Свидетель обвинения

Сверхъестественное – это всего-навсего естественное, законы которого еще не познаны.

Несомненно, он все знал. Знал, но не хотел, чтобы узнали другие.

Перед ним была загадка, которую ему, как он смутно сознавал, не под силу разгадать.

Можно ли вполне доверять показаниям бесконечно любящей женщины?

— Значит, будем действовать?

— Конечно. Меня так щедро угостили морфием, а я это оставлю без должного внимания?! Ни за что!

— Вот это мне нравится, — обрадовалась Френки, — Это по-моему!

Нам как-то не приходит в голову, что те, о ком пишут в газете, вполне могут оказаться нашими знакомыми.

Curious things, habits. People themselves never knew they had them.

Когда рядом смерть и горе, нельзя падать духом.

– Не муж! – повторила она, и наступила долгая пауза… – Я была актрисой в Вене. Была замужем, и муж мой жив, но он… в сумасшедшем доме. Как видите, наш брак с Воулом не может быть признан действительным. И теперь я рада этому! – Она с вызовом посмотрела в глаза мистеру Мейхерну.

«Странная женщина. Такая невозмутимая, что начинаешь нервничать», – подумалось мистеру Мейхерну. С самой первой минуты встречи с этой женщиной он чувствовал себя неуверенно. Перед ним была загадка, которую ему, как он смутно сознавал, не под силу разгадать.

– Я вижу, вы слишком умны, чтобы лгать в столь серьезном деле.

– Ну, разумеется! – воскликнул Воул. – У меня не было причин убивать ее! Даже если допустить, что я намеренно не прерывал знакомства, рассчитывая получить деньги, то смерть ее значила бы крушение всех моих надежд.

Мы редко допускаем мысль, что люди, которых мы знаем, могут стать объектом сенсации.

Избавиться от имущества почти так же трудно, как и приобрести его.

Говорят, на деньги всего не купишь. Истинная правда, но лично я могу купить все, что хочу, – и потому я вполне доволен жизнью. Я материалист, Борроу, материалист до мозга костей.

Очень возможно, что она разыгрывала полнейшую неосведомленность в денежных делах, просила его помочь – чем не повод? И она наверняка отдавала себе отчет в том, что, подчеркивая таким образом его незаменимость, лишний раз – а для мужчины совсем не лишний – польстит ему. Она была еще достаточно женщиной, чтобы сообразить это.

Какая ирония судьбы: когда он лгал – ему верили, теперь, когда он говорит правду, – ему не верят!

Самоубийство не всегда является следствием неуравновешанности характера. Суд присяжных может расценить это как желание насолить родственникам, подставить кого-то под удар, акт мести, в конце концов.

И она наверняка отдавала себе отчёт в том, что, подчёркивая таким образом его незаменимость, лишний раз - а для мужчины совсем не лишний - польстить ему.