В арбузном сахаре

- В сердечных делах всегда так. Никогда не знаешь, что будет потом, - сказал я.

С кем-то, кто тебя любил. Вы почти касались друг друга. Ты почувствовал это прикосновение ещё до того, как оно произошло. И оно произошло.

Две вечерние звезды сияли теперь рядом друг с дружкой. Маленькая двигалась к большой. Они были очень близко, почти касались краями, потом соединились вместе и стали одной очень большой звездой.
Не знаю, как относиться к таким вещам - честно это или нет.

В арбузном сахаре все свершилось и вершится вновь, значит моя жизнь — в арбузном сахаре. Я расскажу тебе о ней, потому что я здесь, а ты далеко.

Мы занимались долгой медленной любовью. Поднялся ветер, и окна еле слышно дребезжали - сахар часто крошится на ветру.
Мне нравилось тело Полин, она сказала, что ей тоже нравится моё тело, а больше мы не знали, что сказать.

В Смертидее очень красивый плиточный пол; плитки в нем уложены с такой заботой, что почти превратились в музыку.

— Должно быть, этот человек очень любил овощи, — сказал Чарли.

— Да, — сказал я, — даже рядом с моей хижиной статуя картошки.

Сегодня был день серых арбузов. Мне больше всего нравятся четверги -- дни черных беззвучных арбузов.

Мы выпариваем арбузный сок до тех пор, пока не остается ничего, кроме сахара, потом мы придаем ему форму всего, что у нас есть, — наших жизней.

-Ты когда-нибудь вообще читал книги? - спросил я.
-Нет, - сказал Фред, - не читал, но не думаю, что мне захочется начинать с облаков.