Книга книг. Том загадок

Это можно выразить с помощью своеобразного парадокса: если бы какая-нибудь партия вместе с верой в закон вышвырнула и аристократию, на ее стороне оказался бы тотчас весь народ; но такая партия не может возникнуть, ибо никто не дерзает вышвырнуть аристократию. На этом лезвии ножа мы и живем.

Но дни шли, и ожидание сменила безнадёжность, которую неверно называют апатией.

Это было похоже на него: сам бросит перчатку, а потом прикидывается удивленным, если я подниму ее.

Больше всего ошибок в юриспруденции: там, видишь ли, стараются понять то, что человек скрывает, а не то, что он пытается доказать.

Можно без преувеличения сказать, что классическая культура Тлена состоит всего лишь из одной дисциплины-психологии. Все прочие ей подчинены.

Мне кажется, женщины вяжут, чтобы ничего не делать под этим предлогом.

Не знаю, каковы были его первые два желания, но в третьем он желал своей смерти.

Мне казалось невероятным, что человек, ум которого волновал меня, когда я был еще школьником, этот великий мыслитель вдруг оказался знакомым дряхлым старичком. Вероятно, всякий молодой человек, внезапно очутившись в обществе знаменитости, чувствует некоторое разочарование.

Любопытный факт: в «хренирах» второй и третьей степени — то есть «хренирах», производных от другого «хрена», и «хренирах», производных от «хрена» «хрена», — отмечается усиление искажений исходного «хрена»; «хрениры» пятой степени почти подобны ему; «хрениры» девятой степени можно спутать со второй; а в «хренирах» одиннадцатой степени наблюдается чистота линий, которой нет у оригиналов.

Для одного из этих гностиков видимый мир был иллюзией или (что точнее) неким софизмом. Зеркала и деторождение ненавистны (mirrors and fatherhood are hateful), ибо умножают и распространяют существующее.

... завершатся следования традиции, все станет ясно и закон будет принадлежать только народу, а аристократия исчезнет. Это говорится не с ненавистью к аристократии, отнюдь нет, и ни с чьей стороны ее нет. Скорее, ненавидим мы самих себя за то, что нам еще нельзя доверить закон...

Какую бы славу ты ни снискал, всё одно – умрёшь.

Ибо дух, по мере своего пробуждения, все больше и больше жаждет воспринимать все бытие со вселенской точки зрения, то есть смотреть на мир не глазами создания, а глазами создателя.

На земле существует две породы людей. Те, кто нуждается в других, кого другие развлекают и занимают, кому они дают отдых и кого одиночество изнуряет, истощает, опустошает, как подъем на ужасный ледник или переход через пустыню. Другие — те, кого люди, наоборот, утомляют, раздражают, стесняют, подавляют, тогда как одиночество успокаивает их и дает им отдых благодаря независимому и прихотливому полету мысли.

Хоть бы мне умереть раньше, чем проснуться!..

Дженни больше не любит леденцы.

зеркала и совокупление отвратительны, ибо умножают количество людей

Ирене отроду не побеспокоила ни одного человека. После утренней уборки она садилась на тахту и до ночи вязала у себя в спальне. Не знаю, зачем она столько вязала. Мне кажется, женщины вяжут, чтоб ничего не делать под этим предлогом. Женщины - но не Ирене; она вязала все нужные вещи, что-то зимнее, носки для меня, кофты - для себя самой.

В больном мире даже здоровые больны.