Вечерние огни

Не могу сказать, что мне так уж понравилось, хотя от первой трилогии я в сумасшедшем восторге.

В "Вечерних огнях" тоже три части, одна - о начале революционной деятельности, вторая - о заключённых Шлиссельбургской крепости и третья - о глазной клинике доктора Филатова в Одессе.

Итак, первая часть. Всё ещё немного похожа на "Дорога уходит в даль", несколько милых и смешных моментов. Но в целом это всё о пролетарской революции в городке, где пролетариата три калеки. О нелепых революционных организациях для этих трёх калек. Все положительные герои однозначно положительные. Все отрицательные - однозначно отрицательные.

Вторая часть показалась мне наиболее интересной, так как в ней описано множество фактов о заключённых Шлиссельбургской крепости, множество безрассудных и прекрасных поступков людей, которых удалось довести до отчаяния, но не удалось сломить. Многие поступки, конечно, достойны того, чтобы быть описанными в книге. Но опять же, герои слишком однозначно делятся на хороших и плохих. И в описании всех героев присутствуют слишком уж избитые, заезженные эпитеты, как в школьном сочинении. Как будто кто-то заставил Бруштейн это писать.

Третья часть уже про Советский Союз. Она вообще самая добрая и наивная, в ней почти нет отрицательных персонажей, а с положительными происходят такие чудеса, что за них остаётся только порадоваться. Все любят друг друга и дружат. Мир, любовь, сострадание.
Речь идёт о временах, когда советская власть была в самом расцвете. И теперь уже не секрет, что многие люди были сосланы без права переписки или расстреляны за просто так. Мне было ужасно интересно дочитать до этих времён, чтобы посмотреть, как идеалистка-революционерка Бруштейн оценит теперь советскую власть. Невозможно было тогда не знать, что равны уже не все, что кому-то достаются дефицитные товары, а кому-то ссылка и расстрел. Бруштейн в тексте книги касается минусов советской власти вскользь всего дважды, говоря о том, что кого-то "забрали ни за что". Зато вся остальная книга - сплошные дифирамбы всем и вся.

В общем, не так мне понравилось, как "Дорога уходит в даль", но читать можно. Особенно в моменты, когда хочется верить в то, что хороших людей больше, чем плохих, а друзей больше, чем врагов.

Отдельно отмечу отношение к детям:

Когда-то очень давно к нам ходила настройщица роялей. Войдя в комнату вместе с тремя своими детьми, аккуратно одетыми в чистенькие "матроски", она прежде, чем сесть настраивать рояль, говорила детям:

- Дзеци! Дайце ручку цёце и дзядзе! Шаркнице ножкой! Сделайце книксик!

Она была русская и в остальном говорила на чистом русском языке, не запакощенном мещанской "изысканностью". Но в разговоре с детьми почему-то шепелявила и пришепетывала!

Такой тон в обращении с детьми я ненавижу! Так же отношусь я к таким выражениям, как "наша славная детвора" или "наши замечательные ребятишки" (так, увы, нередко пишут наши газеты).

Даже обращение "дети!" я для выступлений в школах не люблю. Ведь когда мне приходится выступать перед студентами в вузе или перед рабочими на заводе, я не обращаюсь к ним со словами: "Здрасте, взрослые!" Зачем же говорить детям: "Здрасте, дети! Здрасте, биологические ничтожества, у которых еще не прорезались зубы мудрости и еще не наступило полное окостенение скелета!"

Вот эта мысль прекрасна. Мне нравится желание Бруштейн рассказать детям то, что ей интересно самой, насмешить тем, отчего самой смешно, дать подумать над тем, над чем задумывается она сама. А не ставить над написанным ремарку "для детей" и лепить стандартные "детские" клише одно за одним. "Наша славная детвора", да-да.

Я и не знала, что у книги "Дорога уходит вдаль" есть продолжение. Оно оказалось весьма занимательным и очень меня задело. Во-первых, оно "рваное", в "Вечерних огнях" 4 мало связанные между собой повести. И оооооооо, как меня трясло.
Я не понимаю, КАК можно было настолько искренне любить революцию, верить в нее, считать империю - злом. Хотя, может быть, кому-то везло - и они не видели рядом ужасов советского времени.
В общем, когда я читала страницы о проклятом царизме, когда колбасу трудно достать - я прямо нетолерантна была.
Ну и вся история Шлисселтбурга - как-то за уши к биографии притянута.
А вот повести про глазную больницу Филатова меня тронули очень по-доброму.
И еще попытка понять, каково это - быть глухой и почти слепой писательницей...
Простите, наверное, это совсем не рецензия, но когда из меня рвалось - не могла записать, а теперь время поджимает, ибо прочитано было в рамках "Долгой прогулки".
Наверное, если подвести итог, то мое мнение - что прочитать следует, если любишь "Дорога уходит вдаль". Но если еврейский вопрос и революция - больные темы, то не стоит читать первые две части, а вторые - вполне.