Цитаты из книги Космический врач

Шон отключил смысл у ее слов, но волны звука все равно догоняли и обрушивались на него, подобно гребнистым валам сопливо-зеленого моря.

Ну и шарахнуло же меня! А ведь я парень не сказать что слишком чувствительный. Но было именно так: бам-м-м! Как обухом по затылку. Как в песне про любовь с первого взгляда. Впрочем, это не любовь – ну ее к черту, романтическую чепуху. Это старая добрая похоть.

А по другую сторону пролива лежала Африка. Я видел лишь зеленые холмы в романтической дымке и знал, что к этому манящему берегу пристегнут огромный континент с миазмами джунглей, с палящим солнцем пустынь, с экзотикой городов, со слонами, каннибалами, гологрудыми бабами и со всем прочим, что мигом приходит нашему брату на ум при слове «Африка».

Вменяемый ремонтник старается держаться подальше от туземцев. Для нашего брата инопланетные разумные сообщества хуже чумы. Антропологи могут с легкостью класть свою жизнь на алтарь любимой науки, а мы категорически не желаем, чтобы нас потрошили и расчленяли.

— Оставьте их в покое. Или же, если это уж так необходимо, учите их истории и естественным наукам, философии, юриспруденции, всему, что поможет им при столкновении с действительностью более широкого мира, о существовании которого они раньше даже не знали. Но не сбивайте их с толку ненавистью и страданиями, виной, грехом и карой. Кто знает, какой вред… — Ваши слова оскорбительны, сэр! — воскликнул священник, вскочив с места.

— Стало быть, мы не будем спасены? Мы не станем безгрешными? — Вы были безгрешными, — ответил Гарт, и в голосе его послышалось не то рыдание, не то смех. — Ужасно неприглядная, грязная история. Вы были безгрешными. А теперь вы… — Убийцы, — сказал Итин. Вода струилась по его поникшей голове и стекала куда-то в темноту.

А вообще-то, сэр, об этом знает каждый дурак... Почему же вам это не известно ?

• Именно потому, что я не отношусь к числу дураков.

У многих вескерян рты были приоткрыты, один как будто даже зевал, так что был явственно виден двойной ряд острых зубов и пурпурно-чёрное горло. Завидя эти рты, Гарт понял, что предстоит серьёзная беседа. Открытый рот означал какое-либо сильное переживание...

- Прошу вас без деталей, доктор! Я - тупица! Скажите только, сработает это или нет ?

Я знаю, что все они будут недовольны, но к этому мы уже привыкли.

Если быть с тобой откровенным, то я не имею ни малейшего понятия об этой болезни. Поскольку в будущем ты планируешь стать врачом, то сейчас перед тобой повод убедиться, что доктора - такие же простые смертные, как и все остальные люди. Порежь нас - и мы станем кровоточить. И мы чего-то не знаем. То есть знаем далеко не все обо всем. Поэтому все мы специализируемся в разных областях. И, видно, в этой я не специалист.

Этот человек мог добросовестно выполнять свою работу, но ни на что большее не был способен.

– Трудный полет, и я рад, что он позади, – грустно сказал он себе. – Я очень рад, что мы достигли наконец тихой гавани. Но у меня есть эта фуражка, и я помню, что она означает. Этого у меня никогда не отнимут.

– Что? Старшина? Входите же. Но в чем дело?

Он осекся, когда увидел, что старшина одет в серый мундир. Это была форменная одежда космонавтов. Погоны были отделаны золотым шнуром, а высокий воротник врезался в шею. Дон подумал, что старшина, видимо, одолжил мундир на другом корабле, так как его собственная одежда отправилась за борт, в космос. Старшина вошел, печатая шаг, а за ним – все остальные.

Издав победный вопль, генерал попытался опустить свою импровизированную дубину на голову старшине.

Глубоко подавленный крушением всех надежд, Дон попытался помочь своим пациентам. Сейчас их насчитывалось уже четырнадцать, и заболевшие первыми быстро угасали.