Бабочка в гипсе

— Вы мне понравились. Захотел позвать вас в ресторан, смутился, словно школьник, и решил немного о себе рассказать. Распустил хвост, подумал: если вы узнаете, кто позаботился о вашем приятеле, не откажетесь выпить с добрым малым чашечку кофе.

– Врешь! – выпалила я.

– Честно, – подтвердил Герман. – «Не имей сто рублей, не имей сто друзей, а женись, как Райкин-бей». У шефа фамилия Райкин, а «бей» ему прибавили за восточную любовь к кальяну и остроносым ботинкам.

– Ты небось полагаешь, что стрелок мирно в зале сидит и задержания ждет! – фыркнул Герман. – Знаешь, кем шеф до назначения сюда служил? В институте лекции читал, по философии или истории, точно не знаю.

– Это она? – весьма невежливо спросил огромный, похожий на медведя, мужчина лет пятидесяти, когда Павел ввел меня в здоровенный кабинет, заставленный дубовой мебелью.

Не обращая на нас внимания, Рублев подошел к уснувшему зверьку, взял его на руки и ушел.

– При чем здесь Ньютон? – вмешалась я. – Сказано тебе – закон Архимеда!

– Ну, и как он звучит? – склонил голову к плечу Макс.

– Тело, погруженное в воду, всплывает, если в бассейн из двух труб поступает одинаковое количество жидкости, – без запинки оттарабанила я.

Томас противно захихикал, Максим быстро расстегнул защелки бронежилета.

Едва я стянула свитер, как в дверь поскреблись.

– Что надо? – весьма невежливо крикнула я.

– Давай помогу жилет снять, – промурлыкал Макс.

– Первый блин комом, – пропела баба Нила. – Сковородка дерьмовая, поэтому у меня и второй, и третий слиплись. Вот я и решила: не получаются блинчики, буду жарить комочки. Бери, они с виду страхолюдские, а на вкус хорошие.

Макс сел к столу, я пошла в коридор.

– Ты куда? – раздалось вдогонку.

– Хочу помыться, – ответила я, входя в ванную.

– Ты был любовником жены Гладкова? – оторопело переспросила я. – Где вы познакомились?

– Как в анекдоте, – сказал Макс. – Пашка уехал в командировку, вернулся раньше, вошел в квартиру и… здрассти.

– И он тебя не убил, – пролепетала я, – не вышвырнул с балкона? Не пристрелил из табельного оружия?

– Откуда ты знаешь Гладкова? – спросила я, притормаживая у светофора.

– Честно? – прищурился Макс.

– По возможности, да, – кивнула я.

– Я был одно время любовником его жены, – не меняя выражения лица, ответил мой спутник.

От неожиданности я нажала на тормоз.

– Эй, поосторожней, – возмутился Макс, – не играй в Шумахера!

Хотя я и ожидала звонка, но резкий звук все равно заставил вздрогнуть.

– Эй! – остановила нас Тамара Федоровна. – А заплатить?

– Мы рассчитались, – мрачно сказал Павел и распахнул дверь, за которой стоял омоновец с большим железным щитом.

– За шоколадку не отдали! – возмутилась булочница. – Она денег стоит.

– И киллер позволил кому попало взять оружие? – перебил меня Макс. – Не пристрелил? Вокруг никого нет, снять нахала для снайпера не представило бы труда, пиф-паф, уноси готовенького, рядом лес, река, глушь: спрятал тело и свободен. Почему киллер молча наблюдал, как винтовку забирает посторонний?

— Вероятно, Филиппа подставили.

– Как? – резко перебил меня Павел.

– Элементарно. Он действительно случайно вошел в избу и взял или, если хотите, украл винтовку. А преступник видел, как Медведев ее уносил, поскольку тоже находился в заброшенной деревне.

— Мы с Павлухой пару раз вместе работали.

– Он мне жизнь спас, – торжественно объявил Гладков.

– Да ладно, – отмахнулся Максим, – каждый поступил бы так же!

Я ринулась к Гладкову, тот мимоходом поцеловал меня в щеку и бурно обрадовался Максу. Когда мужчины закончили обоюдный процесс похлопывания по спине и рукопожатий, обменялись вопросами про дела, я не выдержала:

– Вы знакомы?

– Ты умеешь делать логические выводы, – с самым серьезным видом заявил Паша.

– Мобильный вам не оставляли? – ощутив прилив злости, поинтересовалась я.

– Я одна тут, и пеку, и за прилавком стою, – пояснила Тамара Федоровна. – Хозяйка, уборщица, торговка – все я. Никаких Зин нет.

– Вы уверены? – уточнила я.

Тамара Федоровна уперла руки в бока:

– Конечно!