Всеобщая история подлогов

В 1515 году отцу Бартоломе де Лас Касасу стало очень жалко индейцев, изнемогавших от непосильного труда в аду антильских золотых копей, и он предложил императору Карлу V ввозить негров, чтобы от непосильного труда в аду антильских золотых копей изнемогали негры.

Земля, на которой мы живем, - это просто ошибка, неумелая пародия. Зеркала и деторождения отвратительны, ибо умножают и укрепляют эту ошибку. Основная добродетель - отвращение. К нему нас могут привести два пути: воздержание или разнузданность, ублажение плоти или целомудрие.

Седовласый муж якшался со шлюхами и с поэтами и даже кое с кем похуже.

Тогда хмурые мулаты Лазаруса Мореля передавали друг другу приказ – порой всего лишь шевельнув бровью – и освобождали негра от зрения, от слуха, от осязания, от дневного света, от окружающей подлости, от времени, от благодетелей, от милосердия, от воздуха, от собак, от вселенной, от надежды, от труда и от него самого. Пуля, удар ножом в живот или кулаком по голове – точные сведения получали черепахи и рыбы-усачи в Миссисипи.

Друг Билла Гаррет, шериф, потом подстреливший его, однажды заметил: «Я настойчиво упражнялся в меткости, убивая буйволов». – «Я упражнялся еще настойчивее, убивая людей», – мягко заметил Билл.

Земля, на которой мы живем, - это просто ошибка, неумелая пародия. Зеркала и деторождения отвратительны, ибо умножают и укрепляют эту ошибку.

Судовладельцы вовремя об этом узнали, и их праведный гнев вылился в щедрое угощение: они поднесли ему блюдо отравленных гусениц, приготовленных с рисом. Чревоугодие имело роковые последствия: прежний адмирал и новоиспеченный начальник императорских конюшен отдал душу богу морскому.

Беглец ждал освобождения. Тогда хмурые мулаты Лазаруса Мореля передавали друг другу приказ - порой всего лишь шевельнув бровью - и освобождали негра от зрения, от слуха, от осязания, от дневного света, от окружающей подлости, от времени, от благодетелей, от милосердия, от воздуха, от собак, от вселенной, от надежды, от труда и от него самого. Пуля, удар ножом в живот или кулаком по голове - точные сведения получали черепахи и рыбы-усачи в Миссисипи.

Мужчины и собаки уважали его, и женщины тоже.

Друг Билла Гаррет, шериф, потом подстреливший его, однажды заметил: "Я настойчиво упражнялся в меткости, убивая буйволов". - "Я упражнялся еще настойчивее, убивая людей", - мягко заметил Билл.

Если бы ты бился как мужчина, тебя бы не вздернули как собаку.

...Мэри Рид, однажды объявившая, что ремесло пирата не каждому по силам и, чтобы с честью делать это дело, надо быть таким же, как она, отважным мужчиной.

Run away to sea, сбежать на море, - традиционный английский способ разрыва с родительской властью, этакое посвящение в герои.

Правда, в «Книге Точности» знамена Халифа всегда и везде побеждают, но, так как наиболее частым следствием этих побед бывали смещения генералов и уход из неприступных крепостей, разумный читатель знает, как это надо понимать.

Из книги "Новые расследования": "Первый Уэллс".
"Бог не должен вести богословские споры, а писатель - ослаблять человеческими доводами моментальную веру, которую требует от нас искусство".

Презрительная реплика, брошенная капитану, почти повторила слова Айши, когда-то обращенные к Боабдилю: "Если бы ты дрался как мужчина, сейчас бы тебя не вешали как собаку".

Мы легко принимаем действительность, может быть, потому, что интуитивно чувствуем: ничто реально не существует.

Два четких силуэта на фоне небесно-голубых стен или чистого неба, два "куманька" в узких, строгих черных костюмах и туфлях на каблуке исполняют роковой танец, танец с ножами, пока из уха одного из них не процветет алая гвоздика, - это нож вонзился в человека, и он своей бесспорной смертью завершает этот танец без музыки. Другой, с видом покорности судьбе, нахлобучивает шляпу и посвящает свою старость рассказам об этом столь честном поединке.

А посему велю тебе, мой адмирал Кво-Ланг, карать виновных. Не позабудь, что милосердие – исконный атрибут монаршей власти и было бы весьма самонадеянно желать его присвоить.