Времетрясение

На заре телевидения, когда в эфир выходило от силы полдюжины каналов, умные, хорошо написанные драматические постановки в ящике с электронно-лучевой трубкой по-прежнему заставляли нас чувствовать свою сопричастность к некоей общей внимательной аудитории, пусть даже каждый сидел в одиночестве у себя дома. Тогда, при таком ограниченном выборе программ, можно было практически не сомневаться, что друзья и соседи смотрели то же самое, что и мы. Тогда телевидение еще казалось нам чудом.

А вот знаменитые слова Генри Дэвида Торо: «Большинство людей ведет безнадежное существование. То, что зовется смирением, на самом деле есть убежденное отчаяние».

Совпадение персонажей книги с реальными лицами, ныне, здравствующими либо покойными, ненамеренно и чисто случайно». Еще бы! Эти лица сами – плод случайного стечения обстоятельств.

Только когда свобода воли снова взяла всех за жабры, люди перестали бежать кросс с препятствиями, которые сами себе заранее нагородили.

И еще одно: ваш жалкий доллар для «General Electric» – это даже не капля в море. Как говорится, перди не перди, а ураган всяко сильнее.

Женщина, которая знала Берни только последние десять дней его жизни, в хосписе святого Петра в Олбани, сказала, что он умирал «деликатно» и «элегантно». Каков братец, а?!

А какие слова!

Где бы мы ни находились, что бы ни происходило вокруг, каждый раз, когда его отец задавал мне вопрос «А ты, случайно, не член черепашьего клуба?», я должен был заорать что есть дури: «ДАЮ ЖОПУ НА ОТСЕЧЕНИЕ, ДА!»

Разумеется, есть и другие способы делать картины – проще, быстрее, дешевле. Они экономят нам время, которое можно употребить на что-нибудь интересное: сыграть партию в гольф, склеить модель самолета или обстоятельно подрочить.

«Мы для того и пришли в этот мир, чтобы помочь друг другу справиться со всем этим, как это ни назови».

По-моему, самые высокоразвитые существа на Земле считают жизнь штукой обременительной и неудобной, если не хуже. Мы небудем вдаваться в крайности и вспоминать идеалистов, распятых на кресте.

На пляжном пикнике Траут сказал, что наша война, в отличии от всех других войн, обретёт вечную жизнь в шоу-бизнесе, благодаря нацистской военной форме.

В реальной жизни <...> люди не меняются, не учатся на своих ошибках и не извиняются.

«Раньше, когда человек катастрофически не справлялся со своей работой и вообще не понимал, что к чему, про него говорили, что у него мозги с наперсток. А сейчас мы работаем с мозгами, которые приходится брать пинцетом».

Он еще не осознал, что к нему вернулась способность решать, что делать с собственным пальцем, давящим на звонок. А упомянутый палец, в отсутствии какой бы то ни было команды, продолжал жать на кнопку звонка.

You want to know why I don't have AIDS, why I'm not HIV-positive like so many other people? I don't fuck around. It's as simple as that.

In public lectures, I myself often say, "If you really want to hurt your parents, and you don't have nerve enough to be a homosexual, the least you can do is go into the arts."