Цитаты из книги The World Without Us

Зебры, гну и страусы заключили в открытых саваннах трехстороннее соглашение, позволяющее объединить прекрасный слух первых, тонкое обоняние вторых и острое зрение третьих.

Полоски зебры помогают сбить с толку львов, потому что в толпе зебр из-за оптической иллюзии невозможно выделить одно животное.

Животные, растущие вблизи от хищников, учатся остерегаться их и находят методы спасения.

Если оружие из расслоенного базальта, обсидиана и кварцита в Олоргесайи показывает, что миллион лет гоминиды могли разрезать даже толстые шкуры слонов и носорогов, почему же тогда крупные млекопитающие Африки не вымерли?

Но как могло случиться, что меньше чем за тысячелетие люди уничтожили более богатую мегафауну плейстоцена Америки?

Чтобы прокормить растущее население хищников с зарождающимися технологическими умениями, требовалось большое количество добычи.

Ведь в Африке было много больше людей и при этом дольше. Если так, почему в Африке до сих пор сохранился знаменитый зверинец крупной дичи?

Олоргесайи усеян бедренными и большими берцовыми костями, многие из которых расколоты для извлечения мозга. Количество каменных орудий, окружающих внушительные останки слона, гиппопотама и целой стаи бабуинов, свидетельствует о том, что гоминиды объединялись всем сообществом для убийства, разделки и поедания добычи.

Летописная история цивилизации Плодородного Полумесяца от начала и до сегодняшнего дня занимает чуть больше 1/100 времени, которое наши предки прожили на этом месте, выкапывая растения и кидая заточенные камни в животных.

Если люди исходно вышли из Африки, почему слоны, жирафы, носороги и гиппопотамы все еще живы? Почему их не перебили полностью, как 94 рода австралийских крупных животных, большая часть их – сумчатые, или как все те виды, которые оплакиваются американскими палеонтологами?

А после того как практически все буйволы были уничтожены, за исключением отдельных, сохраненных в качестве диковинок, белые поселенцы воспользовались равнинами, созданными предками индейцев, и заполнили их домашним скотом.

Позже, когда волна европейских заболеваний прокатилась по континенту и почти выкосила индейцев, популяция буйволов разрослась и распространилась. Они практически добрались до Флориды, когда их встретили белые поселенцы, двигавшиеся на запад.

И хотя шимпанзе – приматы, которых изучают в Гомбе особенно интенсивно, дождевой лес этого парка является домом также и для павианов анубисов и нескольких видов мартышек: зеленой, красного колобуса, краснохвостой и голубой.

В 1978 году в 40 километрах к юго-западу от Олдувайского ущелья команда Мери Лики обнаружила полосу следов, сохранившихся в мокрой золе. Они были оставлены тремя австралопитеками, скорее всего, родителями и ребенком, идущими или бегущими под дождем, которым закончилось извержение близлежащего вулкана Садиман.

Пробы со дна древнего озера Танганьика открывают нам больше, чем просто виды растений. Они показывают, как джунгли постепенно превратились в устойчивые к пожарам широколиственные леса, известные как миомбо, которые в настоящее время растут широкими полосами по всей Африке.

Если бы люди никогда не появились, как развивалась бы планета? Или наше появление было неизбежным? И если мы исчезнем, появится ли – сможет ли появиться – нечто столь же сложное, как мы?

Проблема в том, что, вскрыв каменноугольное образование и выплевывая его в небеса, мы превратились в вулкан, который не прекращал свое извержение с начала XVIII века.

По мере того как растения будут умирать, разлагаться и превращаться в новый почвенный покров, промышленные токсины окажутся все глубже, и каждый последующий посев туземных сеянцев будет чувствовать себя все лучше.

В Беловежской Пуще богатство жизни основано во многом на том, что уже умерло.