Японские средневековые дневники

Дневники – жанр в японской литературе действительно популярный. Может быть, более популярный, чем в любой другой литературе мира. Однако по разным признакам японские дневники несколько отличаются от дневников в европейских литературах, по образцу которыхнеискушенный читатель и составил себе представление о дневниках вообще. По языковому признаку японские дневники делятся на две части: те, что написаны на китайском языке (камбуне, своеобразной дальневосточной латыни) и те, которые созданы на япо...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,4

10 оценок

5
50%
4
40%
3
10%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 12Хотят прочитать 102

Рецензии

Arleen
19 марта 2024
Погружение в придворную жизнь Древней Японии
Кажется, чем больше я читаю литературу Японии, тем больше начинаю её любить. Помню, когда-то чтение произведений азиатских авторов давалось мне нелегко: слишком неспешными они казались по сравнению с литературой России, Европы и Америки. Но сейчас я действительно наслаждаюсь красотой этого утончённого, неспешного повествования.
К сожалению, я почти не знакома с историей Древней и Средневековой Японии, хотя и планирую исправить это. Эта небольшая книга стала своего рода воротами для меня в придворную жизнь Японии рубежа X — XI веков. Невозможно было оторваться, к тому же объём совсем не большой, всего 160 бумажных страниц, поэтому для прочтения этого произведения мне понадобилось всего одно утро. Это даже не чтение, а настоящее наслаждение. Было очень интересно погрузиться в жизнь и быт женщины при дворе японского императора. В книге мы получаем даже возможность узнать о том, как ухаживали за новорождённым принцем и его матерью. Мне были интересны все эти детали.
Но помимо быта, Мурасаки Сикибу также рассказывает о своих собственных чувствах и переживаниях, включает свои стихотворения, размышляет о жизни. Думаю, эти моменты понравились мне особенно сильно. Удивительно, что женщина, жившая несколько столетий назад, чувствовала точно так же, как и мы сейчас, сталкивалась с похожими трудностями и проблемами. Её исповедь тронула моё сердце. Запомнился момент, когда автор рассказывала, что окружающие считали её холодной и высокомерной из-за того, что замечали, что она была достаточно закрытой, а в итоге всё же пришли к выводу, что она такая не из-за слишком высокого самомнения, а всего лишь из-за стеснительности.
Писательница искренне делится своими чувствами и мыслями. О ком-то она отзывается нелестно, кем-то восхищается, но нельзя не отметить тот факт, что она подчёркивает, что не бывает абсолютно хороших или плохих людей, каждый сочетает в себе и достоинства, и недостатки, а потому не нужно торопиться с суждениями.
Читать далее
115 понравилось
6
5,7K
M_Aglaya
22 августа 2021
Средневековое японское... )) Книжка, которую я счастливо обнаружила, копаясь в библиотечном каталоге... Точнее, я ее заметила на LiveLib во фленте и мне тогда еще стало грустно, что я вот тоже хочу такое почитать, а нету. А вот в библиотеке нашлось...
Сюжет: да какой сюжет... В том же духе, что и "Записки у изголовья" Сэй-Сёнагон. И примерно в то же время, как я понимаю... Но по сравнению с этой автором Сэй-Сёнагон просто фонтан радости и оптимизма, прямо живчик на манер американской чирлидерши. )) Здесь автор ооочень печальна и всю жизнь ооочень тоскует. Это просто средневековая японская аристократка, то есть, конечно, не просто - раз ее записки дошли через тысячу с лишним лет и считаются классикой жанра, но по статусу и положению - обычная. Вот она юная девушка, которую заприметил знатный вельможа при дворе, это вроде как не вызвало у нее восторга, но женщина в этих условиях ничего из себя особо не представляет, чтобы что-то решать, вот ее выдают замуж. У вельможи - это некто Канэиэ - есть еще жены, есть и любовницы, и вообще он живет полной жизнью. А для автора потянулись долгие и тоскливые годы. Вся жизнь заключается в том, чтобы сидеть дома взаперти и ждать, когда супруг соблаговолит приехать с визитом. Это происходит далеко не всегда. Канэиэ человек занятой, к тому же ревностно исполняет религиозные запреты, а их в то время ужасно много, в том числе и на посещения жен! Так что автору только и остается сидеть тихонько - чтобы никто не заметил! ради приличия - у окна и наблюдать, как супруг, "очень красивый в своем наряде", важно проезжает мимо... А прислуга не забывает известить обо всех случаях, когда "хозяин" навестил ту или иную даму... Единственный доступный для автора способ как-то выразить свои чувства - это уехать в паломничество к какому-нибудь монастырю. А так только и остается записывать стихи - по случаю или просто по настроению. В бесконечно изящных выражениях.
Это совсем небольшое произведение, прочитывается быстро... да тут, можно сказать, ничего особо и не происходит - все одно и то же, одно и то же, одно и то же, месяц за месяцем, год за годом. Но вот книга прочитана, а все равно как-то крутится в голове. Видно, не зря это классика... цепляет. ))
И вот я думаю - а так-то, чтобы верно воспринимать это все, у меня не хватает знаний. Об указанном периоде и стране, все это от нас так далеко! Культурные особенности всякие... А может, здесь вообще для знающего человека какие-то имеются мощные глубинные смыслы (примечания здесь есть, но микроскопического размера). Я заглянула во вступление-предисловие. Из которого внезапно узнала, что автор ездила по всем этим монастырям, так как ее мучило, что у нее больше нет детей - один сын родился. (Она его, видимо, очень любила, даже выбрала себе такой псевдоним - "мать Митицуны"). Это меня очень удивило, потому что из текста я этого совершенно не поняла! (культурные различия?)
Также там было упомянуто, что автор считалась одной из самых красивых женщин своего времени. Ага! а вот это мне из текста даже как-то пришло в голову. )) В общем, смешно, конечно, мне тут с умным видом о чем-то судить (я ничего не знаю об этих нравах и обычаях), но просто подумалось... А вот этот супруг автора, Канэиэ - он же занимает какой-то немалый чин при дворе императора. А жены его - ну, по крайней мере, автор - всю жизнь сидят от всех взаперти. А как там было заведено в то время? Могли ли - должны ли были - придворные аристократы и своих жен вводить ко двору? или нет? В смысле, что Канэиэ прячет от всех свою жену - это по обычаям эпохи, или вызвано его ревнивым характером собственника? ))
А вот то, что автор печалится от отсутствия у нее других детей (согласно предисловия) - это вызвано тем, что супруг ее так редко навещает? или она не может забеременеть? (подумав) ну да, наверно, не может... или как? В конце концов, она решила взять себе девочку на воспитание - ей хотелось девочку - и это оказалась дочь ее супруга от какой-то его любовницы. Ей прислуга присоветовала. Так в тексте упомянуто. Ага, а может, тут тоже какой-то потаенный смысл, может, в этом какое-то глубоко запрятанное оскорбление? Ну, автор вроде бы к девочке отнеслась с большим участием...
А потом, уже в финале, автор описывает, как еще один придворный вельможа вдруг стал осаждать ее с желанием посвататься к этой девочке. А Канэиэ стал что-то делать морду кирпичом, как говорится... Но я через какое-то время думаю - а может, тут тоже что-то более скрытое? Может, этот назойливый вельможа ездил не ради девочки - которой на тот момент было лет двенадцать что ли, и которую он даже никогда не видел - может, он ездил ради автора? )) раз она была "одной из самых красивых женщин", а из-за замужества ее никто и не видел. )) Может, сватовство к девочке было только предлогом?
Или, в финале, довольно подробно автор описывает, как ее сын - он уже подрос и представлен ко двору - увлекся какой-то таинственной дамой и типа ведет с ней переписку... Посылает, как это у них принято, тонкие и изящные послания в стихах. Но таинственная дама отвечает прямо резко и насмешливо. Ладно, понятно... Но через некоторое время я опять думаю - а может, тут тоже какой-то скрытый смысл? Может, автор это все придумала? То есть - может, это она сама вообразила такую ситуацию, что кто-то присылает ей вот такие и такие послания, а она вот так и этак отвечает. Резко и насмешливо. В реальной-то жизни она бы никогда на такое не осмелилась...
И хотя это очень нагло с моей стороны, но я все же думаю, что не согласна с названием. )) То есть, как его перевели. Там в предисловии сказано, что в оригинале будет что-ли... Дневник поденки, как-то так... Там были приведены рассуждения и обоснования, что переводчик подумал и решил, что правильнее будет про эфемерную жизнь. Раз поденки так недолго живут. Ну, а я подумала и решила, что лучше бы оставили Дневник поденки! Это звучит поэтически и ближе по духу к стихам автора. И вообще - выглядит многозначительно. Сразу столько смыслов - что вот автор, к примеру, одна из тех скромных мотыльков, которые танцуют над водой, и уходят, не оставляя следа... Что стороннему наблюдателю нет никакого дела и до этих мотыльков вообще, не говоря уж о каком-то конкретном одном мотыльке... Что эти мотыльки не создают ничего, кроме красивого танца... Ну, я не знаю! Но мне однозначно больше нравится вариант с поденкой. "Эфемерная жизнь" - это как-то слишком резко и презрительно звучит, мне кажется. ))

«Мне было грустно, когда я думала об отце, который находился теперь под небом странствий.»

«Когда изменчивое, легкомысленное сердце вижу я, о ветре разве думаю всерьез?!»

«А ежели сердца внезапно охладели, они – как те следы, что тысячами птиц оставлены на берегу песчаном.»

«Конечно, было б жаль, когда бы ветром разбросало твои слова. Но ты их не сказал…»

«Как ни трудно все это было вынести, но то, что я жила, постоянно сокрушаясь, было, видимо, предопределено в моих прежних жизнях.»

«Моя матушка стала росинкой на лотосе. Не та ли роса намочила рукав у меня сегодняшним утром?»

«Мысли у меня запутались в тысяче трав…»

«Он был весь в делах, даже заметил как-то, что окружен ими плотнее, чем запущенное жилище полынью.»

«Прошу у богов – всех трудностей сей жизни мне не показывайте, боги!»

«Если… я перестану о жизни своей сокрушаться, - подумаю, это сигнал от богов.»

«Была бы разлука, как у диких гусей, - то отлет, то прилет!»

«Когда сравним мы падающий снег с сугробами годов, - увидим, что и снег, и годы тают.»

«Когда, глубоко очарованная зрелищем горного пути по ту сторону заставы, я оглядывала лежащую впереди дорогу, то обнаружила: то, что прежде представлялось мне двумя или тремя птицами, на самом деле оказалось рыбацкими лодками на реке.”

«Служанки сказали мне:
Тут была такая суматоха, будто Вы уехали в неведомые края.

И я отвечала:
Вы говорите приятные вещи. Действительно, я такова, что вполне еще могу вызвать суматоху!»

«Я стала раздумывать о том, что в этом мире ничто не заслуживает внимания. Так, весною прошлого года я просила прислать мне для посадки черный бамбук. Теперь мне сообщили: «Присылаем!» Я ответила: «Думаю, что задержусь в этом мире ненадолго. Мысли у меня только об этом, и я не хочу привязываться ни к чему мирскому.» В ответ на это мне написали: «Очень узко мыслишь. Гёги-босати изволил насадить плодовый сад для тех, кому предстоит жить в будущем». Тогда я попросила прислать мне этот бамбук и плакала, когда высаживала его, думая, что кто-нибудь, вероятно, будет вспоминать меня добрым словом, когда станет смотреть на этот бамбук.»

«Числа двадцать четвертого мне приснилось, что волосы на моей голове острижены и челка убрана – как у монахини. Еще дней через семь-восемь я увидела, как змея, которая как будто живет у меня в утробе, ползет и пожирает мою печень, а чтобы избавиться от нее, мне нужно на лицо лить воду. Не знаю, были ли те сны хорошими или плохими, но записываю их, чтобы те, кто интересуется моей судьбой, установили, что у снов и у будд достойно веры, а что – нет.»

«И не отчаивайтесь сразу – хотите видеть чей-то образ, так выпейте сакэ».

«Я погрузилась в прежнее уныние, думала, что свою жизнь мне жаль не больше, чем промелькнувшее сновидение.»

«Когда вы слышите кукушки кукованье, ее судьба вас не касается совсем.»
***
«Ведь никакой журавль по облачной дороге не взлетит, не опираясь на крыло надежды.»
Читать далее
70 понравилось
0
554
Miku-no-gotoku
7 декабря 2024
Дневник японской писательницы 10-11 века Мурасаки Сикибу. Наконец-то до дневника добрался. Здесь она описывает свою бытность во Дворце при императрице, придворных и других конкуренток. Это своеобразный альтернативный взгляд на Дворец и эпоху относительно другой придворной дамы -Сэй Сёнагон, которая тут тоже была упомянута и которой принадлежат Записки у изголовья. Поэтому сравнил двух дам об их взгляде на мир.
Мурасаки Сикибу в своём дневнике меньше рассуждает о природе и чувствах, а больше рассказывает о дворе. В отличие от Сэй Сёнагон она меньше описывает поэтические баттлы, хотя возможно просто не хочет или всё ушло на написание Повести о Гэндзи. Сложилось впечатление, что госпожа Мурасаки интровертивна, а Сэй Сёнагон экстравертивна.
В отличие от Сэй Сёнагон Мурасаки Сикибу зрит в корень и она тут очень много упоминает "серого кардинала" японской политики своего времени - Фудзивара-но Митинага. Он сместил нескольких императоров путём самоотречения, поставлял невест из своего рода для них. Как глава клана Фудзивара поставлял людей на высшие должности, которые подчинялись ему как главе рода (особенно Левые Министры, которые были по факту круче Великого Министра) . Она его тут напрямую не поливает грязью, но указывает на то, как он сильно командует во Дворце, на наглость поведения его детей. Политическую фишку она сечёт, за что её и обожаю. Не случайно и сам Токугава Иэясу изучал "Теорию государства и права" Японии на основе её Повести о Гэндзи. После дневника мне реально стало казаться, что свой куртуазный роман она написала лично в отместку Фудзивара-но Митинага. В конце концов по сюжету (Минамото) Гэндзи, не став императором, стал фактическим (но не юридическим) отцом нового Императора, стал вместо своего друга Фудзивара "поставщиком" невесты для очередного Императора вместо обычного "поставщика" - рода Фудзивара, а его сын из рода Минамото сломал систему власти.
В общем, в дневнике найдётся чем полюбоваться, девочкам, мальчикам, юристам, политологам, филологам, историкам и т. д. И даст ключики к Повести о Гэндзи, конечно.
Читать далее
38 понравилось
0
310