Литература Французского Просвещения

Рамо: Нет такого нравственного правила, которое не заключало бы в себе какого-либо неудобства.

Рамо: Искусство движется вперед так быстро, что я не знаю, куда оно придет.

Рамо: Я не привередлив. Нужда научила меня довольствоваться чем попало.

РАМО: Ведь любой угольщик лучше расскажет о своем ремесле, чем целая академия, чем все Дюамелн на свете...

РАМО: Бывают дни, когда я должен рассуждать. Это - болезнь, которую следует предоставить ее течению.

РАМО: А разумны ли те, которые ждут честного поведения от людей, уже родившихся порочными? Расплата в этом мире наступает всегда. Есть два генеральных прокурора: один - тот, что стоит у ваших дверей и наказывает за проступки против общества, другой - сама природа. Ей известны все пороки, ускользающие от законов.

РАМО: Я читал, читаю и беспрестанно перечитываю Феофраста, Лабрюйера и Мольера.
ДИДРО: Превосходные книги.
РАМО: Они гораздо лучше, нежели думают. Только кто умеет их читать?
ДИДРО: Все в меру своих умственных сил.

РАМО: Тут только и слышишь что имена Бюффона, Дюкло, Монтескье, Руссо, Вольтера, д'Аламбера, Дидро. И одному богу ведомо, какими эпитетами они сопровождаются!

- Вечного благополучия не существует...

РАМО: Черт меня побери, если я знаю, кто я, в сущности, такой! Вообще ум у меня круглый, как шар, а нрав гибкий, как ива. Я никогда не лгу, если только мне выгодно говорить правду; никогда не говорю правды, если мне только выгодно лгать.