Голыми руками

-Похоже, вы женоненавистник. И мизантроп в придачу.
-Ты недалека от истины, - вздохнул он. - Но возможно, это просто усталость.

Те, ко причинил нам боль, имеют над нами неограниченную власть. Не потому ли, что мы страдали из-за них, мы любим их больше, чем следует? Или просто они пользуются нашей чрезмерной любовью, чтобы делать нам больно?

В этом мире, где все кричат, уже никто никого не слушает. Надо уметь выделить из гула один - единственный голос и прислушаться к тому, что он говорит.

Бывают моменты, от которых зависит вся жизнь. Бывают комнаты, уходя из которых утром ты закрываешь за собой дверь, чтобы никогда не вернуться. Бывают зеркала,в которых мы оставляем частицу самих себя.

Небо по оттенку напоминает глаза новорожденного, когда еще непонятно, какого цвета они будут.

Начинать каждый день все заново, не спрашивая себя зачем и лишь смутно сознавая, что то, что я делаю, правильно, и что я приношу пользу, и что мир становится хоть немного лучше оттого, что я нахожу в себе силы держаться, и так день за днем.

Не переношу плачущих мужчин. Не потому, что это как-то принижает их в моих глазах, а потому что плачут они, как правило, по ничтожным, недостойным слёз причинам. Чаще всего жалеют самих себя.

... так иногда случается, что люди стариками рождаются и стариками умирают. Или не перестают быть детьми.

Некоторые события, от которых нас отделяют десятки лет, так живы в памяти, точно произошли только-что. Какие-то минуты отпечатываются в памяти на всю жизнь.

Оглядываюсь на себя через годы: я похожа на русскую матрешку - самая маленькая, новехонькая, осталась где-то далеко, а последняя, самая большая, стоит пока, но краска на ней вся потрескалась.

Нет, морщины — это мои шрамы, пусть они остаются. Я не хочу делать вид, что ничего не было. Мое время принадлежит мне, как и морщины.

В какой именно момент начинается умирание?

... соединение красоты, непредсказуемости и угрозы всегда было для меня воплощением опасности.

Бывают дни, от старых мыслей некуда деться. И так же больно, как раньше.

Наверно, с какого-то возраста время начинает давить вдвое сильнее, а у ночей включается обратный отсчет. Смотрю на себя в зеркале — размытое отражение той, кем я теперь стала.

Взрослые, очевидно, полагают, что дети глухие.

У меня нет готовых решений, но я не питаю ни малейшего уважения к тем, кто нами правит и кто должен предлагать выход из ситуации. Эти люди врут как дышат, а остальные делают вид, что верят им.

Невозможно ни все понять, ни устроить все так как надо.