Как же я узнаю, понравится мне или нет, если не попробую сама? — невозмутимо заметила Тесса.
— Я никогда не купался в Темзе нагишом, но точно знаю, что мне не понравилось бы!
— Зато публика была бы в восторге! — парировала Тесса, а Джем поспешно отвернулся, чтобы скрыть усмешку.

Подвижки, проклятие, правда, Джем, смерть, Тесса. Тесса-Тесса-Тесса… Имя пело и звенело серебристым колокольчиком, заставляло сердце биться чаще. Вряд ли на всем свете нашлось бы более подходящее имя, чем Тесса. А если бы ее звали иначе, как-нибудь нелепо и некрасиво, да хотя бы Милдред!.. Разве можно проснуться среди ночи и прошептать такое имя?! Вот Тесса — совсем другое дело…

— Мы что, в слова играем? Каждый говорит первое пришедшее на ум слово? Тогда вот вам, «генуфобия». Это иррациональная боязнь коленок, если что.
— А как называется вполне рациональная боязнь назойливых идиотов? — осведомилась Джессамина.

Нет ничего опаснее человека, жаждущего мести.

– Он сказал, чего добивается? – перебил Уилл. – Зачем он затеял все это?

– Решил уничтожить всех Сумеречных охотников, – непринужденно откликнулся Скотт. – Думал, вы уже знаете. Это ведь не клуб садоводов-любителей!

– Ритуал связывает, накладывая определенные обязательства. Ты становишься сильнее – можно полагаться на силу брата. Всегда чувствуешь, где он находится, и в бою вы действуете как единое целое. Есть руны, которые работают только для побратимов. Но выбрать можно лишь одного, и если он умрет, то ритуал повторить нельзя. Поэтому и отказался, ведь я не самый удачный вариант для него…

– Легко рассуждать так в семнадцать лет, – весьма прохладно ответил Магнус. – Ты влюблен и думаешь, что все остальное неважно. Но мир гораздо больше, чем тебе кажется, и ты нужен ему. Ведь ты – Сумеречный охотник и служишь великой цели. Твоя жизнь тебе не принадлежит, и не смей ею разбрасываться!

– Не говори с тобой о Джеме, не говори о Тессе! Ты хочешь, чтобы я открыл портал в Мир Теней, и при этом не желаешь ничего мне рассказать?! Да ни за что! – воскликнул Магнус и скрестил руки на груди.

— Что доставляет удовольствие одному человеку, яд для другого, ты не находишь?

— Что это за поэма опять? — Уилл, который крутил пустую чашку в пальцах, выпрямился и продекламировал: — Словами презренья обменялись зло, И оскорбленья выжгли в их душах любовь…

Романы между мирянами и Сумеречными охотниками были запрещены; мать Уилла была мирянкой, и его отец был вынужден покинуть Сумеречных охотников, чтобы быть с ней.

— Я хороший повар, сэр, — сказала она с небольшим ирландским акцентом. — У моего предыдущего нанимателя не было жалоб.

— Боже, ты ирландка, — сказал Уилл. — Ты умеешь готовить что-нибудь, в чем нет картошки? У нас был ирландский повар однажды, когда я был мальчиком. Картофельный пирог, картофельный заварной крем, картофель с картофельным соусом.

миряне могут сражаться почти так же, как и Сумеречный охотник, при условии правильного обучения.

Ни один человек не мог быть лучше Сумеречного охотника. Разве не в этом дело?

Не позволяй ему увидеть, что он беспокоит тебя.

— Видимо, солнце взошло на западе, — вполголоса заметил Уилл.
— В чем же? — с нажимом спросила Тесса. — Нельзя бросать начатое на полпути. Ведь это все равно что сразу отдать Институт Бенедикту Лайтвуду!
— Я и не предлагаю все бросить! Вместо того чтобы рыться в прошлом, надо предугадать будущее. Если поймем, что задумал Мортмэйн, обязательно сможем остановить его.