Авель Санчес

Старик – всего лишь ребенок, знающий, что умрет.

Всякая мать – пречистая дева, поскольку она мать.

Тот, кто все свои неудачи приписывает чужой зависти, сам завистник.

Не быть любимым или не уметь добиться любви - это еще не самое страшное, самое страшное - не уметь любить.

Все мы снедаемы тщеславием. Самые сокровенные и постыдные наши язвы мы готовы выставлять на всеобщее обозрение. Я убежден, что легко может найтись человек, который пожелал бы покрыться самыми чудовищными струпьями, каких еще никто не видывал, лишь бы обратить на себя внимание.

Для чего же нужно было нам отведывать от плода познания добра и зла, если не для освобождения от зла?