Избранные произведения

Рецензии

• 

  ShiDa

  12 августа 2021

  В друзья

  «В каждом из нас – целый мир, и в каждом – этот мир свой, особенный»

  Гениальная пьеса, которая и спустя столетие (написана в 1921 г.) кажется новаторской. Этакая ядреная смесь итальянских страстей, странных метаний, семейных обстоятельств и авторского замешательства (уже по прочтении узнала, что Луиджи Пиранделло – нобелевский лауреат от 1934 г. – вот уж есть за что!)

  «Шесть персонажей в поисках автора» лучше не читать, а смотреть. Эта пьеса для тех, кто не готов ограничиваться стандартными сценическими историями и принимает эксперименты, в т.ч. своеобразный хаос в сюжетных линиях и характерах героев. И я просто не могла не вспомнить фильм «Персонаж» (2006) – там гг обнаруживает, что является литературным персонажем, и пытается найти своего автора, чтобы попросить его (автора) изменить трагический финал книги.

  В театре тем временем пытаются поставить какую-то малоинтересную пьесу, ибо, по мнению режиссера постановки (он же директор), «хороших пьес теперь не пишут». Получается абы как, режиссер недоволен, актеры толком не понимают, чего от них хотят. И как раз в самый напряженный момент репетиции в зал врываются странные люди в количестве 6 шт. Они пугают актеров и режиссера, заявляя, что являются персонажами некой незаконченной пьесы (почти неупокоенные души). Они умоляют режиссера записать их историю, им же нужно лишь рассказать (и показать) свою драматичную жизнь.

  «Ах, господин директор! Вы же знаете не хуже меня, что жизнь полна таких несуразностей, которые вовсе не нуждаются в правдоподобии. А знаете почему, господин директор? Потому что эти несуразности и есть правда!»

  Так что, можно сказать, все действие «Шести персонажей…» – это пьеса в пьесе. Сначала несчастные персонажи проживают свою жизнь на любезно выделенной им сцене, а потом их образы пытаются примерить актеры театра… с разной степенью успешности.

  Сама пьеса (та, что в пьесе…) – что-то крайне сентиментальное: с брошенными детьми, погибшими мужьями и Сонями а-ля «Преступление и наказание». Короче говоря, как в жизни все, и может показаться, что вы смотрите новый выпуск «Пусть говорят» или «Прямого эфира с Малаховым», столько тут эмоциональных коллизий, страшных воплей, обвинений. Но дело не в сюжете, который отыгрывают персонажи – они интересно раскрывают творческое мышление.

  Если не рассматривать это как фантастику (ха, посмотри, ожившие персонажи!), то можно разобраться в отношениях писателя/драматурга с его героями. Понятно, что режиссер, он же директор театра, устал от пьес, которые он должен ставить. И, похоже, во время очередной неудачной репетиции у него родилось желание написать свою пьесу. Так и врываются в его жизнь персонажи и вынуждают его взяться за перо. Замечательно показано, как на реальность (театр, актеры, новая постановка) наслаиваются фантазии режиссера (персонажи с их историей). Он внезапно отменяет постановку чужой пьесы и заставляет актеров разучивать его собственную. Он спорит с самим собой: воображение говорит одно, он не соглашается, потому что «в театре так не принято!», но воображение настаивает, он пытается найти компромисс, ничего не получается, персонажи не хотят, чтобы их играли эти актеры, с ними нужно договориться, они не соглашаются… но все равно нужно договориться.

  «Бросьте вы свою правду! Вы в театре! И правда здесь хороша только до известного предела!»

  Пиранделло рассказывает о том, что наше воображение (тут – жизнь, «все, как в жизни!») сильнее, шире искусства в принятом нами виде. То, что мы получаем в виде искусства (литература, театр, кино) – это лишь жалкая выжимка, никогда автор не сможет выразить себя полностью, он вечно ограничен форматом искусства. Так, у режиссера может получиться хороший спектакль, но он будет хуже, поверхностнее того, что было у него в голове. Он, как и его персонажи, в отчаянии, но деваться некуда, нужно принимать правила игры.

  И, конечно, «Шесть персонажей…» – о том, что лишь поначалу творению/героям нужен автор. В какой-то момент автор становится лишним в своем же собственном мире, этот мир отталкивает его. Оттого можно сравнить процесс создания с родительством – так ребенок вырастает и уходит – чтобы стать самостоятельным.

  «...кому выпало счастье породить хоть один настоящий живой персонаж, тот может смеяться даже над смертью»

  Читать далее

  114 понравилось

  2

  5,4K
• 

  Anastasia246

  28 декабря 2019

  В друзья

  Начать жизнь с чистого листа - для многих неосуществимая, но такая желанная и сладкая мечта. А вот главному герою книги - Маттиа Паскалю - это удалось. Казалось бы, не жизнь, а сказка, да вот только не все так просто...(Мне это произведение практически весь процесс чтения напоминало роман «Козел отпущения» Дафна дю Морье , там, правда, герою пришлось не только полностью поменять личность, но и перевоплотиться в реально существующего человека; а смысл, в общем-то, один - от себя не убежишь, можешь сменить имя, внешность, перечеркнуть прошлое, но ты - это ты, и всегда им останешься).

  Новая жизнь без обязательств и ответственности перед близкими и родными - вот чем стала для героя смерть неизвестного человека, которого ошибочно признали за него...По странному стечению обстоятельств жизни Маттиа мертв. А вместо него на свет в мгновение ока появилась новая личность. Адриан Мейс, у него новая родословная. новый характер, новые привычки и манеры. Да вот только жизнь в постоянном страхе разоблачения, постоянное чувство вины. за то что всем лжешь, угнетение из-за неспособности раскрыть окружающим себя настоящего, поделиться сокровенным - совсем не этого ожидал наш герой. Жизнь на чужбине, с посторонними тебе людьми, тоска по чему-то родному, с чем ты давно (уж несколько лет как порвал всяческие отношения) отравляет жизнь и настроение и заставляет все чаще задумываться, а правильный ты выбор сделал когда-то, позволив себе умереть, позволив признать себя мертвым, несуществующим ныне, не живущим. Да по сути он и умер тогда, вместе с тем несчастным, выловленным из реки утопленником, в котором жена (теперь уже вдова) признала тебя...

  "Покойный Маттиа Паскаль" - это ведь не о том утопленнике, это о Маттиа Паскале, все его чувства, мысли, намерения мертвы, ничто его уже не может по-настоящему взволновать, любовь девушки оказывается эфемерной, да и к тому ж он уже женат, кто он такой, чтобы портить жизнь робкой. наивной, чистой девушке...

  Двойственные чувства у меня к герою: постыдно сбежать из собственной жизни - ка-то это не по-мужски, на мой взгляд. С женой, если уж на то пошло, надо было честно объясниться (не сошлись характерами, бывает) и просто разойтись. Но вот эта выдуманная смерть и последующие за этим несколько лет странствий - бездумных, наполненных яркими мечтами о новой жизни (мечты естественно не сбылись, вся свобода Маттиа и открывшиеся ему якобы перспективы на деле означали лишь свободу от обязательств и ничего больше), - были ему совершенно не нужны. И новую жизнь можно было начать, совсем не исчезая...

  Философская по сути книга, начало которой весьма скучновато, зато потом (где-то две трети книги) - очень увлекательно и интересно наблюдать за этим фарсом и переодеваниями (совсем как в романе Дю Морье все заканчивается совсем не хорошо...Да хорошо такие затеи никогда и не кончаются)

  4/5

  Читать далее

  110 понравилось

  0

  1,7K
• 

  Blanche_Noir

  25 октября 2022

  В друзья

  Обнаженная

  Нет, обнаженная не совсем буквально. И, если Ваше воображение случайно поймало шёлковый кончик изысканного покрова, небрежно сброшенного под ноги призрачной женщины, пусть отпустит краешек прозаического заблуждения по ветру. Потому что эта история обнаженной души. Женщины, разорвавшей кружевную вуаль истерзанных вен на собственном сердце.

  Однажды, алое сердце Раффаэллы, тесно стиснутое между бледными клапанами больничной палаты, встрепенулось в отчаянной конвульсии чувства. Длительная реабилитация после неудачной попытки отдать своё сердце на безликий алтарь вечности, полностью иссушила тело молодой девушки. Искалеченное сердце обрело облик внешнего отражения... Но Раффаэлла твёрдо решила не смотреться в мутные зеркала будущего. Болезненная воля к саморазрушению внутри хрупкой девушки произросла в стальной стержень убеждения, пронзивший её мягкое сердце. И безжалостный случай подарил ей жестокое утешение: в тускло освещенном конференц-зале больницы, среди туманных теней студенческой толпы будущих медиков, контрастными силуэтами скользил Риккардо об руку с белокурым ангелом - девушкой. Риккардо, бессердечно надорвавший в сердце Раффаэллы нежную вуаль из голубых вен. Риккардо, алчно выпивший бесценную кровь из артерий изящного сосуда её сердца. Риккардо, беззаботно иссушивший мягкое сердце женщины до жалкого мешочка с дешёвыми заплатами прогнозов лживой судьбы. Риккардо, превративший её в ящерицу - отталкивающую женщину. Без кожи, хоть и не буквально.

  - А ты знаешь, что похожа на ящерицу?

  • Знаю. Мне всё равно.

  Столь жестокое замечание медсестры не остановило невыносимого желания Раффаэллы. Предлагая своё тело медицинскому персоналу для проведения учебной диагностики, она стремилась обнажиться для Риккардо. В последний раз. Обнажить не сердце, обнажиться сердцем...

  Пронзительная новелла итальянского прозаика и драматурга Луиджи Пиранделло сбила мерный такт дыхания в аритмический галоп. С утончённым психологизмом автор превратил несколько чёрно-белых страниц столь краткого сюжета в полнокровные кадры жизни женщины. Расставив точки акцентов, он натягивает между ними дуальную линию произведения: немые отношения жертвы и палача. И, если образ Риккардо, по легкомыслию юности облачённого в рубище ката, остался наедине с собственной совестью, то героиня Раффаэллы открыла многогранную палитру психологии жертвы. С мазохистским пристрастием она бичует себя до малокровия, до полнейшего физического изнеможения, в пароксизме лихорадочного страдания обнажая внешние увечья болезни, столь страшные каждой женщине физические отметины мучений, предлагая их палачу, как фантомные отражения жгучих клейм на его жалкой судьбе... Почему же ему не жаль?! Мне было больно взирать на обнаженное сердце женщины, обведённое чёрным дермографом по контурам его беззащитных форм. И, думаю, вряд ли, эта печальная история оставит кого-нибудь равнодушным. Трепетная, словно робкое прикосновение к сокровенному, она проникает внутрь. В самое сердце.