Ремесло. Иностранка

Всё-таки, хорошая автобиография лучше хорошей биографии. В ней об авторе рассказывается не только то, что написано, но и то, как написано. «Ремесло» - именно такая книга, написанная по-особому, по-довлатовски. Где из деталей почти незаметно складывается целое. Где перемешаны и нераздельны Россия и Америка, грусть и весёлость, важное и пустяки.
Хорошее введение в Довлатова.

Само "Ремесло" - начальный учебник журналистики времен политической цензуры и идеологических ограничений. Довлатов ярко и с большим юмором (часто по отношению к самому себе) описывает свои приключения в мире журналистики, когда у тебя, как у автора, есть совесть и желание объективно подать информацию для читателей, что является основной обязанностью квалифицированного журналиста. А у администраторов от журналистики совершенно другие критерии оценки информации. Запудривание мозгов читателей, отвлечение их от истинных проблем дикого общества, называющего себя социалистическим - вот основная цель журналистики эпохи развитого социализма, и многие хорошие журналисты именно в этот период всеми правдами и неправдами оказывались за рубежами нашей страны. Мы в это время потеряли множество талантливейших литераторов и журналистов, в их числе, к огромному сожалению, оказался и Сергей Довлатов.

Как поздно я открыла для себя Довлатова. Но, как говорится, никогда не поздно, и я рада, что это случилось.

Впервые мне посоветовали Довлатова лет десять назад, но я тогда была настолько погружена в английскую классику, модернизм и историю литературы, что тогда это не случилось.

Были еще попытки покупать книги Довлатова несколько лет назад, но, как часто случается у меня с купленными книгами, очередь до них доходит только через несколько лет.

Итак, я прочитала наконец-то Довлатова, несколько книг подряд.

Довлатов очень отличается от, так называемых , "моих авторов": изысканных и пространных викторианцев, очень умных и пространных модернистов, прекрасных и пространных классиков.

Довлатов лаконичен. Четок, строен, лаконичен. И этим он меня покорил.

Опять же тема эмиграции близка и интересна. Психология поведения эмигрантов вообще и отдельно взятого эмигранта - это у Довлатова очень сильно. Сильно и я бы сказала правдиво. Правдиво в том плане, что убеждает и не вызывает противоречий восприятия.

У меня, наверное, получился отзыв сразу на несколько близких вещей Довлатова эмигрантского периода.

Все уже читали Довлатова. Но если вы вдруг, как я долгое время, оказались в редкой категории не прочитавших Довлатова, то сейчас самое время. Рекомендую.

Читая очередную книгу Довлатова, не перестаю удивляться тому, почему он был не вхож в литературный бомонд советского периода истории. Да, он особенный. Он грустно смеется над тем, что видит, при эти усмехается и над самим собой. Краткий, но при этом емкий, сатиричен, но не озлоблен, верен себе и не предает свои принципы. По-моему, он генетически умудрен.
В сборнике две автобиографические повести, разделенные хронологически, благодаря которым можно сравнить жизнь писателя на двух разных континентов. Было очень познавательно читать его наблюдения о жизни в СССР до эмиграции и побывать его глазами в Америке. Получила огромное удовольствие и по возможности почитаю ещё Сергея Донатовича.

Люблю я Довлатова! Хотя этот сборник — не самое лучшее, что было написано им.
И тем не менее, хороший юмор, сочный язык, профессиональные байки и потрясающая самоирония подарят вам хорошее настроение. За это готова поручиться.
"Ремесло" — автобиографичная книга. Не знаю сколько там правды, а какая доля вымысла, но звучит буквально всё реалистично.
Довлатова стоит читать уже только для того, чтобы лучше понять ту эпоху, проникнуться духом творческой интеллигенции, попытаться понять многих недовольных и тихо бунтующих (ну, как могли, так и бунтовали!).
А я его читаю ещё и из-за своей любви к этому красивому мужчине и талантливому писателю. За положительные эмоции и такую искрометную подачу.
Браво!

Очень легко читается, оставляя особое послевкусие, когда о многом хочется подумать многое переосмыслить.
Как практически все книги, "Ремесло" автобиографично. И это подкупает. В любом случае интересно подглядывать за чьей-то жизнью со стороны, чужое всегда интереснее своего. Тем более, когда своя жизнь преподносится с той же долей иронии, как это делает Довлатов. Начало впечатляет, безусловно, когда автор называет себя писателем-неудачником. В общем-то распространённый приём, этакое литературное кокетство, а ну-ка докажите, что я гений, но в данном случае, фраза не вызывает неприятных ощущений, как-то искренне всё это, что ли.
И любовь к своему делу, желание писать несмотря ни на что, даже если не будут печатать. Это достойно уважения.
И потом, как мне кажется, Довлатов был ужасно харизматичным мужчиной. Этакий герой того времени с тёмным прошлым, выпивкой, любовными историями и всеми прочими атрибутами брутального мачо. И я понимаю тех женщин, которые его любили. Как не полюбить-то?
Тем более, что женщины, как известно, любят ушами. А он Мастер этого жанра.

Я бы продолжила эту сентенцию, что вынесла в название: "но русскому хорошо только в России." Даже если в России далеко не все посыпано сахаром. Ну, вот так мы, русские и русскоязычные, устроены. Срываемся с цепи, улетаем, куда глаза глядят, а потом отчаянно тоскуем. Не потому, что плохо там, куда приехали. Просто потому, что там, куда приехали, всегда ощущаем себя гостями. А, как известно, в гостях хорошо, но дома лучше.
Вот и в этой своей небольшой повести Сергей Довлатов отнюдь не ругает Америку. Он вообще о ней практически не говорит. Только в контексте местных городских топонимов. Америка, Нью-Йорк существуют в повести совершено отдельно от того достаточно узкого мирка, который называется русская эмигрантская община. Проще говоря, у них, коренных ньюйоркцев, своя свадьба, а у наших - своя.

Довлатов абсолютно далек от какого бы то ни было глянца или пиетета. Кажется, для него не существует никаких авторитетов. Он смотрит на окружающий мир сквозь мощную линзу иронии. В том числе и по отношению к самому себе. Что уж говорить об остальных?

Книга написана в 1985. Казалось бы, за этот период нашей истории все изменилось коренным образом. И более нет уже страны, "которая нас вскормила", и ехать можно беспрепятственно на все четыре стороны. Ну, или, скажем так, имея деньги и с недавнего времени этот самый пресловутый QR-код. Но либеральная эмигрантская обсессность не изменилась ни на йоту! Все эти Левы Барановы, Перцовичи, Еселевские, Евсеи Рубинчики и Фимы Друкеры. Они реально существуют! Да, у них другие фамилии. Но, когда писалась книга, фамилии были настоящие. Это потом они настояли на их сокрытии. И все, как один, пришли семь лет назад на открытие улицы имени своего доброго приятеля Серожы. "Нет, ну ви подумайти! Он таки да, стал великим писателем! Ой, кто бы сомневался?! Он всегда писал, как Тургенев"!
Все они, соседи Довлатова, на самом деле очень добрые и милые люди. Все они красавцы, все они интеллектуалы-поэты. Вот только отъезд их испортил. Видимо, тараканы в головах, которых у каждого и без того было как в передовом колхозе свиноматок, вдруг устроили настоящий бэби-бум. И размножились до размеров небольшой страны.
По поводу прототипов главной героини, Маруси Татарович - версий масса. Самый широкий спектр конспирологии. Как и относительно ее первого супруга, популярного певца, чья личность скрыта под именем Бронислава Разудалова. Ребята, честно, хотелось бы обсудить здесь версию Каревой-Магомаева.
Если правда, то мне за Муслима немного обидно...
Читать/не читать. Да читать конечно! Книга то замечательная! Хотя и стебная.

Довлатова полюбила с первого взгляда. Еще топом случайно попала в Харькове на прекрасный спектакль "Маленькие комедии большой жизни", одна из истории как раз была по мотивам "Чемодан" .
Иностранка маленькое произведение об одной женщине которая эмигрировала из советского союза в Америку. Сюжет не буду описывать так как он не такой объемный что бы описать и не испортить впечатления от книги. Хочу отменить большую иронию, самоиронию и юмор книги. Ситуации все жизненные и я как будто бы сама побывала в эмиграции. Вот я бы не знаю языка, оторванная от привычного мира вела бы себя на 100% как же - как потерянный котенок. Книгу можно перечитывать бесконечное множество раз. Спасибо автору большое.

После восторга от "Чемодана" мне хочется читать и читать этого замечательного автора.
"Иностранка" мне тоже понравилась, но уже без таких ярких эмоций.
Это повесть не только о женщине на чужбине. Пожалуй, это о всех людях, которые в поисках лучшей жизни, уезжают за тридевять земель. И дело ведь не в том, что "там" им плохо и тоска по Родине замучила. У всех всё складывается по-своему. Эта повесть именно о таком, о разном.
В конце концов Маруся и в Союзе каталась как сыр в масле, но вот захотелось ей перемен...
Что же, желание понятное. Только вот стоило ли?..

Довлатов...

Я влюбился в его простоту и манеру письма с самого первого сборника рассказов. Он настолько тонкий и личный, что единственным применением содержимого книг, является желанием вгрызаться в буквы и цитировать строки на прокуренном балконе. Простота не стирает глубины повествования, а душевность вызывает искреннее чувство восторга. Единственный недостаток лишь в том, что его мало ценили и он чертовски мало писал. Особенно повести. Может именно этот факт делает его строки более ценными? По крайней мере, манера его написания вызывает самую большую плотность в желании производить громоздкие цитаты, аккуратно выписывая их содержимое в потрёпанной тетради моего сознания.

"Иностранка" — одна из немногих повестей вышедших из-под пера этого прекрасного автора. Пускай, многие возмущаются его нахождению на одной полке с признанными классиками литературы, отдавая честь исключительно заслугам эмиграции, а не таланту писателя... Но... Я бы просто не стал вступать в диалог с этими личностями и отсел от них подальше в и без того душном автобусе.

Довлатов писал о жизни эмигрантов и с огромным грузом в душе покидал страну, где ему не давали свободы, не желая мириться с самим существованием автора. Находясь вне пределов своего отечества он приспосабливался к другой жизни, осознавая список её преимуществ и недостатков, продолжая писать о себе подобных. Объективность вперемешку с болью. О тяготах жизни, желанию вернуться и рассуждениях куда и как привела прерывистая линия жизни. Где расплатой за свободу становилась невозможность приспособления к зарабатыванию денег. Где это не всегда происходило другими путями, которые легко осуществлялись без эмиграции. Удачное замужество. Наличие связей и так далее по кривой дорожке вариативности...

Вне пределов своего государства открывалось больше возможностей... Одни желали лёгких денег, сложив руки в ожидании денежного дождя, другие пытались устроиться и работать не жалея спины и о своём решении уехать.

Именно о таких людях С.Довлатов писал в "Иностранке..." Судьбе человека, пытающегося устроиться и найти своё место в жизни. Вне пределах различных границ. Людей, которые пытаются быть счастливыми. У которых не всегда получается. Но они пытаются... Найти себя и обрести своё счастье. Любыми путями. В разводе или состоящих в браке. Терпящих измены и изменяющее тем, кого они любили. Вместе с евреем или испанцем. Клерком в офисе или домохозяйкой. В стране, где ты родился или ты за тысячи километров от родины.

Будьте счастливы! Куда бы не забросила жизнь... Читая хорошие книги!

Некоторое время назад со мной произошла такая история. Я влюбилась в писателя Довлатова. Долго не колебалась, ведь и выбора-то особо не было.

Прошу прощения за несколько неловкий перифраз первого абзаца «Иностранки» Сергея Довлатова, но удержаться было крайне сложно. Довлатов для меня давно стал тем автором, чьи книги я могу открыть в любое время, в любом настроении и состоянии, на любой странице и гарантированно получить порцию отличных историй.

В каждой книге Довлатова происходит жизнь. В «Иностранке» это жизнь бывших советских граждан в новых для них условиях американской действительности. Казалось бы, ничего и не изменилось — все они живут в одном районе, говорят на родном языке и даже приучают говорить по-русски местных жителей. Помните, как поет БГ «нам русским за границей иностранцы ни к чему»? На чужбине довлатовские герои не только не меняются, но и становятся ещё больше собой — все их характерные черты проявляются местами даже с карикатурной неестественностью. Однако это их нисколько не портит. Своих героев любит Довлатов, а значит, полюбим и мы.

Герой Довлатов в «Иностранке» впервые отступает на второй план, оставаясь, впрочем, тем, кем он всегда и являлся — ироничным и в то же время глубоко сочувствующим наблюдателем и отличным рассказчиком.

Случайная цитата: