The Wind-up Bird Chronicle

Роман состоит из трёх книг.
Как оказалось, изначально было только две, но писателю пришлось дописать третью книгу, тогда много чего было непонятно читателям и с концовкой были не согласны.

Мне, чтобы что-то понять в "Хрониках..", в начале третьей  книги "Птицелов" пришлось воспользоваться ключами, читала параллельно книгу переводчика книг Мураками на русский язык Дмитрия Коваленина. Книга называется "Занимательное муракамиЕдение. Суси Нуар.ч.1."
Там неплохие подсказки и объяснения на очень многие вопросы.
Книга и без этого великолепная, на мой взгляд, а с ключами просто идеальная.
Очень нравится, что романы Мураками очень похожи и кое в чём переплетаются между собой.
Действие романа происходит в 1984-м году как и роман "19Q4", и тут и там есть Усикава, кто его помнит, сразу узнает не только по имени.
Мне понравилась тема колодца, очень нравятся истории людей в книге, по каждой отдельно можно книгу писать, настолько они насыщенные,  да и вообще, я кайфую от чтения всех его книг, это чистейшее удовольствие.

Все-таки идет время и то, что было модным, и видимо отвечало каким-то трендам, теперь не заходит. Много лет назад читала эту книгу, помню, что понравилась тогда. Тогда была какая-то муракамимания, и видимо был такой запрос у времени на эту прозу.

Сейчас решила перечитать. Очень скучно, практически без действий. Хотя есть интересные моменты, но они как не связанные с текстом рассказы, внезапно появляются и исчезают. Мне понравились описания пригорода. Линия отношений с женой. Истории с войны (хотя они тут совсем не при чем), ну ладно, зато хоть они придавали тексту эмоций. Ну и все в общем-то.

В мире полно непонятного, и кто-то должен заполнить этот вакуум. Пусть уж лучше этим занимаются те, с кем не скучно.

Когда зазвонил телефон, я пил на кухне квас, насвистывая "I want to break free". Идеальная музыка для чая с молоком. Для кваса не особо. Может быть, звонят насчёт нашей собаки? Я имею в виду Дораду, золотистого ретривера, который появился в нашей квартире практически сразу, как только мы с женой в неё въехали. А вчера он неожиданно исчез. Как сквозь землю провалился. Битых 3 часа я бегал по всему району, но поиски оказались тщетны. Жена очень расстроилась, заставила меня в тот же вечер распечатать объявления и расклеить повсюду. Дорада - это семейная шутка. Первая наша совместная поездка была в Испанию, и там мы оба влюбились в эту сочную вкусную рыбу. Вот и от собаки этой мы тоже без ума...

Я мог бы писать так около 1000 страниц, если бы не жалел вас, уважаемые читатели. Харуки Мураками мне очень нравился лет 10 назад. "Норвежский лес", "Страна чудес без тормозов...", "К югу от границы..." запали в душу настолько, что я их включил в раздел любимых книг вконтакте:) "Охота на овец", "1Q84", "Бесцветный Цкуру Тадзаки..." понравились меньше, и на какое-то время я решил Мураками отложить.

"Хроники заводной птицы" включены в список "1001 книги, которую нужно прочитать", но для меня это удивительно. Какую сюжетную линию ни возьми - одни загадки и вопросы остаются. Тору Окада в 30 лет бросает работу и сидит на шее у жены, спит целыми днями да пиво пьёт. И ладно бы хоть думал о чём-то великом. Но у него только и забот - что приготовить на вечер. Несколько недель сидит на скамейке и смотрит на прохожих. Если ему не скажешь, он и не подумает что-то в жизни изменить. Когда ему вопрос какой-то задают, отвечает - "не знаю". И так ему нормально, и этак - тоже хорошо. Понятно, что пассивность героя - задумка Мураками, но это амёба, а не человек. Единственный, кто вызывает у него эмоции, - шурин Нобору Ватая, настоящее Зло во плоти. Мотивация действий всех персонажей настолько туманна, что сам становишься как Тору Окада: хм, похоже, автор не собирается ничего объяснять про кота, родимое пятно, номер 208, неуязвимость Бориса Живодёра... ну и чёрт с ним, поскорее бы конец. В мире полно непонятного, и кто-то должен заполнить этот вакуум. Пусть уж лучше этим занимаются те, с кем не так скучно.

Когда я таскала с собой это орудие убийства, в метро на меня смотрели с явной опаской, но оставить книгу дома было выше моих сил. Вообще оставить ее было какой-то каторжной пыткой, и на лекции приходилось давать себе мысленных пинков, чтобы отвлечься от «ну открой ее уже, никто и не увидит». Потому что Мураками верен себе: повествование неспешное, плавное, флегматичное даже, а прочитанных страниц не пойми как становится все больше и больше. В результате книга была прочитана за пару дней и оставила после себя легкое послевкусие мистики, обмана и приятно проведенного времени.
Иначе как мистикой происходящее с главным героем назвать нельзя. Любой другой на его месте от исчезновения сначала любимого кота, а потом любимой жены, общения с таинственными сестрами, исследующими энергетику воды и занимающимися с ним любовью не пойми во сне или наяву, предсказаний глухого старика, козней таинственного шурина и всего прочего сошел бы с ума. Но герои Мураками таким не промышляют. Вместо этого они, воспринимая все как должное, находят нетривиальные методы решения проблем – например, лезут в колодец на соседнем заброшенном участке. Там их закрывают живущие по соседству девушки, там же они видят странные сны про пугающий отель и темную комнату, в которой все тайны и разгадки к ним. Там же получают загадочное родимое пятно, с помощью которого находят необычную работу. И с каждым шагом, который никогда не пришел бы в мою европейскую голову, приближаются к разгадке.
В разгадке заключается и обман – потому что она не дает ответов ни на какие вопросы, не является откровением, но заставляет недоуменно спрашивать, что же происходило и как это все понимать.
Ну а приятно проведенное время – это чай, широкий подоконник и книги Мураками. Такие уж, как есть, местами непонятные, местами флегматичные, с персонажами слегка не в себе – одна очаровательная Мэй Касахара чего стоит, – и такие непохожие на все остальное.

Книги Мураками ни о чем - вредное , убивающее мысль чтиво. Исторические нелепости или сознательное искажение истории и Японии и СССР(о чем пишется в главах романа). Очень интересное выражение: была произведена бомбардировка Хиросимы, но не озвучено, а кем? Ну да, автор же любитель американской музыки , пива и пиццы, этакий американский японец. Публицистические опусы Мураками не читал, так как его мнение мне не интересно. Что касается его прозы фантастико-мистической, то это некие медитации без четкой мысли и посыла- понимай как хочешь. Просто читай  и не думай. Язык детский ,примитивный до минимализма. Самый популярный опус "Норвежский лес"- это поток унылости , депрессухи и пессимизма.  Это и есть стиль Мураками: втянуть читателя в некую историю, замутить сюжет с интригой, чтобы заставить дочитать до конца, до развязки. В итоге -пустышка, пшик. Нет главного: сути и мысли, посыла, смысла. Примитивизм и бессмысленность, но интригующий сюжет -  это и главный козырь писателя, видимо, и привлекающий читателей. Простота и "загадочный сюжет", предлагающий читателю просто читать, убивать время, отвлечься от реальности. Минимализм и отсутствие сверхзадачи, и даже отсутствие какой-либо мысли: для чего все это написано? Что автор хотел донести до читателя? Ну в этом и фишка. Начиная роман, Мураками и сам не знает о чем пишет, и не знает чем в итоге все закончится. Вредное и отупляющее чтиво, продукт глобализации. Японский писатель, пишущий о Японии(или своем представлении о Японии), и совсем не японский писатель, скорее американский или европейский. Да и какая разница, - лишь бы был коммерческий успех.

Познать замысел, познать суть, познать ближнего своего, познать самое себя… Непросто складывались у меня отношения с этой книгой – и Мураками люблю, и магический реализм нравится, и исторические экскурсы интересны, но вот то взлет: «Как созвучно!», то падение: «О чем это он?» Так до конца и не прошло «на ура», отнесла это к тому, что автор зашел в такой ему непривычный банк мыслей, что ему самому было ново-неожиданно там находится, и пропуская эти мысли через писательское восприятие, а потом еще через восприятие переводчика (который уже не заходил в банк мыслей, а только в лингвистические знания) не получилось у нас в итоге полного резонанса. Да и по срокам сильно разделились, все-таки энергии 1995 года сильно отличаются от нынешних… Лучшим итогом прочтения этой книги является цитата самого автора:

В постскриптуме мой любимый анекдот: «Заядлому рыбаку на берегу Австралии раздаётся глас с небес: «Сын мой, я так возлюбил тебя, что готов исполнить любое твое желание! – О! Нельзя ли построить мост до Новой Зеландии, чтобы я мог ездить туда на рыбалку на машине? – Сын мой, тебе выпала такая редкая возможность, а ты все о материальном! – ОК! Тогда я хотел бы познать внутренний мир женщины на примере моей жены, почему она то плачет, то смеётся в одинаковой ситуации, почему молчит, о чем думает…» Наверху долго молчали, потом спрашивают: «Ты мост в две или в четыре полосы хочешь?»

«Хроники Заводной птицы» – первая и пока единственная книга Харуки Мураками, которую я прочла. Впечатления от нее остались неоднозначные, в какие-то моменты было увлекательно следить за развитием событий, а в какие-то – довольно мучительно.
Итак, о чем же само произведение? Главный герой, от лица которого ведется основная линия повествования, – Тору Окада, 30-летний мужчина, решивший сделать передышку от серых будней рядового сотрудника юридической фирмы, уволиться с работы и посидеть на шее у жены. Его жена Кумико, впрочем, и не возражала против такого расклада, делегировала ему домашние обязанности, а сама стала задерживаться допоздна на работе. В отношениях супругов заметен кризис: они существуют почти параллельно, Тору обнаруживает, что знает далеко не все о своей жене. Главный герой вообще очень пассивен, не имеет ориентиров, непонятны его жизненные цели и приоритеты. Не рановато ли для кризиса среднего возраста? Когда начинала читать, думала, что ему лет 40–45. Была очень удивлена, когда выяснилось, что всего 30. Это же молодой человек в самом расцвете сил, а уже так утомился. Видимо, это какая-то восточная специфика.
Всю эту рутину нарушает череда странных и мистических событий, начинающаяся с пропажи кота супругов, которого они опрометчиво назвали в честь брата Кумико. Причем к этому родственничку и Тору, и Кумико испытывали неприязнь (и как довольно быстро станет понятно – небезосновательно). Ну какие нормальные люди назовут своего милого котика, которого позиционируют как символ своей любви, своих отношений, именем неприятного им человека?! Так они и ненормальные. Нормальных людей в произведении вообще не наблюдается. На пути главного героя встречаются то сестрички-экстрасенсы, которые работают под псевдонимами в честь островов, то девчонка-соседка, занимающаяся тем, что считает на улице людей с лысинами и проплешинами, то ветеран Второй мировой войны с травмированной психикой, то странная женщина и ее глухонемой сын и т.д., и т.п. В общем, вот такой вот мистический реализм.
Основная сюжетная линия связана с уходом из дома вслед за котом Кумико и поиском ее главным героем. Поиск тоже, надо сказать, довольно пассивный. Тору Окада ждет жену дома, ходит по окрестностям, болтает с соседкой, залезает на дно глубокого колодца, чтобы погрузиться в воспоминания и размышления, осознать смысл своей жизни, рассматривает лица людей на улице. И оказывается, что именно это позволяет ему попасть в другой мир и приводит к разгадке. Мне кажется, здесь отражена особая, восточная философия, связанная со следованием интуиции, судьбе, чему-то трансцендентному.
В романе есть еще несколько линий повествования, в качестве рассказчиков выступают разные персонажи. Наиболее интересной кажется история лейтенанта Мамия, его воспоминания о событиях Второй мировой войны. Необычен взгляд японца на эти события, но нужно быть очень аккуратным и понимать, что представленная позиция утрирована и может совсем не соответствовать историческим фактам или сильно их искажать.
Несмотря на частую смену рассказчиков, насыщенность разновременными событиями, иногда произведение воспринималось как затянутое, нудноватое. Финал показался скомканным, лично мне не хватило внятного объяснения, как связаны все сюжетные линии (помимо определенных образов и символов). Ряд отдельных сюжетных элементов и функций персонажей мне тоже понять не удалось.

Кому бы я порекомендовала эту книгу:
– любителям Японии, Мураками и восточной культуры;
– тем, кому нравится погружаться в сложные философские вопросы и проблемы;
– читателям, которым интересно домысливать, строить различные теории по интерпретации смысла произведения.

Кому бы я не порекомендовала эту книгу:
– тем, кому важен четкий и динамичный сюжет;
– читателям, которые хотят получить в конце ответы на все вопросы, связанные с сюжетом произведения (загадок в «Хрониках Заводной птицы» намного больше, чем отгадок);
– тем, кто не переносит откровенные описания интимных действий и сцены насилия (тут с людей сдирают кожу, избивают битой, а зверей в зоопарке расстреливают).

Пружина нашего мира
Она прилетала, пряталась в листве и заводила пружину нашего мира. «Кри-кри-кри»,- кричала она, и тот, кто слышал ее крик, приобщался к чему-то сокровенному, неизведанному, но неизменно живому- меняющему его жизненный путь. Все, кто ее слышал, пытались рассмотреть ее в листве, дать ей название, но у нее не было названия. Она не принимала ярлыков, поэтому никто никогда не знал, кто она. Она осталась просто Заводной Птицей, которая заводила пружину нашего мира.

Сначала пропал кот, которого звали как брата жены- Нобору Ватая. Кот жил-не тужил, ходил гулять, сворачивался калачиком, поднимал трубой свой необычный хвост с загнутым кончиком, а тут- раз- и пропал. Потом ушла Кумико. Она собралась утром, надушилась новыми духами с чуждым для Тору запахом, надела красивое вечернее платье. «Застегни мне молнию»,- попросила она. Поезд молнии поехал по стройной спине Кумико, набирая ход, а потом дошел до конечной точки. Всё. Стоп. Депо. Поезд дальше не идет, просьба освободить вагоны. И Кумико вышла из вагона семейной жизни.

Тору Окада остался один, гол как липка, обдуваемый всеми ветрами. Колодец его жизни пересох. Он оказался в конце или в самом начале пути?

Шестнадцатилетняя девчонка-соседка загорала на заднем дворе. Она, как бабочка в янтаре, застыла на перепутье. Ее нужно было подтолкнуть, дать шанс найти себя.

Пустой колодец на территории заброшенного дома. Почему он высох? Ведь в колодце Мэй, в соседнем доме, было полно воды? Когда мы не знаем что делать, линии жизненного пути смешались, дороги переплелись, стоит опуститься на дно самого глубокого колодца, чтобы найти себя, понять себя. Там, в холоде, мраке и тишине, может лежать отгадка, но получит ее только терпеливый. Возможно, вернуть все на круги своя невозможно, однако можно запустить пружину своей жизни, дать ей новый ход, подарить новый ритм. И когда мы поймем, почему мы здесь, как мы заводим свою жизнь, устраним препятствия в виде лежачего камня, в колодец хлынет вода. Но остерегайтесь воды. Прилв может оказаться намного опаснее засухи, просто потому что к засухе вы уже привыкли, а к приливу не готовы.

«Хроники заводной птицы»- прекрасный роман о выборе, вехах жизненного пути, поиске себя. В романе мистическое переплетается с реальным. Конечно, во многом прослеживаются аллегории. Так, мы часто блуждаем во мраке, когда не понимаем, зачем мы живем и какова наша миссия. Иногда люди, что психологически сильнее, давят на нас и ломают- иногда неосознанно, иногда- специально. Сломавшись, мы теряем свою пружину мира, завод кончается, остается тьма. Но поводыри есть- вопрос в том, насколько поводырь силен в своем желании вызволить нас из мрака. И в этом желании заключается истинная Любовь.

«Хроники заводной птицы» — это не литература, это сеанс коллективного бессознательного.

Я перечитываю книгу сейчас, спустя пятнадцать лет после того, как носила этот роман в сумке как некий талисман «глубокомыслия», и понимаю, что ничего не понимаю. Тогда это была медитация. Сейчас — работа по демонтажу реальности, причем весьма утомительная. Хотя книга читается как вневременная по сути, она - как лакмусовая бумажка для самосознания. Кто ты?

Мураками строит свой мир как элитный склад в пригороде: снаружи — минимализм, внутри — штабеля из разбитых судеб, военных травм и невысказанных обид, упакованных в целлофан повседневности. И от этого целлофана уже физически не хватает воздуха.

Брак Тору и Кумико — это не история любви, это история о том, как два человека годами занимались синхронным плаванием в вакууме. Никто не тонет, но никто и не дышит. И этот их «комфортный» быт, этот ритуал с ужинами и котами — просто шум, чтобы не услышать, как внутри дома что-то медленно гниет.

Магический реализм Харуки в декорациях Японии 80х бьет обухом своей жестокостью и бытовухой одновременно. Он описывает пытки, колодцы и снятую кожу с той же отстраненной интонацией, с какой рассказывает, про варку спагетти или вещи, забранные из химчистки. Это делает текст почти физически липким. Читаешь — и хочется вымыть руки. Но и телесность не абсолютна. Герои регулярно теряют связь с собственным телом или проваливаются в загадочные сны/параллельные миры. И здесь снова кричит вопрос: КТО ТЫ?

Я смотрю на Мэй Касахару — этого подростка, коллекционирующего смерть как фантики, — и мне становится по-настоящему жутко. Не потому, что она «странная». А потому что я знаю этот вкус — вкус абсолютного нигилизма, когда кажется, что жизнь — это просто цепь случайных повреждений. Я выросла из этого режима самоуничтожения. Но Мэй — это напоминание: грань между тем, чтобы «собирать себя по кусочкам» и тем, чтобы «раствориться в колодце», тоньше, чем кажется.

Кто я для этой книги? Не читатель. Археолог, раскапывающий руины собственной юности, чтобы убедиться: да, стены были тонкими, воздух — спертым, а заводная птица всё так же бессмысленно заводит механизм, который никогда не приведет ни к чему, кроме тишины.

В этом романе история начинается с мужчины Тору Окада, который уходит с высокооплачиваемого места работы в юридической фирмы и начинает заниматься домашним хозяйством. Его жена Кумико продолжает работать в редакции журнала. Всё меняется, когда Кумико исчезает, оставляя после себя лишь странное поведение перед пропажей. Мураками мастерски превращает обычное бытоописание в захватывающий триллер, приправляя его щепоткой мистики. Причём мистические элементы не бросаются в глаза, а искусно вплетаются в канву реальности. Еще мне понравилось, что сюжет зациклен не только на современное время, но и были так называемые включения исторических событий военного времени, увиденных глазами японского солдата. Интересно, что даже названия одних и тех же сражений различаются в зависимости от точки зрения противоборствующих сторон.

Этот роман типично муракамиевский – все написано простым и доступным языком, но при этом затягивающим с первых строк. Автор искусно играет на нервах читателя, держа в напряжении до самой последней страницы.

Финал, как это часто бывает у писателя, оставляет больше вопросов, чем ответов: что случилось с женой? Какие тайны хранят родственники? Чем объяснить странности соседской девочки? Что за загадочный колодец фигурирует в сюжете?

Несмотря на открытую концовку, я считаю, что книга также отлично подойдёт для первого знакомства с творчеством Мураками.