Бабочка в гипсе

Все большие проблемы у человека начинаются после того, как он решил устранить маленькие.

Пользователи компьютеров делятся на чайников, продвинутых юзеров и хакеров. Изредка встречаются интернет-идиоты...

Запомни, девочка: если у человека ничего нет, то испугать его невозможно, потому как отнять нечего.

– Знаешь, неинтересно поступать как все, – неожиданно сказал мой спутник. – Надо ломать традиции. Люди удивительно однообразны: пришли домой, поужинали, помылись, легли спать. Тоска!

– Предлагаешь им сначала выспаться, а потом, приняв душ, сесть к столу? – захихикала я.

— Знаешь, я тут задумался: что такое любовь? И пришел к выводу: не всегда это чувство идет человеку на пользу. Филипп обожал своих детей, ради того, чтобы добыть денег на лечение Илюши согласился убивать ни в чем не повинных людей. Колян любит деньги, ради них готов на все, Нина потеряла голову из-за страсти к мужу. Вроде везде любовь! И что получается?

– И тогда Нина звякнула Коляну, – влез Павел, – и толкнула ему такую речь: «Записывай адрес. Знаю все про твою роль в истории со снайперами. Немедленно надиктуй признание и доставь запись в здание администрации заброшенного таксопарка, не послушаешься – убью. Я уже отстрелил ухо Валентине, это предупреждение. И принеси денег!»

— Глупо или нет, но Силаевой удалось привести меня к Тиму-плотнику, это факт. А остальное: почему она говорила загадками, отчего никто, кроме меня, не принял ребус всерьез, – уже не важно.

Макс погладил меня по плечу:

– Спокойно. Силаева пообщалась с тобой и поняла, что ты не хочешь звонить президенту.

Когда Колян стал посредником между Филиппом и вторым стрелком, он получил от него деньги.

– Я удивилась, когда увидела, что Николай хочет украсть книжку, – сказала я, – меньше всего думала о связи этого недотепы с преступником.

Я поставила трубку на зарядку и осталась сидеть в кресле, внимательно вслушиваясь в звуки сверху.

– Лучше не высовывайся, – приказал Максим.

– Хочу забрать записи, – ответила я.

– Завтра с утра вместе сходим, – не успокаивался Вульф.

– Отлично, – согласилась я, – спокойной ночи.

– Сладких снов, котик, – сказал Макс.

Я послушно вставила ключ в замочную скважину. Крыша поднялась, послышалось тихое звяканье колокольчиков, открылась небольшая вертящаяся каруселька.

Еще в сумке был деревянный домик, синий с красной крышей и небольшим отверстием вместо одного из окон.

Игорь снял крестик и проинструктировал меня:

– Его надо в дырку пихнуть.

– Что ты хочешь за значок? – деловито спросил Игорь.

– Тихий вечер, – объявил Томас.

– Всего-то за один значок? – возмутился малыш.

– С мордом американского президента, – напомнил Томас.

– Он не нашенский, – возразил Леня, – нам твой президент ни к чему.

Несколько часов я ползала по полу, перебирая битые кирпичи и остатки стекла, заглянула во все щели и дыры, сдвинула все, что двигалось, и подняла все, что поднималось. В результате обзавелась несколькими ссадинами, царапинами, больно ушибла колено и заработала головную боль.

Я девушка запасливая, поэтому прихватила с собой аж три фонаря. Если один погаснет, а второй сломается, то воспользуюсь третьим. Можете считать меня трусихой, но я называю такое поведение предусмотрительным.

Да, он имел связь с Подольской. Да, неверная жена владельца рынка была идеальной любовницей, она не хотела огласки. Да, после смерти супруга Подольская вбила себе в голову, что Арсений должен на ней жениться.

– Меня скоро выпустят, я тут ни при чем.

– Маловероятно, учитывая, что вам собрались приписать всех жертв снайпера, – объявила я. – Медведева отпустят, а вас на его место устроят.