Милые чудовища

Додо — старшая сестра матери Ли. Она бывшая анархистка и девять лет провела в женской тюрьме строгого режима. Теперь она вместо бомб делает сыр. Решив разводить в «Мирном королевстве» скот, она вложила деньги в шесть коз породы Тоггенбург. Шло время, оно выменивала, находила и покупала животных все более и более экзотических пород. Сейчас в стаде, насчитывавшем порядка тридцати голов, были альпийские козы, нубийские черные, нигерийские карликовые, пигмейские козы и четыре падающих в обморок козы из Теннесси. За время, проведенное в тюрьме, Додо написала курсовую работу по животноводству. Козы, как она любит говорить, крайне склонны к анархизму.

Зилла ткнула констебля в шею демонической иглой. Кровь хлынула сквозь полую иглу, как красные чернила. Все духи Озмы принялись неистово дергать за ленточки, как будто они были детворой, а она — майским шестом с подарками. Сперва констебль был юношей, полным жизни и надежд, потом стал мертвецом в луже собственной крови, и в конце концов сделался духом, таким крошечным, что Зилла могла бы зажать его в ладонях и, хлопнув, разорвать, как пакет с тестом — если бы, конечно, в нем оставалась хоть какая-то плоть. Он вцепился в один из Зиллиных талисманов, висевший на ленточке, как будто это была спасительная веревка, брошенная тонущему с корабля. На лице его застыло комичное удивленное выражение.

Она решила не спрашивать: "Вернешься ли ты?" Она кончено, бывшая буддистка, но не настолько бывшая. Она по-прежнему пыталась избавиться от всех желаний, от всех надежд, от самой себя. Когда человек вроде мисс Болдуин осознает, что его жизнь после фатальной катастрофы пошла прахом, он может ухватиться за свою веру, как за спасательный круг, даже если эта вера учит, что хвататься вообще не следует, ни за что. Когда-то мисс Болдуин относилась к буддизму с большой серьезностью, раньше, пока на место веры не пришло преподавание в школе.

"Не та могила"