Собрание сочинений в четырех томах. Том 2. Красная трава

— Тут края острые, — заметила сиделка.
— Ничего. Это вам всем в назидание, — отозвался Жакмор.

Лучше обмануться в своих надеждах, чем надеяться неизвестно на что.

- Это глупо, - прошептала сиделка. - Она не сделала ничего плохого.

• А что она сделала хорошего?

Жакмор тактично отвернулся; смотреть на кормление было неприятно из-за сети голубых вен, покрывающей белизну кожи. К тому же сам процесс, как ему казалось, полностью извращал истинное назначение женской груди.

До костей прозрачное небо не сулило дождя.

Ясно, что, когда преодолеешь больше препятствий, подмывает поверить, что продвинулся ты гораздо дальше. Это не так. Бороться не означает продвигаться.

— У вас забавное мировосприятие, — сказал он.
— А я считаю забавным ваше. В моем нет ничего забавного. Мой мир — это они.
— Нет, вы все путаете, — сказал Жакмор. — Вы хотите стать их миром. А это губительно.

“Без дьявола ваша религия выглядела бы безосновательной.”

“Она ничего не чувствует, и я предпочитаю держать детей как можно дальше от нее. Она совершенно безынициативна. Вот как выйдут они со своими лопатками в сад, и начнут копать, и докопаются до нефтяной скважины, и нефть как брызнет и затопит их всех, а служанка и сделать ничего не сможет.”