Век капитала. 1848 - 1875

Век "Капитала"

Недавно, во время небольшого подземного путешествия с этой книгой в руках, я припомнил слова Артемия Лебедева о дорогих вещах: его серёжка с бриллиантом скрывалась под непритязательной оболочкой, и, таким образом, о ценности данной вещи знал только сам её хозяин. То же и с "Веком капитала": знал бы кто из окружающих, что у меня в руках книга, которая есть, может быть, у сотни человек во всей России! Настоящая редкость и интеллектуальный клад, где мусорное оформление и некомпетентный перевод российского издания заслоняют проницательный исторический анализ середины позапрошлого века... Во втором томе трилогии незашоренный марксист Хобсбаум находится в своей стихии, описывая самоуверенный и пошлый мир буржуазных отношений, экономический и торговый бум, распространение западных ценностей во все части света, науку, убеждённую в своей правоте, и искусство, творения которого стали мерилом престижа для представителей среднего класса. Идея прогресса овладела умами общества в этот необычный постреволюционный период, когда, казалось, на все вопросы уже найдены или вскоре найдутся ответы, а "отсталые" народы и классы "повзрослеют", вступив на путь, проторенный высокотехнологичной европейской цивилизацией. Тем временем социалистические и атеистические идеи будоражат рабочую бедноту, крестьянские восстания сотрясают Китай и Индию, а самые одиозные режимы встают на путь вынужденных реформ, чтобы не рухнуть. Маркс пишет "Капитал", Дарвин оскорбляет наших предков, Мане рисует Венеру в образе шлюхи. Бомба замедленного действия под миром самодовольного ростовщика уже установлена.

Для тех кто не в теме: Довольно проблематично для меня вообразить человека, не интересующегося историей, который добровольно взялся за чтение Хобсбаума. По концентрации полезной информации на абзац его тексты мало с чем сравнимы. Так как Хобсбаум полностью отказывается от пересказа исторических событий, рассматривая вместо этого тенденции, вкусы, обычаи, причины и следствия, чтение требует серьёзной подготовки, причём не только исторической, но и общекультурной, в частности хотя бы минимальных знаний о науке, искусстве, литературном процессе и т.п. Решившемуся же на подвиг читателю предстанет не только научная громадина, но и множество примечательных и порой ироничных авторских ремарок, например таких:

После 1850 года уже нельзя было встретить ни одного короля, покровительствующего искусству...Исключение составлял русский императорский балет, но отношения между членами царской семьи и танцовщицами традиционно выходили за рамки просто официальных

Для тех, кто в теме: Дабы предупредить отдельные возражения, автор в предисловии оговаривает своё неприязненное отношение к описываемому им миру буржуазии и обещает не слишком это выпячивать. Мы, особенно те, кому резвый капитализм эпохи тоже не по душе, вполне можем его простить. Порой в тексте всплывают убеждения автора, особенно когда он говорит о Марксе, называя того "единственным мыслителем эпохи, разработавшим всеобъемлющую теорию структуры общества", или упрекает пресловутого позитивиста Герберта Спенсера в неинтеллектуальности. Между тем, будучи учёным конца XX века, Хобсбаум не пытается заключить факты в прокрустово ложе марксизма, предоставляя делать окончательный вывод самому читателю. Парадокс таких великолепных книг, как трилогия Хобсбаума, заключается в том, что читать их в нежном возрасте сложно, но крайне познавательно, а в зрелом на осмысление уже накладываются твои собственные убеждения, порой мешающие видеть действительность объективно. Но что есть истина, как не одна из возможных точек зрения?

Общая оценка: Эрик сделал это опять - Эрик сделал это на пять

Во второй части, если честно, еще сильнее чувствовалась нехватка образования/знакомства с политической обстановкой описываемого периода с 1848 года по 1875. Возможно, поэтому книга оставила какое-то менее ясное и сильное впечатление, чем первая. Свое повествование автор поделил на три большие части: революция, развитие и результат. Первая часть посвящена так называемой весне народов - революциям и волнениям, прокатившимся по европейским странам в середине века. Знаменитый призрак коммунизма, который бродил по Европе в год первой публикации Манифеста Коммунистической партии - это он.

Все революции имели что-то общее, что в значительной степени объясняет их неудачу. Они были, фактически или прямо предвосхищали, социальные революции трудовой бедноты. Поэтому они испугали умеренных либералов, которым они дали власть и выдающееся положение - и даже некоторых из более радикальных политиков , - по крайней мере настолько же, насколько и сторонников старых режимов.

Вторая, довольно обширная, рассматривает то, как мир менялся на протяжении всего описываемого периода: стремительная индустриализация, рост оборотов мировой торговли, повсеместное строительство железных дорог, открытие новых больших месторождений золота, рост грамотности и образования...

...наиболее поразительной тенденцией было движение к тотальной свободе торговли. По общему признанию только Британия (после 1846 года) полностью устранила протекционизм, поддерживая таможенные пошлины - по крайней мере теоретически - исключительно в финансовых целях.

Что-то это напоминает, не правда ли? В очередной раз сожалею о том, как плохо мне преподавали историю и в школе, и в университете, и о собственном недостатке интереса. Что особо обращает внимание - как автор показывает, что капитализм как система хозяйствования очень быстро стал глобальной, всепланетной системой, включив в свою орбиту и очень далекие от Европы территории. Причем он описывает это в разных аспектах, в том числе несколько неожиданном (пока не задумаешься) аспекте стандартизации всего и вся. Отдельная глава посвящена войнам и их сильно возросшей кровавости. Следующая - образованию и развитию наций как явления:

Она не просто была чем-то исторически новым, хотя воплощала идеи некоторых очень древних групп людей, которые они все разделяли или думали, что разделяют против "иностранцев". Фактически, она должна была быть создана.

Шестая глава "Силы демократии" посвящена постепенному вхождению в оборот идеи того, что массы людей становятся частью политики и что правительства должны обслуживать их интересы. Седьмая глава рассматривает укрупненно судьбы колонизированных народов: жителей Латинской Америки, Индии, Египта, Китая.

Таким образом, то, что сегодня называется "третьим миром" или "отсталыми странами", зависит от милости Запада и есть его беспомощная жертва.

Отдельная глава рассматривает примеры США как страны - части западного альянса победителей, и Японии, как страны, сумевшей дать какой-то отпор завоевателям. Глава девятая рассматривает изменения в обществе и появившиеся социальные теории, в том числе анархизм. Здесь же, кстати, затронута общественно-политическая ситуация в России, а еще Парижская Коммуна. Наконец, третья большая часть рассматривает результаты: Развитие сельского хозяйства и сопутствующее ему разрушение традиционного аграрного общества, в том числе - отмена рабства и крепостничества. Массовые миграции в основном в Новый свет, конечно. Здесь же и общий рост населения. Преображение городов и условия работы, зарплаты за нее и жизни пролетариата в них. Изменения в буржуазном обществе, показанные через бытовые привычки, начиная с одежды и жилья и заканчивая пуританством в области телесности и сексуальных отношений. Развитие науки, религии, идеологий. Искусство. Здесь снова автор особое внимание уделяет России, точнее, литературному процессу. В заключении автор подводит итог и своему рассказу, и эпохе, выделяя ее ключевые черты.

Чрезвычайно интересное чтение, хотя и непростое.