Колыбель на орбите

Проверка - раз, два, три, четыре, пять... Говорит Эванс. Буду записывать себя на магнитную пленку, пока хватит времени. Кассета рассчитана на два часа, но я сомневаюсь, что сумею использовать ее всю...

Человеческий разум избирает необычные и хитроумные пути, он знал, какой сигнал быстрее всего дойдет до меня.

Я нашел ее — одинокий, брошенный комок шерсти — на обочине шоссе летним вечером, направляясь в Паломар. Я не любил собак, вообще не любил животных, но нельзя же бросить беспомощное маленькое существо на произвол судьбы, которую олицетворяли стремительные автомашины.

Искра надежды лучше, чем безнадежность...

Размышлять о необратимом прошлом еще никчемнее, чем гадать о непредвидимом будущем.

За пределами атмосферы я узнаю, что значит быть слепым, который вдруг обрёл зрение.

Когда дело касается чистой науки, то можете не сомневаться - ни одно из фундаментальных открытий не совершил тот, кто к этому специально стремился, и в этом половина удовольствия от игры.

Все мы понимали, что с незваным гостем надо что-то делать хотя бы по той простой причине, что он вмешался в столь серьезное дело, как выпивка.

Не может быть никакого сомнения; древняя загадка наконец решена. И все же, о всевышний, в твоем распоряжении было столько звезд! Так нужно ли было именно этот народ предавать огню лишь затем, чтобы символ его бренности сиял над Вифлеемом?

Одно дело, когда род склоняется к закату и гибнет, как это бывало с народами и культурами на Земле. Но подвергаться полному уничтожению в пору великолепного расцвета, исчезнуть вовсе — где же тут божья милость?

Как только любой человек на Земле смог видеть и разговаривать с любым другим, просто нажав кнопку, исчезла главная необходимость в городах.

Незадолго до восхода один из космонавтов отнес на бугорок деревянную чурку. Стоя в укрытии на ночной стороне, Шеррард видел, как первые лучи Солнца коснулись бугорка. Когда его глаза оправились от внезапного взрыва света, он разглядел, что чурка уже чернеет, обугливаясь. Будь здесь атмосфера, дерево тотчас вспыхнуло бы ярким пламенем.
Вот что такое восход на Икаре…

Ибо живое взывает к живому даже через космические бездны. Все, что растет, движется на поверхности других планет предвестье, залог того, что человек не одинок в мире пламенных солнц и вихревых туманностей. Если он до сих пор не нашел товарищей, с которыми мог бы разговаривать, это лишь естественно: впереди, ожидая исследователей, простерлись еще световые годы и века. Пока же долг человека охранять и лелеять те проявления жизни, которые ему известны, будь то на Земле, на Марсе или на Венере...

"Если венерианцы существуют, с ними не поздороваешься за руку. Они нас ошпарят, мы их обморозим...".

Покрывающий их с ног до головы металлизированный костюм рефлектор напоминал блестящие гибкие доспехи. Из шлемов я ранцев торчали антенны ни одно насекомое не могло похвастаться такими усиками. А широкие линзы, через которые космонавты глядели на мир, напоминали чудовищные бездумные глаза. Земные животные вряд ли пожелали бы связываться с такими тварями, но у здешних могут быть свои представления.

Непривычно и неприятно было оказаться оторванным от других людей. С Джерри это случилось впервые. Даже на борту "Утренней Звезды", в сотнях миллионов миль от Земли, он мог отправить телеграмму своим близким и почти сразу получить ответ. А тут несколько ярдов скалы отрезали его от всего человечества; случись с ними что нибудь, никто об этом не узнает, разве что другая экспедиция набредет на их тела.

"Венере Луна ни к чему, - подумал Джерри, - Ее не увидишь сквозь тучи, и нет никаких океанов, чтобы управлять приливом отливом, к тому же немеркнущее полярное сияние гораздо более надежный источник света".

...разве исследование планет не научило нас: везде, где только может возникнуть жизнь, она возникает.