Плач по красной суке

Я не за систему, я не против системы, я вне системы. (с)

Каюсь, не дочитала. Прочла 152 страницы из 637-ми. Не могу больше. Это тот случай, когда личность рассказчика полностью ассоциируется с личностью автора. О, не хотела бы я иметь беседу с Ингой Петкевич!.. События разворачиваются в небольшом коллективе редакции при военной типографии. Впрочем, никаких событий и не происходит: автор просто берет по очереди каждую работницу и вываливает на читателя кучу сведений о её судьбе, внешнем виде, характере, выходках... И такие они все отвратительные получаются!.. Все пьющие, гулящие, глупые, запущенные... К чему, думаю, вся эта грязь? А вот к чему. На 151-й странице Петкевич проводит аналогию между тремя своими коллегами (уничтожающе описанными выше) и ... советской властью. Чего и следовало ожидать. Я, конечно, в сознательном возрасте в советское время не жила. Но неужели и правда всё было так плохо? Инга Петкевич втолковывает нам, как безвкусно носить парики и платья с люрексом. Объясняет, что серванты, хрусталь и книги для украшения этих самых сервантов - мещанство страшное. Да знаем мы это! Приличные люди об этом и не говорят, потому что само собой разумеется. Это примерно то же самое, что сегодня утверждать, что телевизор - зло. В общем, коллектив - стадо, одна рассказчица не такая как все. Ага. Может быть, зря я не дочитала. Вдруг ошибаюсь? Но, правда, читать весь этот бесцельный поток ненависти и желчи невозможно. Никто режим не одобряет. Но, по-моему, единственную достойную позицию сформулировал Иосиф Бродский, слова которого и вынесены в эпиграф.

Книгу эту я подобрал случайно, на полке книгообмена в продуктовом. Ну, думаю, с таким названием потом полистаю, разберусь. Так с полгода она и провалялась по углам. А потом решил, всё-таки, попробовать. Ну и взахлёб, конечно, взахлёб...первые две трети. Инга Петкевич это кто? Понятия не имею, честно говоря. Жена Андрея Битова...хмм, а он-то кто? Я фамилии их слышал, но и только. Он оказался каким-то полуоппозиионным литератором-постмодернистом, она — вполне обычной женщиной. Но, как я понимаю, позже стала ярой антисоветчицей. Собственно, всю свою ненависть к Соньке, Софье, Совдепии Инга Петкевич и вложила в рассматриваемый роман.

Дело происходит в Ленинграде, в конце 1960-х годов. Автор от первого лица рассказывает о жизни небольшого женского коллектива военной типографии. То есть не столько о их повседневной жизни, она обыденна и рутинна, а о людях. Вот Клавка-танк, потомственная революционерка и громогласная бой-баба, вот молодая Варька, которая всем дерзит и никого не боится, тут у нас Аллочка, которая сует нос во все дела, а вот Нелли, пассия директора, которая пользуется своим положением. Это далеко не полный список персонажей. Все они живут, работают и активно пьянствуют. А там где пьянство, там и распутство, и мужики. После войны наблюдается их острый дефицит, а потому женщины хватаются чуть ли не за любого, пусть и алкаша, но рукастого. Всё это сопровождается непременными поездками "на картошку", учениями по химзащите (типография-то военная) и контролем всесильного КГБ. А за окном слышны последние вдохи "оттепели" и сердце женское ищет покоя и уверенности в завтрашнем дне. Но ничего этого Сонька, Совдепия, Красная Сука дать им не может и оттого кричит главная героиня страшным криком, кричит ее сослуживица Ирма, истории которой посвящена последняя треть романа, кричит сама автор, которая не справляется с эмоциями, с этой ненавистью и злобой. Читать интересно, истории и судьбы женщин действительно увлекают. Но последняя треть романа сразу и здорово снижает планку интереса. Там идет рассказ о жизни Ирмы, коллеге главной героини, и он представлен в виде ее дневника. Абсолютно другой стиль, другой темп, сбивает несколько. Складывается ощущение, что это более позднее добавление к основному тексту романа, не знаю точно, но такое чувство. Указано, что роман написан в 1972-1982 гг., издан в 2005. Он своеобразен, не каждому подойдет, но точно небезынтересен.

Петкевич - прекрасная писательница! И как жаль, что после себя она оставила лишь одну (не считая детских) книгу. Зато какую! Роман-крик, как его называют, написан очень сильно, здорово и просто. Так, что читая его ты погружаешься в эту, в какой то степени, абсурдную атмосферу нашей реальности. Прочувствываешь всю грязь, мерзость и ложь русского человека того времени, да и любого другого времени. Правда устрашает, в неё трудно поверить. Трудно представить, что наша нелепая жизнь - и есть реальность. Реальность которая была, есть и будет неизменной.

Книга написана о Советском союзе (красная сука это он и есть), в котором всем "хорошо жилось". Но так ли это? Или это всего лишь иллюзия хорошей жизни?