Пан. Виктория

О скандинавской культуре я знаю немного, но фильмы и литература мне отзываются.
К.Гамсун же особенно  мне дорог своей наблюдательностью, четкостью в описании чувств и переживаний, способностью погружать, практически окунать с головой, в героя.
В рассказе "Пан" речь идёт о любви: о той, которую отдаёшь и о той, которую принимаешь. Главный герой, Глан, до беспамятства влюблённый в Эдварду, переживает ее холодность, страдает и разрушает себя. Описанны ступени острой влюбленности, ее расцвет, беспечность, угасание, затаенное течение.  Попутно в главного героя влюблена Ева и его отношение к ней иное, благодарное, принимающее, отзывчивое. Так сплетаются два разных вида любви - одно как колыхание ветра в кустах роз, другое - как неизгладимая печать (по словам самого автора). Поэтичность слова нисколько не мешает его точности.
Необычна композиция рассказа. Первая часть от лица героя, откровенная, интроспективная. Вторая - от лица охотника, встреченного Гланом в далёкой Индии. Он ничем таким не примечателен, но описывает поведение Глана со стороны. Мастерски подмечено, как не совпадает то, что человек чувствует внутри, и то, как это может восприниматься окружающими. Как два совершенно разных мира, описывающих одну реальность. И про сравнение, зависть, ревность, неполноценность.
Второй рассказ "Виктория" не так силён и больше напоминает романы в стиле В.Скотта. Два любящих сердца не смогли найти путь друг к другу,  стесненные внешними обстоятельствами и разностью положений. Но и здесь есть своя особенность. К.Гамсун описывает поток сознания творческого человека, его фантазии, меняющие друг друга образы, беспорядочные ассоциации. Словом, автор мастер интроспекции.

Долго я собиралась с силами, чтобы написать отзыв на эту книгу. Сказать, что она меня не зацепила, я не могу. Описания красоты окружающей природы меня восхищали, создавалось ощущение, что и сама нахожусь там, среди лесов, гор, полей. Но вот герои и их поступки у меня вызывали лишь возмущение. Все персонажи "Пана" какие-то немного безумные, совершают дикие и бессмысленные поступки, и даже чудовищные последствия этих поступков никаким образом не влияют на поведение этих людей в дальнейшем, не заставляет их задуматься о происходящем и принять свою ответственность за эти последствия.
Мне не удалось увидеть здесь любовь, для меня это скорее зависимость, вечное страдание героев, когда даже не важен объект, имеет значение только сила этих страданий. Чем сильнее страдаешь сам и мучаешь другого, тем полнее и насыщеннее кажется жизнь. Живешь вроде как и не зря, а ради "любви".

Очередная (немного наивная, на мой взгляд) история о любви. Сюжет прост и знаком: она из уважаемой,богатой семьи. Он - простой парень из деревни. Сейчас таких преград для любви уже почти не существует, но тогда... Бедный молодой человек, ему не спится ночами, он в мечтах о возлюбленной. А она? Она, как истинная аристократка - любит одного, но собирается замуж за другого. Ситуация безысходности, грусти и одиночества.
Сложилось впечатление, что я уже читала эту историю. И все потому, что таких историй огромное количество, потому как в те времена (которые описывает автор) сплошь и рядом были такие союзы.

Вот она – книга. Книга с моим именем, внутри которой предлагают найти любовь. Несбыточную, которая до костей проела тела героев.
Неужели для того, чтобы поплакать, мне нужно сыграть в игру? В игру с собой либо книжным магазином, показавшим краешек свежего пирога. «Скажи свое имя – и я скажу, что почитать» - на такую удочку я попалась незамедлительно. И вот, передо мной список из нескольких книг, имя героини которых – Виктория. Выбираю в слепую, не читая рецензий, чтобы во время чтения не обрастать мнениями других читателей.
И что же, мне пришлось по душе. Детали в декорациях, никаких лишних описаний, от которых я, нетерпеливая, устаю. Виктория умерла…. со своей любовью, в которой она меня не убедила. Скрытое самопожертвование, сдержанность и мимолетная жестокость (или безысходность) – в начале книги героиня выдала себя, но дальше все происходило внутри нее. Бури ее чувств бушевали в сердце, бури Юханнеса – на бумаге. Как мало она сказала в последнем письме, и как много могла бы сказать...