Сергей Довлатов. Собрание сочинений в 3 томах. Том 1. Наши

Получеловек, полубог вынужден жить в услужении у газеты "Советская Эстония".
12 подвигов-компромиссов должен он совершить, чтобы обрести свободу.
.
Кто его враги? Разные твари — лев (тоталитарный строй, тирания), гидра (фальшь, двуличие системы и людей, её составляющих), кабан (нечистоплотность руководства), вепрь (бытовые и человеческие глупость и пошлость) и даже белочка (не известно, правда, на чьей она стороне).
.
Чем Геракл вооружен? У него есть копьё (Ау, Фрейд?), меч (язык), щит (юмор), латы (порядочность, чувство достоинства) Короче, ничем.
Самому сразить врагов невозможно, только защищаться сколько получится.
.
Некоторые подвиги даются легко.
За яблоками бегать не надо (вообще, закуска всегда под рукой).
Лани сами бегут на копьё, видимо, ослеплены блеском щита, меча и лат.
.
Но Геракл часто думает — зачем он живёт. Чувствует, что застрял в авгиевых конюшнях по самое горло.
А потому вкушает герой далеко не амброзию, как будто он уже бессмертен. Но, в отличие от друга Прометея, его печень не отрастает каждый день заново.
.
Непосильны враги для Геракла. Падёт он под их напором . И попадет он по решению верховного Бога на Олимп (или в другое место, где небоскребы). В книге этого нет, это уже из дальнейшей биографии.
А со временем, и бессмертие обретет.
И совершенно заслуженное.
.
P.S. Мифы о Геракле слушал в мастерском исполнении сказителя Хабенского, с которым не был знаком раньше.

Несмотря на все уверения издателей и вообще книгофилов и библиологов, до сегодняшнего дня был как минимум один взрослый, всерьёз и давно увлекающийся чтением человек, который Довлатова доселе не читал. Да-да-да, это ваш покорный слуга...

Не скажу, что специально для первого знакомства с Довлатовым выбрал именно эту книгу со столь мощным и привлекательным по современным меркам названием. Нет. Попросту книга попалась на глаза при очередном посещении библиотеки, ну, а уж попавшись на глаза, была немедля схвачена и утащена домой, с тем, чтобы дома неспешно и со смакованием читать...

Что ж, мои ожидания вполне оправдались, честь и хвала автору. Впрочем автору честь и хвала за многое. Перво-наперво, что не оболгал и не приукрасил, но и не передраматизировал Зону. Конечно, в книге события происходят в так называемых подразделениях системы ГУЛИТУ (в старой аббревиатуре это расшифровывалось как Главное Управление Лесных Исправительно-Трудовых Лагерей), внутри системы которых я никогда не был и о нюансах которых знаю только по спецлитературе, документам тех лет, и рассказам тех, кто там был. Так вот, то, о чём пишет Довлатов, совсем не является литературной придумкой. Вполне только допускаю, что события, имевшие место в книге, происходили в разных реальных местах, и в течение гораздо более длительного периода — известно, что как в литературе, так и в кинематографе чрезвычайно часто используется приём "концентрации" событийного ряда, когда всё реально происходившее сосредоточивается в одном месте и происходит в течении описываемого в кинофильме или в книге временного отрезка.

А вторая точка приложения моей благодарности автору заключается в тех строках переписки с издателем, которая в книге напечатана курсивом и датирована уже 1982 годом. Ценность этой части книги в том переосмыслении сути Зоны, сути советского общества тех лет, соотношении меры Добра и Зла и их взаимодействия — во всей той социофилософской Мысли Довлатова, которая содержится в этой, уж не знаю, придуманной или реальной переписке...

Читайте. Читайте эту книгу. Небольшой объём позволит вам не очень-то утомиться, а тот мягкий и ненавязчивый юмор Довлатова, которым пронизана книга, сделает чтение ещё и приятным...

Страшное место этот ваш Лайвлиб! Вот ей богу! Не шучу! На нем обитает как минимум 481 жадный и бессовестный человек! Вы думаете, что это все ложь, провокация и беспочвенные обвинения? Ничего подобного! Почему из почти полтысчи людей никто не сообщил мне, что Довлатов - это прелесть что такое, что читать, читать, сию секунду, немедленно, сейчас же, безотлагательно!

Но все же случилось в моей жизни так, что я добралась до изумительной книги "Компромисс", проглотила ее буквально за вечер и чуть-чуть утра, прочитав практически дважды за это время (читала про себя, а потом сразу же вслух мужу, чтобы и он порадовался).

Эту книгу противопоказано читать тем, кто отличается крайней честностью и непокобелимостью моральных устоев, кто считает, что на компромиссы с совестью не идут, а уж если это двойной компромисс - с совестью и системой - то за него вообще сразу же надо расстреливать.

Хотя среди тех, кто хоть месяц проработал журналистом, таких, думаю, найдется мало. Потому что для этой профессии в любые времена и при любых начальствах нужен хороший такой, здоровый, годный, нежно взлелеянный цинизм, мягко переходящий в пофигизм. Также не лишней окажется здоровая печень. Но тут уж как повезло.

Думаю, на этом отставлю в стороны абстракции и приведу пару цитат. И вам приятно, и я в третий раз улыбнусь.

И на закуску цитата, после которой муж с сожалением сказал: "Эх, жаль, что у нас дочка, а то я тоже к садику подучил бы сына...":

Довлатов легко читается, но тяжело ощущается. «Заповедник» - это концентрированная хтонь, алкогольная кома, белая горячка, описанная буквами. Я прочитала книгу примерно за час, она совсем кроха. А вот под впечатлением хожу третий день.

Главный герой — писатель. Но его не печатают, он ощущает себя неудачником, не сумевшим примерить на себя образ «печатного» писателя, которого от цензуры защитит либо «надежная броня литературной вторичности», либо патетичность. И он сбегает — от жены, которая пытается убедить его переехать за границу, от нехватки денег, от себя самого. Сбегает в Пушкинский заповедник, где как раз есть вакансия экскурсовода.

Заповедник — место тихое и абсурдное. Женщины, жаждущие любви и хоть какого-то внимания, никогда не трезвеющие мужчины, устраивающие дебоши, туристы, которым, в общем-то, все равно, что экспонатам до подлинности далеко, а на портрете якобы прадеда Пушкина изображен сильно загоревший русский генерал.

Первый раз мы встречаем Бориса, главного героя, когда он похмеляется. Он — алкоголик, но большая часть страниц — это его жизнь между двух запоев. Борис пытается не пить, погружаясь в пучину самобичевания. Даже комната, которую он снимает у местного алкаша, выглядит частью этой болезненной рефлексии — она больше похожа на заброшенное пристанище бездомного, чем на место, где можно жить. Борис чувствует себя загнанным в угол, ненужным этому миру. С одной стороны, у него есть шанс уехать с женой и дочерью, начать новую жизнь, избежать удара того топора, который над ним уже навис. С другой, Борис абсолютно безволен. Он плывет по течению, не желая ничего менять и бесконечно страдая от грядущих изменений.

Довлатов замечательный стилист, даже шутки двух алкоголиков выглядят одновременно просто и так, будто каждое слово стоит на своем месте, тщательно выверенном. Он шутит, и шутит иронично, но с какой-то привычной теплотой. Он не осуждает никого из своих героев, они все равны, все одинаково важны.

Этой маленькой повестью Довлатов прощался с Советским Союзом, и, вероятно, поэтому так отчетливо слышен голос человека, который не хочет уезжать, для которого привычные алкаши милее заграницы:

Послевкусие у книги тоскливое и горькое. Но это же Довлатов, разве у него бывает иначе?

При чтении этой повести в моей голове возникли разного рода вещи. Первая из них, наверное я всё-таки не люблю авторов, которые имеют высокое самомнение и думают, что они интереснее и лучше других. Увы, слишком претенциозно и я такое не воспринимаю. Ну потому что на вкус и цвет товарища нет и то что если я это читаю, а кто-тот не читает вообще ничего не говорит о человеке. И вот это «а вот вы не читаете такое, вы и не понимаете» меня всегда раздражает. Для меня всё просто, если книга жизненная и несёт смысл, тогда добро пожаловать, если меня чем-то пытаются лишним и бесполезным загрузить, спасибо нет. Именно поэтому Довлатов и не совсем мой автор и именно поэтому я оценила книгу по совершенно другой причине.

Что же меня впечатлило? Наверное, то, что это всё же основано на реальной истории жизни автора отчасти, потому что автор реально 2 сезона отработал в Пушкинском заповеднике и в его голове сложились определённые мысли и выводы. С которыми я отчасти согласна. Например, мне не особо интересны экскурсии которые просто зазубрили и которые не несут никакого смысла, иногда переходящие просто в фанатизм. Во всяком случае в таких вещах нет человечности и душевности, собственно это можно и в книгах прочесть и в интернете накопать. Поэтому я лично за то, чтобы в подобных вещах, не конкретно в Пушкинском заповеднике, работали люди, искренне любящие людей и широко развитые, которые не просто что-то знают, но и могут интересно и увлекательно это преподнести.

Второе, что мне понравилось, это описание вот этого вот такого типичного быта маленьких городков, куда приезжают с двумя целями, либо жить, либо страдать. Страдать получается лучше, поэтому какой-нибудь сосед, вечно просящий на опохмелиться не редкость. Ну и страдальцы по типу главного героя, который с женой развёлся, в творчестве ничего не складывается и вот он взял и приехал отойти душой, чтобы принять для себя решение.

Что мне не понравилось совершенно этот вечное инфантильное состояние. А меня не любят, а меня не принимают. Ну извини, не твоё общество, не твои люди, да и не всем зайдёт как именно ты пишешь. Например, я как человек который не выносит мат, слэнг и чрезмерный натурализм в литературе, не особо интересуюсь с кем герой пил, ел и ночь проводил, потому что это совершенно никак на сюжет не влияет. И я не люблю такие вещи как – ой всё как плохо, ой всё ужасно, пора отсюда валить. Ну, окей, а стало ли в итоге лучше-то? Ну, лишь номинально, писать не мешают, а в остальном всё осталось тем же. Это всё-таки от образа мышления зависит.

А так в целом неплохая и ироничная повесть про поиски наверное самого себя и смысла в жизни.

Браться за новеллы Довлатова сразу после отпуска оказалось большой ошибкой. Отдохнувшая и умиротворённая я приступила к "Компромиссу" по дороге на работу. Странно, но ничего, кроме раздражения, книга у меня не вызвала. Не спасала даже замечательная начитка Хабенского. Слушаю и сама себе удивляюсь: "Как я могла восторгаться довлатовским «Чемоданом»? Что вообще в этом Довлатове хорошего? Где бы только выпить, и дружки соответствующие..."
Завал на работе моё послеотпускное благодушие быстренько развеял. Вымотанная и подуставшая, включаю «Компромисс» на обратном пути и вдруг осознаю, что мне интересно. Образ жизни автора уже не коробит, а пофигизм и разгильдяйство не раздражают. К пятнице я снова стала преданной поклонницей творчества Сергея Довлатова. В его новеллы невозможно не влюбиться. И смешно, и грустно, иронично, метко, тонко, ЗАМЕЧАТЕЛЬНО!
Вот такой парадокс получился у меня с "Компромиссом".
Но вернёмся к книге.
Она состоит из 12 глав - «компромиссов», сюжет которых завязан на публикациях автора в русскоязычной газете «Советская Эстония» в 1972—1975 годах. Различные по объёму и направленности заметки и статьи, написанные казённым, политически выверенным языком, дополнены живыми и яркими комментариями - воспоминаниями автора. Уверена, что читателям тех лет и в голову не могло прийти, какие истории прячутся за штампованными публикациями. Как правило, газетные факты в той или иной степени отличаются от реальных. И чем глубже между ними пропасть, тем интереснее авторская интерпритация. Но как же бывает сложно найти удобоворимый компромисс между тем, что происходит на самом деле, и тем, что устроит руководство. Приходится изворачиваться и ловчить, а потом обмывать удачи или заливать промахи. От "компромиссов" веет какой-то удрученностью и при этом бесшабашностью. Наверное, поэтому понять и оценить их в полной мере сможет лишь тот, кто измотан работой, затюкан жизнью, но не теряет веры в лучшее.
Не могу не сравнить «Компромисс» с «Чемоданом». По структуре обе книги похожи. В "Чемодане" рассказываются истории, связанные с вещами, в "Компромиссе" - с газетными заметками. Но сразу полюбившийся мне "Чемодан" - более "приглаженный". Его можно читать в любом состоянии, с него можно начинать знакомство с творчеством Довлатова. "Компромисс" же - ершистый, противоречивый и острый - требует особенного состояния души.

"Нельзя уйти от жизненных проблем... Слабые люди преодолевают жизнь, мужественные - осваивают... Если живешь неправильно, рано или поздно что-то случится...".

От Сергея Довлатова и его произведений я ожидала большего. Только захотела познакомиться с автором, взяла первую книгу "Заповедник", а тут - ну такое разочарование меня постигло! Я думала, что автор как порадует, как войдет в число моих любимых, но нет, или не с этим произведением. "Заповедник", откровенно говоря, разочаровал. Автор пишет о себе, о том, что в России все плохо, что единственное спасение для творческого человека это алкоголь.
Да, есть хорошие и умные мысли о людях, об обществе в целом, о природе России и ее величии. Есть и фирменный довлатовский юмор. Но вот эта русская тоска, беспросветность, спившаяся интеллигенция, деградация, разруха... Какой-то свет в конце тоннеля есть? - хочется спросить у автора. Но ответа мы не узнаем. Пока человек не захочет внутренне изменить самого себя, не изменится и жизнь вокруг. Или нужно менять само отношение к жизни и писать более жизнеутверждающие произведения. Это оказалось не моим.

Вся книга в одной цитате. Вся книга - это бесконечные жалобы алкоголика, который уехал жить в пушкинский заповедник, какая-то деревня под Ленинградом. Есть жена и дочь, но почему-то о них мы узнаем на середине книги. До этого они не имели ни малейшего значения для главного героя.

Вот сидит Борька за столом, рядом корка хлеба и граненый стакан с белой жидкостью внутри. Присаживайся напротив, услышишь много чего интересного. Но интересного на взгляд самого Борьки (или Довлатова?), а вот интересно ли будет тебе - это большой вопрос!

Я не могу сказать, что мне решительно не понравилось. Но не могу сказать, что это книга, которую нужно читать. Я не люблю таких опустившихся людей. Вроде бы и жалко, да. Но что он сделал для того, чтобы выбраться из этого дерьма? Что он сделал, чтобы удержать жену рядом, чтобы дочь его любила и хотела чаще быть рядом?! А ничего, скажу я вам! Ничего кроме бесконечного пьянства. Ничего такого, что могло бы поменять мнение о нем.

Книга поднимает тему эмиграции из такой непутевой страны как СССР. Я не то, что осуждаю, но было несколько неприятно читать эту пропаганду выезда из страны. Даже вот взять жену главного героя, как она рвалась. Да и разговоры в перерывах между рюмками - все сплошь о том, как свалить, какие способы имеются.

К сожалению, знакомство с Довлатовым сложилось не так удачно, как я ожидала. Хотя стоит отметить, что юмор автора мне близок и понятен. На многих моментах я искренне улыбалась. Именно поэтому я обязательно ещё вернусь к книгам автора! Обязательно! А "Заповедник" пусть останется позади, как не очень приятный бонус.

Довлатова я полюбил мгновенно. Моё с ним знакомство началось со сборника рассказов "Наши". Одно за другим проглатывая довлатовские произведения, я всё больше поражался его уникальным чувством юмора, его писательскому дару. Читал, что называется, взахлёб. Таким образом, я добрался и до "Компромисса".
"Компромисс" состоит из двенадцати рассказов, из двенадцати глав, из двенадцати газетных вырезок. Сначала Довлатов предоставляет читателю отрывок той или иной своей статьи, а после рассказывает о том, как эта статья появлялась на свет, рассказывает о событиях, предшествующих написанию оной.
Бесспорный гений Довлатова заключается, я считаю, именно в его умении сочетать несочетаемое. Он с улыбкой смотрит на все свои несчастья и неудачи. Он смеётся над ними, он использует их, он ими гордится.

• Не думай, и всё. Я уже лет пятнадцать не думаю. А будешь думать - и жить не захочется. Все, кто думает, несчастные...

Довлатов – человек, наблюдающий за человеком. Всю свою жизнь он разглядывал, принюхивался, пытался дойти до самой сути человеческого естества. Наши с вами пороки – его инструмент, его главное орудие, но при этом он ни в коем случае не стремится кого-то оскорбить или унизить. Он вовсе не за этим подчёркивает все самые мерзкие недостатки окружающих его людей. В конце концов, кого из нас можно назвать порядочным человеком? Кто определяет норму? Кто устанавливает этот самый порядок?

Читая "Компромисс" (где бы я не находился и кто бы меня не окружал), я не стеснялся и нередко хохотал над очередной уморительной историей. Однажды я ехал в троллейбусе и просто не смог удержаться: рассмеялся в голос. А кто бы, скажите, не рассмеялся?

• А как один повесился - это чистая хохма. Мужик по-чёрному гудел. Жена, естественно, пилит с утра до ночи. И вот он решил повеситься. Не совсем, а фиктивно. Короче - завернуть поганку. Жена пошла на работу. А он подтяжками за люстру уцепился и висит. Слышит - шаги. Жена с работы возвращается. Мужик глаза закатил. Для понта, естественно. А это была не жена. Соседка лет восьмидесяти, по делу. Заходит - висит мужик... Старуха железная оказалась. Не то что в обморок... Подошла к мужику, стала карманы шмонать. А ему-то щекотно. Он и засмеялся. Тут старуха - раз и выключилась. И с концами. А он висит. Отцепиться не может. Приходит жена. Видит - такое дело. Бабка с концами и муж повесивши. Жена берёт трубку, звонит: "Вася, у меня дома - тыща и одна ночь... Зато я теперь свободна. Приезжай..." А муж и говорит: "Я ему приеду... Я ему, пидору, глаз выколю..." Тут и жена отключилась. И тоже с концами...

О творчестве Довлатова (да и о самом Довлатове тоже) можно и нужно говорить часами. Так что же оно всё-таки такое? Чем довлатовские произведения отличаются от всех остальных? Из чего состоит дар Сергея Донатовича? Ёмкие, выразительные описания, точные детали, меткие, уместные реплики, бесподобное чувство юмора, авторская ирония, разнообразные, нешаблонные характеры - вот компоненты поистине гениального произведения. Всё это и есть "Компромисс", всё это и есть Довлатов. Читайте!