
Ваша оценкаРецензии
Morra18 июня 2013 г.Читать далееОснования выставлять оценку и писать рецензию на этот раз крайне зыбкие - из трех романов прочитано полтора. А с другой стороны, мнение всё-таки сформировалось.
"Вёска" сразу цепляет реалистичностью, реальностью происходящего. Здесь, собственно, и эмпатию включать не надо - всё и так до боли просто и понятно, а в какой-то степени актуально и сейчас. Предельно политизированное противостояние двух языков и двух культур через трагедию одного маленького человека. Считал себя националистом, борцом за свободу народа? Ну так и поживи в деревеньке, прочувствуй себя одним из них, попробуй не только не спиться от дремотной тоски, но ещё и не отказаться от своих идеалов. На сколько тебя хватит?.. Антона хватает ненадолго. Вместо пробуждения самомознания народник ХХ века скатывается до "народного уровня" - случайные связи, случайные собутыльники, отключение от внешнего мира. И случись эта история на пару лет раньше - засосало бы, затянуло болото. Вообще, Федоренко блестяще удалось выписать вечное противостояние двух архетипов - "культурного, интеллигентного города" и "равнодушной деревни". Не зря же есть у нас пословица "моя хата с краю". Развал Союза, референдумы, самоопределение... Кому это надо? Жизнь здесь даже не течёт, стоит себе тухлым болотцем.
"Нiчые" я не осилила по нескольким причинам. Во-первых, из-за своего специфического нежелания читать исторические романы о грустных страницах родной истории. Зная, как закончат повстанцы, сколько человек будет убито и сослано, я категорически не могу читать об их светлых надеждах и юношеском идеализме. Хотя надо отдать должное автору за выбор темы - малоизвестное Слуцкое восстание 1920 года, попытка отстоять право Беларуси идти своим путём. Во-вторых, оттолкнула стилистика, напоминающая классиков белорусской литературы тех самых 1920-х годов (кстати, не сильно любимых мною), словно ста лет развития литературы и не было.
"Рэвізію" не читала, хоть и подозреваю, что зря. Ну, это дело поправимое.
223,3K
pracsed4 июля 2010 г.Читать далееНесколько лет назад я читала рассказы этого автора, но оценила его по достоинству только после «Нічыё». Федоренко называют одним из лучших прозаиков современной белорусской литературы. Однако, как ни странно, писатель более известен своими рассказами для детей и подростков («Афганская шкатулка», «Шчарбаты талер»), чем «взрослыми» серьезными произведениями. В 1995 году А. Федоренко стал лауреатом Литературной премии им. И. Мележа за роман «Смута».
Книга вкючает в себя повести «Вёска», «Нічыё» и роман «Рэвізія».«Вёска»
Cтудента Антона Васкевича отчисляют из института… официально «за пьянство», неофициально «за национализм и политическую неблагонадежность».
1990 год. Провозглашение независимости Республики Беларусь, белорусизация, молодежь участвовала в митингах, говорила по-белорусски. Тем не менее, люди, ратовавшие за возрождение белорусской культуры и государственности, подвергали себя опасности. Доносы, угрозы через третьих лиц, аресты…
Васкевич едет домой, в деревню, пытается разобраться в своей непростой ситуации (настоящую причину отчисления ему никто не называл, его письма перехватываются, старшему брату Антона угрожают какие-то темные личности). Время идет, но ничего не проясняется. Антон устраивается на работу в библиотеку, скука и безысходность заставляют его искать утешение в выпивке и отношениях с 14-летней школьницей.
Повесть очень цельная, живая, герои убедительные. Больше всего мне понравился образ Пульса, местного дурачка-полусумасшедшего, с его забавной манерой говорить целыми синонимическими рядами («Наверно… здаецца… мабуць… уродзі бы») и наивностью («А раскажы, як ты п’янстаў”,- дапытваўся Пульс. “Запомні: я пастрадаў не за п’янства, - смеючыся, адказаў Васкевіч, - а за “ідзею”! “Надзею? Якую? Што пошту носіць?”). А вот главный герой не только не вызывает уважения, но и становится неприятен, особенно учитывая его усиливающуюся любовь к выпивке, связь с 14-летней девочкой, стремление порисоваться перед односельчанами и еще некоторые недостойные поступки.«Нічыё»
Повесть об антибольшевистском Слуцком восстании 1920 года. Польское войско разбило красных под Варшавой, территорию Беларуси уже в который раз делили соседние государства. Между двумя линиями фронтов образовалась полоска нейтральной зоны, «ничейная земля», где и стала формироваться Слуцкая бригада, первое за всю историю Беларуси армейское формирование, которое прямым текстом на весь мир объявило, что собирается выступать на защиту не территории в составе России или Польши, а Белорусской республики как самостоятельной юридическо-государственной единицы.
Обычно произведения на подобные темы вызывают у меня откровенную скуку, но эта повесть – счастливое исключение. Даже не знаю, в чем дело. Наверное, секрет в манере повествования; читать как-то приятно и легко. Не могу выразиться точнее.«Рэвізія»
Ой, это самое интересное!
Главный герой, Алесь Трухан, в конце 80-х годов на основе своих видений или снов, которые его периодически посещают, пишет роман о 20-х годах. А персонаж его произведения, Алесь Труханович, «помнит» свою будущую жизнь, т.е. жизнь Трухана в конце 80-х. То ли это две жизни одного человека, то ли Труханович – двойник Трухана…
Трухан приходит на встречу молодежного литературного общества и знакомится с Ведричем, прототипом которого был Сыс (!). Труханович пытается рассказать окружающим о будущем, но ему не верят; общаться с людьми с высоты своего знания совсем непросто, к нему начинают относиться с подозрением. Его выдает даже речь! («Ведаеш, я б хацеў аддыхнуць трохі»,- сказаў Трухановіч. «Дзе гэта можна?” – спытаў, позна спахапіўшыся, што не варта яму было карыстацца тэрмінамі з далёкай сваёй будучыні, такімі, як «ведаеш», ды «дарэчы», ды “зрэшты”…)Все произведения, вошедшие в книгу, по-своему хороши. Читая ее, я совместила приятное с полезным. Приятно было погрузиться в хороший слог автора, следить за жизнью Трухана и Трухановича. Полезно – узнать больше о 90-х и о Слуцком восстании.
Не хочется бросаться громкими фразами, но «Рэвізія» - это ново, такого в белорусской литературе еще не было и сам роман – действительно стоящая вещь.12690
Morrigan_sher2 февраля 2011 г.Читать далееБольшое спасибо pracsed , без нее я бы может так никогда и не узнала про такого замечательного автора.
Вёска. Повесть зацепила просто с первой страницы. Есть в ней нечто такое, свое обаяние и притягательность. Хотя, казалось бы, в начале ничего особенного: студента Антона Васкевича исключили из университета, по официальной версии «за пьянство», по неофициальной – за национализм. И вот этот парень, окруженный ореолом невинного мученика, возвращается домой, в деревню, к матери, а за ним тянутся «щупальца режиму»: и письма его читаю и изымают, и брату угрожали, и вроде как на работу не должны брать, потому что должны быть звонки «оттуда сверху». Перспективы ни разу не радужные. Но Антон кое-как устраивается на месте и начинает творить такое-такое... Как пример для подражания ну его втопку, но как образ выше всяких похвал. Надеюсь, это не автобиографическая повесть, нэ?
Нiчые. Не читала, не люблю историческую прозу.
Рэвiзiя. Чистой воды постмодернизм. Отличная идея и отличное исполнение. Действие происходит в двух временах: 20-е и 80-е XX века. То ли один, то ли два героя, то ли было, то ли не было, а если было, то что именно? В 20-е годы из госпиталя выписываю Алеся Трухановича — контуженого красноармейца с амнезией, который «вспоминает» жизнь Алеся Трухана — молодого человека из Минска 80-х, который в свою очередь пишет роман о Алесе Трухановиче из 20-х. Вот так все и закольцовано, и нельзя дать ответ, кто из них кто. Точнее, кто из них существует, или существуют оба. Очень понравилось.
10588
sergeybp15 февраля 2014 г.Читать далееВихри враждебные не загасят надежды... В книге «Нiчые» Андрея Федоренко собраны три отдельных повести (хотя третью автор относит к жанру роман), не связанных сюжетом, но все же имеющих некую общность.
«Вёска»
Вот уж действительно, не так важны тема и сюжет, если рассказчик хороший! Прежде всего – язык. Написано на белорусском, на котором я почти никогда не говорю и почти никогда не читаю, и не смотря на это читалось без напряжения и, самое главное, с удовольствием. Написано живым языком - именно таким, на каком говорят живые люди – не слишком литературно и не без т.н. трасянки, но при этом слышна уникальная мелодика белорусского языка, безыскусная гармоничность незатейливых выражений.
И точно так же, как естественность языка, подкупает и непогрешимая точность в изображении деталей деревенской жизни и самих жителей – как они одеваются, что едят и пьют, где живут и к чему на самом деле стремятся (не смотря на кажущуюся “абыякавасць”). При этом Федоренко абсолютно не приукрашивает ни своих героев, ни их мысли. Вот несколько цитат.
Каля акна валяецца пабітае шкло <…> Снежкамі разбілі. Проста так, ні за што, на злосць — бо ён не такі, як яны...-- грустно, обидно, но как же это характерно!
<. . .> нізкарослы мужчынка гадоў за трыццаць — быў у старой, заляпанай кухвайцы (ах, нязменны сімвал савецкай вёскі!), у гумовіках з адкочанымі да нізу халявамі, ад чаго быў падобны на маленькага кінакамедыйнага каўбоя.-- типаж, комичный и реалистичный в равной мере.
Мне, які на сваёй скуры сёе-тое адчуў, якога амаль год так ці інакш псіхалагічна травілі, тапталі, пакуль не выкінулі без усялякіх тлумачэнняў у самую сапраўдную ссылку, на невядомы тэрмін!-- “сапраўдная ссылка” – это родная деревня (!) главного героя повести, куда он вынужден вернуться, будучи отчислен из института.
Действие повести разворачивается в 1991-м году, когда уже наступила пора гласности, но Беларусь все еще в составе Советского Союза, и вместе с героем повести мы задумываемся, есть ли в Беларуси место для «национальной идеи»? т.е. когда это не мнение отдельных историков и литераторов или группы людей, а идея, ради которой... "ўсе як ёсць беларусы — ад Езярышчаў на Віцебшчыне да Славечны на Гомельшчыне — возьмуцца за рукі і праз усю Беларусь зробяць «жывую нітку»".
«Нічые»
Историю пишут победители, а проигравшие слагают мифы и легенды. При советской власти Слуцкое восстание 1920-го года не упоминалось, будто его и не было, и спустя семьдесят лет каких-либо документов практически не осталось. Поэтому все что нам остается - это выбрать легенду по собственному вкусу.
Федоренко, как мне кажется, постарался уйти от защиты или нападения на теорию той или иной группы - политиков или историков. Вместо этого он как мог передал атмосферу, которая могла воцариться в такой сложной ситуации, на временно нейтральной территории между Польшой и большевиками.
Повесть написана в 1998-2000 г.г., может быть поэтому обстановка в лагере повстанцев так напоминает события в Беларуси в этот период. Для иллюстрации дальше идет пара цитат без комментариев.
Акрамя гэтага дурнога аптымізму, раздражняла яго ўпартае, цвердалобае жаданне арганізатараў надаць усяму «нацыянальную афарбоўку», «суверэнную» падаплёку. Ціхім, скрытным бесам бясіла тое, як пнуцца яны самі і ў абавязковым парадку прымушаюць іншых гаварыць толькі па-беларуску, якое значэнне надаюць міфічнай БНР.
Урад БНР Ластоўскага ў Рызе - раз, Найвышэйшая Рада Луцкевіча-Тарэшчанкі ў Варшаве - два, Беларускі Нацыянальны Камітэт у Лодзі - тры, Беларускі Нацыянальны Камітэт Ярэміча ў Вільні - чатыры, Беларускі Палітычны Камітэт недзе пры Балаховічу – пяць, < . . . > Урад Кнорына - Чарвякова ў Менску - шэсць? < . . . > Урад Літоўска-Беларускай рэспублікі недзе ў Бабруйску, ці дзе ён там - сем? Гэта не лічачы нашай Рады Случчыны, якая, праўда, Найвышэйшую Раду прызнае, не лічачы Беларускай Вайсковай Камісіі ў Горадні...
І што ж гэта за нацыя ў нас такая, што мы за народ такі, што ўсё ў нас так убога, так усё прыземлена, так нецікава, па-мужыцку, па-сялянску, «па-прастому» - за што ні возьмемся?!.«Рэвiзiя»
"Ревизию" Федоренко писал в 1987-м (на заре горбачевской Гласности), продолжил в 1992-м (распад СССР) и завершил в 2003-м (уже 9 лет, как у власти Лукашенко).
События в книге происходят в октябре 1989-го (в СССР вовсю идет Перестройка). В Минске каждую неделю в Доме Литераторов собираются молодые писатели и поэты. Молодые готовы изменить мир - они пишут и говорят на белорусском! Только встречи эти проходят все еще под надзором "старших товарищей" и сами-знаете-кого.
На такую встречу почти случайно приходит почти писатель Алесь Трухан. И как только мы начинаем ближе знакомиться с главным героем, как появляется его литературное alter ego из сентября 1920-го (красные обложили Варшаву, провозгласили БССР). Как и у Алеся Трухана, у Алеся Трухановича проблемы со здоровьем, но только не от Чернобыльсокй АЭС, а от ранений и контузии во время боев. И главная его проблема - проблема с памятью - он помнит только будущее.
И дальше сюжет развивается интригующе встречно-параллельным курсом, а я же ограничусь парой цитат с комментариями.
Трухан па-праўдзе разгубіўся, не ведаючы, як паводзіцца ў падобных ідыёцкіх сітуацыях, калі пачынаюцца ўсё гэтыя дэбаты тыпу: чаму беларус у Беларусі гаворыць па-беларуску? Вось паспрабуй адкажы на такое.-- Тема белорусского языка проходит во всех трех повестях книги. Тема, актуальность которой сохраняется по сей день. Но этот вопрос - почему у белоруса в Беларуси спрашивают, почему он говорит по-белорусски - я не считаю идиотским. Это вопрос по крайней мере риторический. Можно на него ответить коротко или длинно, но надо ли заставлять людей говорить на нем? Мне лично идиотским занятием представляется, когда на онлайн-форумах белорусы начинают поучать или отчитывать русских участников за то, что те говорят "Белоруссия", а не "Беларусь". Да даже Википедия по сегодняшний день считает это нормой! Разберитесь сначала с нею.
Ці то мода пайшла сярод медыкаў — быць максімальна жорсткімі да хворых, не спакушаць іх надзеяю, каб не сурочыць, ці то новая нейкая парода іх узнікла за апошні час — перастраховачная парода <...> А мо ён проста многага патрабуе ад савецкіх дактароў? Ды не, элементарнага — чалавечнасці.-- Недаром говорят, что тюрьма (или армия) - это модель-отображение самого общества. В какой-то мере, думаю, это отнсится и к больницам, школам и прочим "общественным учреждениям". Так и отношение "людей в белых халатах" (или в любой униформе) - это тоже отражение проблем в самом обществе. Если нет у нас на бытовом уровне вежливости, приветливости и доброжелательности, то не будет этих качеств ни у врачей, ни у учителей, ни у кого бы то ни было.
«…Няважна, што робіцца навокал — важна, што робіцца ў душы»-- понравилось, очень по-дзэновски, только не знаю, кто автор - сам Федоренко или ... некчемный я читатель:
«<...>што за манера не ўказваць аўтарства пад эпіграфамі?»
«Таму што кожны адукаваны чалавек ведае іх са школьнай праграмы, павінен ведаць, прынамсі; а той, хто не ведае — дык навошта такі чытач?»Финал... Вопреки предсказаниям, вопреки событиям - герой будет жить, и не исключено, что в этом будет смысл!
Трэба было прачынацца. І жыць. Толькі не жыццём «выбранніка», не носьбітам нейкай «высокай» тайны ў душы, а звычайна — існаваць. Рабіцца як усе. <...> І ўсё ж быў момант, згадка пра які сагравала. З двух бакоў спісаныя, у трубку скручаныя і ў гільзу «запаяныя» аркушыкі ляжалі, надзейна схаваныя, і, як тая Сцепанідзіна бомба, «чакалі свае пары»… Ён разумеў, канечне, што карысці ад іх, як і ад той бомбы, можа атрымацца няшмат. Але гэта было адзінае, што ён меў.
Вердикт? Федоренко пишет в е л и к о л е п н о - и в литературном плане, и в плане белорусского языка. И если вам интересна современная белорусская литература - обязательно прочтите эту книгу!6994
Xartym11 июня 2013 г.Читать далееДолго думал, на каком же языке писать рецензию. С одной стороны, сама книга написана на белоруссокм языкЕ, что ставит передо мной некоторые обязательства. С другой стороны, кто же будет читать рецензию на белорусском языке, кроме самих белорусов? Хотя и книга, насколько мне известна, русскоговорящим читателям пока недоступна. Но, кто его знает, как будут развиваться дела в будущем.
Книга состоит из трех произведений: "Вёска", "Нічые", "Рэвізія". Но все они обьъединены общей темой - одиночество и "ничейность"."Вёска". Повесть которая рассказывает судьбу молодого парня белоруса, которого на стыке двух эпох (в 1990 году) отчисляют из университета за национализм. Он оказывается в своей родной деревне, вдалеке от друзей и привычной среды. Устраивается работать библиотекарем и... Ничего. Главный герой произведения обычный человек. И фактически деревенская жизнь сломала его. Он начинает спиваться, ведет разгульную жизнь, едва не совращает девочку-подростка... И это при том, что сам герой человек не слабовольный, не прогнулся под следствие, когда его просили доносить на друзей. Прост оединственный способ нормально существовать в деревне, это стараться быть похожим на его жителей - пить, гулять... Герой оказывается одиноким в непривычном для него обществе. И именно это его ломает. Эту повесть стоит прочитать всем людям, которые занимаются проблемой деревень и вопросом - почему из них уезжают люди. Тут все хорошо расписано и разложено по полочкам.
"Нічые". Историческая повесть о Слуцком вооруженном восстании. И хотя автор пробовал охватить все события начала восстания, на самом деле рассказал историю "предательства" одного командира - Чайки. Конечно, частично автор высказал в этом произведении собственные мысли, которые, возможно, не имеют ничего общего с реальностью. С другой стороны, автор опирается на исторические документы и спорность их трактовки. Кстати, главная особенность этого произведения в том, что Федоренко не делит в книге "плохих" русских и "хороших" белорусов. Вовсе нет, он показывает, что и с той и с другой стороны есть абсолютно разные люди. А также то, что ради победы никто не прочь замарать свои руки грязными махинациями, которые позже войдут в историю. И это "равноправие" двух сторон по-настоящему внушает уважение к автору. И опять та же тема - одиночество. В первую очередь самого Чайки, который большую часть жизни прожил в России, а теперь воюет за белорусов и просто не понимает где его Родина. Вообще не понимает, есть ли она у него. И в конце концов осознает, что он ничей. В то же время это название относится и к самому белорусскому народу, который не хочет быть ни с поляками (которые отказались помочь восстанию), ни с русскими (которые просто считают эту территорию своей исторической территорией). Отличное произведение!
"Рэвізія". Еще один роман про одиночество. На этот раз про одиночество творчества. Главный герой из-за своей болезни одновременно живет в двух временах - в 20-е годы и в 90-е. Причем порой сам не понимает - какое из этих времен настоящее. К тому же в любом из этих времен главный герой чувствует себя не к месту, чужим. В 90-х он немногословен, скрытен и скромен, из-за чего у него практически нет друзей. В 20-х он "белая ворона", человек, который знает, что будет дальше, каким руслом пойдет история. И в обоих временах герой ждет развязки - операции/ареста. Но чем закончилась книга, говорить не буду. Могу сказать лишь одно - конец совсем не такой, как того ожидает читатель.
В целом сборник очень тематический. Герои в произведениях очень похожи своим одиночеством и неуместностью. Плюс у всех произведений открытый финал, то есть у каждого произведения есть свое будущее. И его герои еще могут жить и развиваться. Отличная книга и отличные произведения. Рекомендую прочитать всем!
5393