Один летний сезон

Рейтинг LiveLib

4,1

8 оценок

• 5
  25%
• 4
  63%
• 3
  13%
• 2
  0%
• 1
  0%

Ваша оценка

Отметить эмоции

Прочитали 9Хотят прочитать 47

Рецензии

• 

  lessthanone501 апреля 2017 г.

  Сталкивались ли вы когда-нибудь с женщиной, которая от скуки способна на что угодно? Перефразирую: сталкивались ли вы когда-нибудь со скукой, которая делает вас способной на что угодно? И, разумеется, под "что угодно" я подразумеваю вещи, которых делать определенно не стоило бы. Я сталкивалась, и чтение "Одного летнего сезона" еще раз подтвердило мои наблюдения: убийственная скука и разочарование рождаются там, где происходит столкновение ожиданий с реальностью, выявляющее полное их несоответствие друг другу.

  Эмме Эванс, героине "Одного летнего сезона", приходится пережить такое столкновение. Эмма замужем за Дэвидом, у них двое детей. Дэвид актер, и однажды ему поступает заманчивое предложение провести театральный сезон в небольшом городке Херефорд. Эмма ради этого отказывается от работы, о которой давно мечтала, прекрасно понимая, что в Херефорде она будет предоставлена самой себе, заботам о детях, одиночеству и скуке, в то время как Дэвид будет день и ночь пропадать на репетициях и спектаклях. И в этом она не обманулась.

  Эмма - очень интересный, противоречивый, психологически сложный персонаж. И чувства она вызывает такие же, всю гамму - от сочувствия до презрения. Она всегда считала себя отличной от других, более того - всегда хотела такой быть, отказываясь от того, что ей нравилось, если обнаруживала, что это нравится многим. Эмма умна, проницательна, ее оценки и суждения порой резки, но всегда справедливы. Она подмечает чужие недостатки, но этот же острый взор сообщает ей и о недостатках собственных: Эмма всегда "понимала, что никогда не овладеет никаким делом, никогда не достигнет класса профессионалов". Другими словами, она прекрасно видела бездарную игру молодой актрисы, но сама бы никогда не смогла выйти на сцену вместо нее. Эмма, дорожащая своей непохожестью на других, и жизнь себе воображала такую же особенную. Наверное, именно поэтому она выбрала в мужья актера, а оказалось, что жены актеров так же рожают детей и сидят дома, а вовсе не сверкают на бесчисленных премьерах. И вот в какой-то момент, обнаружив себя склонившейся "над стиральной машиной, выуживая случайные пуговицы и мокрые волосяные клочья", себя, ту, "которой на роду было написано попадать из огня да в полымя", Эмма понимает, что ей необходимо что-то, что позволит ей вновь почувствовать себя живой.

  Роман, конечно. Маленький, необременительный, полностью контролируемый, никуда не ведущий романчик. Крошечная, безопасная интрижка, просто позволяющая "отдохнуть, развеяться." Но Эмме не нужна измена, ей не нужны даже новые отношения. Эмма хочет свободы, и это выходит за рамки брака. Ей нужна реализация, уважение, признание. Поэтому она протестует как может. Но даже это у нее не получается. И в этом тоже вся Эмма. Она не способна на действие. Она понимает, что жизнь оказалось совсем не такой, как ей представлялось, что она где-то ошиблась, но сил действительно что-то сделать у нее нет. Весь ее ум, острая наблюдательность - это, по сути, работа вхолостую. Эмме нечего противопоставить тому миру, который она высмеивает и презирает. Почему? Догадаться несложно. Эмма - сама часть этого мира, и то место, где она оказалась, досталось ей по праву.

  Эмма - лишь одна из "рассерженных молодых женщин" Маргарет Дрэббл. Почти все ее ранние романы посвящены этой теме - своеобразному бунту молодой умной женщины, протесту против тихого брака, стандартов, ролей, против видимости и морали. Но, если судить по "Одному летнему сезону", такие поиски оказываются бесплодными и заканчиваются возвратом в привычное болото. Слишком много сковывающих факторов, и самый главный - дети.

  Маргарет Дрэббл показалась мне очень интересным автором. Жаль, на русский переведены, кажется, всего три ее романа ("Один летний сезон", "Мой золотой Иерусалим" и "Камень на шее"), а всего их больше десятка. Кстати, Дрэббл - младшая сестра куда более известной у нас Антонии Байетт. И еще мне очень любопытно, сколько в "Одном летнем сезоне" автобиографического, ведь сама Дрэббл какое-то время играла на сцене и была замужем за актером.

  Хороший роман. Рекомендую девочкам. Мальчикам наверняка можно не беспокоиться.

  Читать далее

  13

  519
• 

  oxidental20 февраля 2022 г.

  Один летний сезон: Роман

  М. Дрэббд Один летний сезон: Роман/
  пер. с англ. М.Марецкой, послесл. А.Анджапаридзе
  М., Прогресс, 1972

  Девушке было 25 лет, когда в Лондоне издали ее роман «Год Гаррика», в нашем переводе «Один летний сезон». Разбираются взаимоотношения с первым мужем, актером, и так это длинно, дотошно, обстоятельно, занудно, неуверенно и робко, с возвращением в старину, как всем Ракам свойственно, с самолюбованием, а, главное, безвольно последовательно… жуть! Дочитал до 130 страницы и бросил. Это как если бы я сам разбирался в отношениях с теткой по отцу, которая, кажется, родилась в 1939 году. В этой поганой стране России в 25 лет я не имел ни одной публикации, а только брань журнальных рецензентов, а она уже срывала премии. За что, ради всего святого? Это плохо написано.

  Это очень плохой роман, что называется, бабская дребедень. Сказать ей, собственно, нечего, так что из 130 страниц я только понял (и ощутил как авторскую навязчивость), что надо бы грудью кормить ребенка, но грудь-то от этого пухнет и деформируется. Честно, больше ничего. В 1972 году, когда М.Дрэббл перевели у нас, я только начинал писать рассказы, но уже тогда был точно умнее ее, располагал большим житейским опытом и умел занимательно излагать (сам себя не похвалишь, как оплеванный сидишь). Сейчас у меня примерно столько же книг (электронных), сколько у нее, 18, но я не обладаю и сотой долей ее известности. И стал в тупик. Ребята, «Год Гаррика» плохо написан, в нем нет сюжетного интереса,
  это бабские сплетни и пересуды, ком зависти, интриг и странных подступов к тому, чтобы согрешить (изменить мужу с режиссером). Но ей заплатила Великобритания, СССР — рублями, другие страны, - ребята, у меня и до сих пор нет ни намека на чужестранный интерес, зато куча цензоров, модераторов, врагов и неприятностей. И ни рубля не заплачено за все 18 книг. Нет, я тоже стремлюсь дружить в социуме и нравиться, - почему нет результата?

  Это несправедливо - цивилизация в одну сторону, с Запада на Восток. В Англии, как показывает моя читательская практика, много бездарных писателей, один Лоуренс Норфолк чего стоит (и от него тоже наши переводчики в восторге). В России и без того англомания, везде английский язык. Отчего бы самовлюбленным англичанам не перевести русскую прозу, хоть Алексея Ивина, да не навязанную официозом, а подлинную? Я же потратил, блин, полтора дня на Маргарет Дрэббл, на ее плохой роман про актеров.

  Мы сейчас одновременно живем на планете, она и я. Но она увенчана наградами, я же совершенно не известен и в нищете.

  Margare Drabble
  One summer season: A Novel /
  translated from English by M. Maretskaya, afterword by A. Anjaparidze
  M., Progress, 1972

  The girl was 25 years old when her novel "The Year of Garrick", in our translation "One Summer Season", was published in London. The relationship with the first husband, an actor, is dealt with, and so it is long, meticulous, detailed, boring, uncertain and timid, with a return to the old days, as is typical of all Cancers, with self-love, and, most importantly, weakly consistent ... horror! I read up to page 130 and dropped it. It's as if I'm dealing with my own relationship with my paternal aunt, who I think was born in 1939. In this filthy country of Russia, at the age of 25, I did not have a single publication, but only the abuse of journal reviewers, and she already broke the awards. For what, for God's sake? It's poorly written.

  This is a very bad novel, what is called, womanish rubbish. There is nothing to say to her, so out of 130 pages I only realized (and felt like an author's obsession) that I should breastfeed the baby, but the breast swells and deforms from this). Honestly, nothing else. In 1972, when M. Drabble we moved, I started to write short stories, but even then it was just smarter than her, had a big life experience and knew how to present entertaining (he praises as spat sit). Now I have about the same number of books (electronic) as she has, 18, but I do not have a hundredth part of her fame. And became a dead end. Guys, "The Year of Garrick" is poorly written, there is no plot interest in it,
  this is a woman's gossip and gossip, a lump of envy, intrigue and strange approaches to sinning (cheating on her husband with the director). But she was paid by the UK, the USSR-in rubles, other countries-guys, I still have no hint of foreign interest, but a lot of censors, moderators, enemies and troubles. And not a single ruble was paid for all 18 books. No, I also strive to be friends in society and to be liked - why is there no result?

  It's not fair - civilization is one way, from West to East. In England, as my reading experience shows, there are many incompetent writers, one Lawrence Norfolk is worth something (and our translators are also delighted with him). In Russia, there is already an Anglomania, the English language is everywhere. Why should not the narcissistic English translate Russian prose, even by Alexey Ivin, but not imposed by officialdom, but genuine? I spent a fucking day and a half on Margaret Drabble, her bad novel about actors.

  We live on the planet at the same time, she and I. But it is crowned with awards, and I am completely unknown and in poverty.

  Читать далее

  1

  244

Похожие книги

Все

Русские повести первой трети XVIII века

Без автора

4

(1)

Hermanos y hermanas

Без автора

0

(0)

Синее и белое

Борис Лавренёв

3,3

(5)

Актовый зал

Герман Кант

4,2

(3)

Окаянный финн

Ханну Юлитало

3

(2)

Зримая тьма

Норман Льюис

4,3

(2)

Горький колодец

Павел Карпов

0

(0)

Доктортолик

Олег Сидельников

5

(2)

Человек может

Владимир Кисилев

0

(1)

Жестокий воспитатель

Леонид Борисов

0

(0)

Чужие в доме

Петр Коростелев

0

(0)

Чародеи

Александр Саввин

0

(0)

Дорога на океан

Леонид Леонов

4,2

(49)

Путь без привала

Владимир Даненбург

5

(1)

Иностранец

Евгений Босняцкий

0

(0)

Вечное дерево

Владимир Дягилев

3,7

(3)

Иван-чай

Анатолий Знаменский

4,3

(0)

Die Hammelburger Reisen des Ritter von Lang

Без автора

0

(0)

Обманутые звезды

Мирза Фатали Ахундов

4,3

(33)

До конца дней

Михаил Чернолусский

0

(0)

Цитаты

• 

  reader-902088126 января 2025 г.

  "... Слушай, Эмм,.. я сегодня получил письмо.. от Роки Гольденберга, они снимают что-то морское в Ост-Индии...Он интересуется, не клюну ли я на это дело? Что ты скажешь? Ост-Индия, а? Все-таки смена впечатлений...
  

  • Да тот же Херефорд, наверно, - сказала я, и мне стало смешно.
  • Боже мой, какая ты психопатка! - воскликнул Дэвид и стал целовать мне руку, а я лежала, и смеялась, и чихала, и говорила: "Я тебя люблю, Дэвид". Я повторила это много раз. Просто, судя по всему, это была правда....

  
  ...В мечтах я была уже далеко: паковала чемоданы, списывалась с домовладельцами в Гонконге. И я уверена: Дэвид тоже тешился этими мыслями. Нас взбудоражила перспектива далекого путешествия.... Мы слишком сроднились, Дэвид и я, нам уже было не оторваться друг от друга...."

  Читать далее

  0

  40
• 

  reader-902088126 января 2025 г.

  "... Я обрадовалась этой прогулке... и вечер был чудесный: по небу, обгоняя друг друга, неслись целые стада облаков... Мы недалеко заехали... Выяснилось, что мы в крошечной деревушке. Из машины я видела церковь на крутом взлете холма. Мы затормозили у высокой кирпичной стены.
  

  • В деревне, - ответил он. - За этой стеной дом моей тети...

  
  ...Уже стена таила что-то заманчивое. Она была из красного кирпича, побелевшего от времени. Цвет давно вылинял, и закатные лучи выхватывали для нас пятна различных оттенков. мы вышли из машины, и я зашагала за ним к воротам. Там, где кончалась стена, у самых ворот, была вывеска. На ней значилось: "Усадьба, известная под названием Биннефорд-хауз, составлявшая ранее собственность мисс Марджори Феррер, продается с аукциона..." Уиндем прошел вперед. Потом я пошла за ним, дорожка повернула в сторону, и Уиндем возник передо мной на фоне неописуемого здания. Я была просто подавлена его размерами и красотой. Огромный дом начала восемнадцатого века, исполненный хрупкой грации. Сложенный из серого и розового камня, с белоснежными дверями и бесчисленными, идеальных пропорций окнами в свинцовых рамах, он весь был опутан аккуратнейшей паутиной вьющихся растений. Дом открывался перед нами ярдов с двухсот, так что мы видели его таким, каким он был задуман, каким возник в голове архитектора.
  Я взяла Уиндема под руку, и мы медленно направились к дому по каменистой дорожке. По одну сторону была лужайка, по другую - кусты, деревья, цветы, нарциссы, слабо мерцавшие, лениво струившиеся в быстро наступавшей темноте... Мы медленно обогнули дом, разглядывая в окна чехлы и мраморные камины. С другой стороны далеко под гору уходил сад, заросший мелким кустарником и деревцами... Уиндем показал туд

  • Там внизу - река... Река Уай... "